За окном, покачиваясь в такт машине, мягко проплывает массив леса. Ближайшие, вдоль дороги, деревья стремительно проносятся, растекаясь серо-зеленой тенью, те, что подальше, смещаются медленнее, в глубине, где отдельные стволы почти не различимы, смешиваются в единую темную массу, чаща и вовсе неподвижна…
Добавить в моё избранное
569 мин, 30 сек 9763
Вот и сегодня, не успела она зайти в здание, в коридоре возникла грузная фигура директора. Дождавшись, пока Ольга подойдет ближе, он буркнул:
— Пойдем ко мне, пока не отбыл. А то день начнется — на части разорвут, уже не вспомню.
Не оглядываясь, уверенный, что подчиненная идет следом, директор прошел к своему кабинету, вошел, чуть придержав дверь. Ольга вдвинулась следом, в ожидании остановилась у порога. Предполагалось, что она должна сесть, но в движениях хозяина кабинета проглядывалась напряженность, а бросаемые на настенные часы взгляды лишь подтвердили догадку — директор торопится.
Он подошел к сейфу, похрустел замком. Негромко щелкнуло, дверца отворилась. Хозяин кабинета некоторое время копался в сейфе, чем-то шуршал. Звякнуло вновь. Директор вернулся, сжимая в руке конверт, сказал с ноткой извинения:
— Присесть не предлагаю, уж извини. Времени нет. Держи премиальные, и дуй на рабочее место. Подробнее поговорим после, есть у меня кое-какие вопросы…
Ольга взяла конверт, поблагодарив кивком, молча вышла. Не так давно она бы не преминула рассыпаться в благодарностях, но эти времена прошли. Она научилась ценить себя и не считала необходимым благодарить за само собой разумеющиеся вещи. А денежное вознаграждение за качественную работу являлось именно такой вещью.
Николай поприветствовал ее из-за монитора кивком. Ольга заметила, что лицо коллеги несколько бледнее обычного, но не придала значения. Поздоровавшись, она разделась, прошла на свое место. Пока компьютер загружался, Ольга разбирала бумаги, сортируя по степени срочности.
За соседним столом пару раз кашлянуло, привлекая внимание. Ольга чуть повернула голову, спросила:
— Что-то хотел?
Николай помялся, сказал сдавленным голосом:
— Знаешь, тут звонили ребята, что заказывали станок…
Ольга напрягла память, сказала с запинкой:
— Металлообработка, Борщев?
— Да, да, — поспешно подтвердил Николай, — он самый.
Вернувшись к бумагам, Ольга отвлеченно поинтересовалась:
— Что хотят?
— Требуют возврат денег и компенсации.
Сложив документы в три аккуратных стопки, Ольга сказала:
— Задержка не по нашей вине. Я ему уже дважды объясняла ситуацию…
— Да, но он требует! — взволнованно перебил Николай. — Угрожает!
Ольга пожала плечами.
— Может расторгнуть договор в одностороннем порядке. Седьмой пункт.
Николай помялся, сказал напряженно:
— Я сказал тоже самое, но он раскричался, обматерил меня.
Ощутив в голосе собеседника недосказанность, Ольга поинтересовалась:
— И?
— Грозился приехать — разобраться, — сглотнув, закончил Николай.
— Значит приедет, — Ольга поставила в разговоре точку, — ни первый, ни последний.
Николай помолчал, сказал чуть слышно:
— Мне бы твою уверенность. Он ведь уже у нас был… Давно, еще до того как ты устроилась. На два дня доставку задержали, так он приехал с ребятами, устроил погром. Тогдашний наш логист, Серега, потом неделю на больничном сидел, синяки залечивал.
Ольга в удивлении заломила бровь, спросила:
— А полицию уже отменили?
Николай отмахнулся.
— Он не совсем простой мужик. У них, с главным, какие-то свои дела. Мало того, что полицию не вызвали, так еще и с Сереги взыскали, за неуважительное отношение к клиенту.
Ольга промолчала. Рассказанное Николаем уж слишком напоминало страшную байку. Конфликты случались часто. Постоянно находились недовольные: кого-то не устраивала цена, кого-то время, некоторые обнаруживали на упаковке вмятины и, при сохранности товара, требовали компенсацию, другие, из-за ошибок отправителя, получали совсем не то, что заказывали и грозили судом. Но, так или иначе, все улаживалось. И даже если кто-то и оставался недоволен, то никаких притязаний к фирме не предъявлял, ограничиваясь бурчанием о «неудовлетворительном качестве» в кругу семьи.
Не исключено, что когда-то, кто-то в фирме и позволил себе лишнее, чем вызывал скандал и даже рукоприкладство, но подобные вещи происходили настолько редко, что забивать голову страхами, отвлекаясь от работы, было в высшей степени неуместно. Отбросив ненужные мысли, Ольга погрузилась в работу.
Время пролетело незаметно, настало время обеда. Ольга свернула окошечко с базой данных, и собиралась сделать последний звонок, когда дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник мужчина, невысокий, но полный, он загородил собой проход, обвел кабинет злобным взглядом. Пухлые щеки пылают огнем, не то румяные с мороза, не то побагровевшие от ярости, челюсть угрожающе выдвинута, брови сошлись на переносице.
Несоответствие комплекции и застывшей на лице угрозы смотрелось комично. Уголки губ невольно поползли в стороны, но, заметив, как испуганно вжался в стул Николай, Ольга передумала улыбаться.
— Пойдем ко мне, пока не отбыл. А то день начнется — на части разорвут, уже не вспомню.
Не оглядываясь, уверенный, что подчиненная идет следом, директор прошел к своему кабинету, вошел, чуть придержав дверь. Ольга вдвинулась следом, в ожидании остановилась у порога. Предполагалось, что она должна сесть, но в движениях хозяина кабинета проглядывалась напряженность, а бросаемые на настенные часы взгляды лишь подтвердили догадку — директор торопится.
Он подошел к сейфу, похрустел замком. Негромко щелкнуло, дверца отворилась. Хозяин кабинета некоторое время копался в сейфе, чем-то шуршал. Звякнуло вновь. Директор вернулся, сжимая в руке конверт, сказал с ноткой извинения:
— Присесть не предлагаю, уж извини. Времени нет. Держи премиальные, и дуй на рабочее место. Подробнее поговорим после, есть у меня кое-какие вопросы…
Ольга взяла конверт, поблагодарив кивком, молча вышла. Не так давно она бы не преминула рассыпаться в благодарностях, но эти времена прошли. Она научилась ценить себя и не считала необходимым благодарить за само собой разумеющиеся вещи. А денежное вознаграждение за качественную работу являлось именно такой вещью.
Николай поприветствовал ее из-за монитора кивком. Ольга заметила, что лицо коллеги несколько бледнее обычного, но не придала значения. Поздоровавшись, она разделась, прошла на свое место. Пока компьютер загружался, Ольга разбирала бумаги, сортируя по степени срочности.
За соседним столом пару раз кашлянуло, привлекая внимание. Ольга чуть повернула голову, спросила:
— Что-то хотел?
Николай помялся, сказал сдавленным голосом:
— Знаешь, тут звонили ребята, что заказывали станок…
Ольга напрягла память, сказала с запинкой:
— Металлообработка, Борщев?
— Да, да, — поспешно подтвердил Николай, — он самый.
Вернувшись к бумагам, Ольга отвлеченно поинтересовалась:
— Что хотят?
— Требуют возврат денег и компенсации.
Сложив документы в три аккуратных стопки, Ольга сказала:
— Задержка не по нашей вине. Я ему уже дважды объясняла ситуацию…
— Да, но он требует! — взволнованно перебил Николай. — Угрожает!
Ольга пожала плечами.
— Может расторгнуть договор в одностороннем порядке. Седьмой пункт.
Николай помялся, сказал напряженно:
— Я сказал тоже самое, но он раскричался, обматерил меня.
Ощутив в голосе собеседника недосказанность, Ольга поинтересовалась:
— И?
— Грозился приехать — разобраться, — сглотнув, закончил Николай.
— Значит приедет, — Ольга поставила в разговоре точку, — ни первый, ни последний.
Николай помолчал, сказал чуть слышно:
— Мне бы твою уверенность. Он ведь уже у нас был… Давно, еще до того как ты устроилась. На два дня доставку задержали, так он приехал с ребятами, устроил погром. Тогдашний наш логист, Серега, потом неделю на больничном сидел, синяки залечивал.
Ольга в удивлении заломила бровь, спросила:
— А полицию уже отменили?
Николай отмахнулся.
— Он не совсем простой мужик. У них, с главным, какие-то свои дела. Мало того, что полицию не вызвали, так еще и с Сереги взыскали, за неуважительное отношение к клиенту.
Ольга промолчала. Рассказанное Николаем уж слишком напоминало страшную байку. Конфликты случались часто. Постоянно находились недовольные: кого-то не устраивала цена, кого-то время, некоторые обнаруживали на упаковке вмятины и, при сохранности товара, требовали компенсацию, другие, из-за ошибок отправителя, получали совсем не то, что заказывали и грозили судом. Но, так или иначе, все улаживалось. И даже если кто-то и оставался недоволен, то никаких притязаний к фирме не предъявлял, ограничиваясь бурчанием о «неудовлетворительном качестве» в кругу семьи.
Не исключено, что когда-то, кто-то в фирме и позволил себе лишнее, чем вызывал скандал и даже рукоприкладство, но подобные вещи происходили настолько редко, что забивать голову страхами, отвлекаясь от работы, было в высшей степени неуместно. Отбросив ненужные мысли, Ольга погрузилась в работу.
Время пролетело незаметно, настало время обеда. Ольга свернула окошечко с базой данных, и собиралась сделать последний звонок, когда дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник мужчина, невысокий, но полный, он загородил собой проход, обвел кабинет злобным взглядом. Пухлые щеки пылают огнем, не то румяные с мороза, не то побагровевшие от ярости, челюсть угрожающе выдвинута, брови сошлись на переносице.
Несоответствие комплекции и застывшей на лице угрозы смотрелось комично. Уголки губ невольно поползли в стороны, но, заметив, как испуганно вжался в стул Николай, Ольга передумала улыбаться.
Страница 106 из 173
