Горизонты тьмы. Яд из бездны. Постапокалипсис

Прошло пять лет, а Некрасов до сих пор не мог забыть день «Великого нашествия». Первая попытка высадить десант захлебнулась — второй не последовало. Пару дней на рейде болтались десять натовских кораблей. Они сделали несколько залпов, попытались приблизиться к берегу, но к полудню всё прекратилось. Корабли ушли в открытое море и маячили там ещё сутки. На следующий день остался только авианосец.

Экипаж сделал несколько попыток завести двигатели, но к вечеру судно отнесло к прибрежным скалам. Он застрял на камнях и висел на этих скалах до сих пор.

— Мы так и не узнали, что стало с матросами, — заметил Некрасов. — Хотели проверить, но передумали.

— Правильно сделали! — отозвался Юрка. — От микробов не убежать.

Некрасов покачал головой и посмотрел вниз. По дюнам брела одинокая серая фигура. Порванный гражданский костюм, всклокоченные волосы, безумные мутные глаза.

— Опять этот жмур! — оживился Юрка. — Этот гад шастает сюда как на работу.

Зомби медленно обошёл бетонный блок и поплёлся к подбитой БМП. Некрасов наблюдал за ним неделю. Жмур появлялся в одно и то же время, проходил под стенами форта и тащился к бронетранспортеру. С большим трудом, он забирался внутрь, проводил там какое-то время, и выбираясь через люк, уходил той же дорогой.

— Тебе тут делать нечего! — рявкнул Носов. — Вонючка!

Юрка схватил СВД, прильнул к окуляру и тут же выстрелил. Жмур упал на песок и забился в конвульсиях. Пуля скользнула по черепу, и теперь тварь беспомощно барахталась на земле.

— Зачем!? — злобно выкрикнул Некрасов. — А ну пошёл отсюда!

Он отогнал Юрку от винтовки и передёрнул затвор.

— Никому неизвестно, что чувствуют эти твари, — заметил он. — Решил прикончить упыря, бей наверняка.

Он плавно нажал на спусковой крючок. Пуля попала в лоб, и жмур затих.

— Что за манера, лупить без разбора, — бросил он. — Мешал, он тебе? Козёл!

— Не знал, что так болезненно к этому отнесёшься, — пожал плечами Юрка. — Может, тогда и с бормотухой покончим?

Некрасов с облегчением закрыл за собой дверь и, наслаждаясь теплом, двинулся вниз по лестнице.

— До отвала здесь не натрескаешься, — заметил Борька Демидов. А помнишь, как в офицерских столовках кормили?

Демидов возглавлял спецотдел, который занимался разведкой и внешними связями. Через него «Треугольник» получал информацию из других убежищ, и Адмирал считал Борьку наиболее ценным после заместителя человеком. Но для Некрасова этот парень всегда был Борькой — сослуживцем, которого он знал ещё с училища.

— С продуктами сейчас паршиво, — усаживаясь за стол, проронил Демидов. — Гражданских много, нужно чем-то кормить.

Он зачерпнул похлёбку, огляделся по сторонам, наклонился к Некрасову.

— Скажу по секрете, — прошептал он. — У штабных крупные разногласия. Заместитель нашего старичка, предлагает урезать норму гражданским. Он считает, что «Треугольник» не способен прокормить такое количество людей и лишних нужно выкинуть.

— Шубин так считает!? С ума сошёл? — Некрасов удивлённо огляделся по сторонам. — Представляешь, что будет?

— Вот и я о том же. — Демидов без удовольствия проглотил ложку супа, поморщился. — Адмирал и ещё пара человек против. Остальные поддерживают этого гада, но к радикальным мерам, пока никто не готов. Кроме Шубина.

Борька многозначительно качнул головой.

— Только помалкивай там. Понял?

Минут пять они хлебали похлёбку молча.

— Накануне, Адмирал разговаривал с кем-то по внешней связи, — начал Демидов. — Думаю, у него по-прежнему есть своя линия с более крупными центрами. Так вот, после этого разговора, он вызвал к себе и сообщил, что рыбаки выловили в море какой-то предмет. Что именно не сказал. Но этой штукой заинтересовались спецы. Чужие.

— Ну и дела, — прошептал Некрасов. — Похоже, у тебя появилась работа и ты хочешь, чтобы эту работу сделал я?

— Ты единственный на кого могу положиться. Работа важная, и кто знает, может те другие, наконец, обратят на наш несчастный «Треугольник» внимание.

— Что требуется от меня?

— Хочу, чтобы смотался к рыбакам и забрал этот предмет.

Некрасов усмехнулся и плеснул в кружку кипятка.

— Я не люблю эти места. Там скверный запах и толпы жмуров. Однажды меня чуть не сожрали, и я не хочу снова искушать судьбу.

— Знаю. Ты уже год не выбирался за пределы форта. Но люди ведь туда ходят?

— Какие люди? И сколько из них вернулись? Наш мир рухнул, он ограничен этими стенами. То, что снаружи — принадлежит каннибалам.

— Я дам тебе мотор и трёх бойцов. Они лучшие в своём деле. И много раз бывали в «Мёртвых городах».

— Охотники?

— С мародёрами не работаю. Это совсем другие ребята. Так что твоей шкуре ничего не будет угрожать.