Последний Семестр

И тут же, как по команде, защелкали камеры телефонов, вызвав неприкрытое неудовольствие Найдана. Он осушил свой бокал и, бормоча сербские непечатные ругательства, отправился за добавкой. Катя истолковала это как нежелание дальнейшего общения, и подключилась к группе, где давно вовсю веселились Маттиас, Бент и Ингрид. Постепенно настало время и принесённого с собой стратегического запаса. Сегодняшний вечер отличался от всех прочих в том числе и тем, что запаса этого оказалось как-то слишком много, так что все стали угощать друг друга, постепенно по ходу вечеринки намешивая страшный коктейль. Катин мартини сначала смешали с апельсиновым соком, а потом перешли на эль, причём каждому досталось по полбутылки. Крепкий алкоголь отсутствовал, но адская смесь слабоалкогольных напитков разрушающе действовала на сознание. Утренний ужас почти отпустил Катю, и она с трудом уже поддерживала диалоги, люди мелькали перед ней, сменяя друг друга, и она почувствовала, что по-хорошему пора бы уже идти домой. Но мысль о доме немедленно вызвала содрогание: уходить одной было страшно. Возможно, поэтому внезапное предложение Найдана отправиться с ним дальше на сербскую вечеринку показалось ей весьма удачным. Компанию им составил только Бент из компьютерного отдела, остальные благоразумно ограничились тем, что пожелали им удачи.

Дальше начинались провалы в памяти. Катя помнила, как они довольно быстро добрались до жилья соплеменника Найдана (дороги она не запомнила), где их встретила шумная и весьма уже подпитая компания молодых людей, слегка разбавленная особами женского пола. Долговязый и слегка неуклюжий Бент сначала смутищался и какую-то часть вечера провёл рядом с Катей. Но потом он сумел найти общий язык с одной из сербских девушек, и вскоре исчез из её поля зрения. Публика угощалась сливовицей, и очень скоро Катя смогла по достоинству оценить её эффект. Расслабленное состояние, которого Катя добивалась целый день, наконец, настигло её, на душе стало безмятежно и весело. Она увидела рядом с собой Йозефа и очень обрадовалась этой встрече.

― Я знал, что ты придёшь, ― веселился Йозеф, ― Такую вечеринку нельзя пропустить!

― Но ты не говорил, что она сербская, ― постаралась уразуметь Катя, еле шевеля языком.

― Почему, сербская? ― обиделся Йозеф, ― Здесь из Черногории людей больше!

Но Катя уже не могла ничего ему возразить. Она оглянулась в поисках Найдана, которому и следовало адресовать вопрос о неправильной атрибуции вечеринки, но он как испарился сразу после их прихода сюда, так больше не появлялся рядом. Поискав глазами, она разглядела его весёлое лицо ― он был в компании своих «югославских» знакомых.«Ну, хорошо», ― подумала она, и дальше она ничего конкретно уже не помнила. Просто обрыв воспоминаний.

Катя открыла глаза. Хотя было темно, как и полагалось зимой в этих широтах, по её ощущениям уже не могло быть очень рано, наверное, она проспала всё утро, и сейчас, возможно, уже девять часов. Как она, чёрт возьми, сумела вчера добраться до дома?

Взгляд её упёрся в потолок, где висела незнакомая Кате люстра, а не простая лампочка, так что это не могло быть общежитием. Она немедленно резко повернула голову. Нет, это не может быть правдой. Она зажмурилась и потом снова открыла глаза. Чужой затылок рядом на подушке никуда не исчез. Она приподнялась на локте, заглядывая спящему в лицо, хотя уже по затылку поняла, кто это.

Катя неуверенно дотронулась до черного завитка волос, упавшего на лоб Найдану, смятение в её душе переросло в настоящую панику. Что он делает здесь?! Или, вернее, что она делает рядом с ним?! С робкой последней надеждой она приподняла покрывало, которым они с Найданом оба были укрыты, и со слабым стоном опустила его обратно: она лежала в майке без нижнего белья. То же самое можно было сказать и про её соседа по кровати. Найдан продолжал мирно посапывать. Она запаниковала ещё больше, не зная, что, собственно дальше делать: встать и уйти? А кстати, где она находится?!

Стараясь не разбудить Найдана, она встала и поискала глазами свою одежду. Она валялась недалеко от кровати вместе со штанами и свитером Найдена в том беспорядке, который выдавал нетерпение, с каким вся эта одежда вчера была сорвана со своих владельцев. Ей делалось всё хуже. И самое ужасное (а, может быть, и обидное), что она ничего, совсем ничего не помнила! Одевшись, она вышла из комнаты, всё так же стараясь быть беззвучной, тёмным коридором добралась до кухни, где пошарив в холодильнике, разжилась томатным соком и больше ничем. Похоже, в квартире кроме них никого не было, наверное, это был дом Найдана.

В ванной комнате она приняла решение ускользнуть незаметно. Осталось только забрать из комнаты парку и ботинки, которые почему-то тоже были там, а не в прихожей. Затаив дыхание она прошла обратно в комнату и наклонилась за своими вещами.

― А ты что здесь делаешь, Катя? ― привставший на кровати полуголый Найдан обалдело уставился на неё.