За окном, покачиваясь в такт машине, мягко проплывает массив леса. Ближайшие, вдоль дороги, деревья стремительно проносятся, растекаясь серо-зеленой тенью, те, что подальше, смещаются медленнее, в глубине, где отдельные стволы почти не различимы, смешиваются в единую темную массу, чаща и вовсе неподвижна…
Добавить в моё избранное
569 мин, 30 сек 9713
Что-то последнее время я нервная стала. Даже не знаю с чем связано.
Продолжая теребить волосы, отчего по телу волнами разбегались мурашки удовольствия, Ярослав ответил:
— Ничего. У всех, раньше или позже, чаще или реже, такое бывает.
— Даже у тебя? — поинтересовалась Ольга чуть слышно.
Ярослав пожал плечами, отчего голова, в такт движению, мягко поднялась и опустилась, ответил:
— А чем я лучше? Порой, накатывает такое… Думаешь — на кой оно нужно? Вечные поездки, когда сутками перед глазами лишь трасса, постоянная спешка — быстрее, быстрее! Сон урывками, боль в пояснице, и въевшийся в руки, от постоянной починки мотора, мазут.
Ярослав разволновался, от плеча пошел жар. Успокаивая, Ольга погладила друга по руке, сказала мечтательно:
— А мне всегда казалось, что дальнобойщик романтичная профессия. Бесконечная дорога, проплывающие за окном города, веселые попутчики… Разве не так?
Успокаиваясь, Ярослав несколько раз глубоко вздохнул, ответил:
— Как сказать. И да, и нет. Как и в любом деле, есть свои плюсы и свои минусы. Хотя, конечно, не будь это моим, давно бы уже бросил, тем более, что в последнее время дела у нашей конторы идут не важно.
Он замолчал, послышался шорох, обоняния коснулась волна сладкого запаха, отчего в носу засвербело. Ольга невольно открыла глаза, перед глазами маячит яркое пятно, чуть отодвинув голову, сфокусировала зрение. Яркая конфета-леденец в прозрачной обертке.
Конфета помоталась перед глазами, послышалось недовольное:
— Так ты будешь? А то сам съем, мне не долго.
Ольга осторожно взяла конфетку, маленькая, с ноготь большого пальца, сладость напоминает пуговку, освободив от обертки, забросила в рот. По языку растеклась кислинка, а рот наполнился свежестью, будто она перенеслась на летнюю лесную поляну, вдохнула наполненного запахом пыльцы и ароматами разнотравья воздуха.
Закрыв глаза, Ольга прошептала:
— Как вкусно!
— Понравилось? — в голосе Ярослава мелькнула гордость. — Уж не помню где и купил. Захочешь еще — бери, тут хватит.
Неподалеку загремело, словно трясли металлическую коробку со стеклянными шариками. Ольга ощутила мгновенное желание посмотреть, но перелазить через Ярослава не хотелось, и она лишь пошевелилась, устраиваясь, сползла с плеча. Голова удобно устроилась на ноге у друга, а спустя мгновение сверху опустился плед. Ощущая бесконечное блаженство, Ольга задышала ровнее. Ярослав еще что-то говорил, но слова пробивались в сознание с трудом, убаюкивали, сливаясь в журчащий ручеек. Последние крошки леденца распались сладкими каплями, и она мягко погрузилось в царство снов.
С утра Ольга подхватилась, взглянув на часы, ахнула. Без четверти девять. Через пятнадцать минут необходимо быть на рабочем месте, а она даже не вышла из дома! Она встала, двинулась в ванную. Не смотря на яростно бьющуюся мысль — опоздала — тело повинуется с трудом: ноги заплетаются, глаза закрываются с такой силой, словно на них подвесили гири. Хочется прилечь, хотя бы ненадолго, всего на чуть-чуть.
Позыв ко сну оказался столь силен, что Ольга заколебалась, остановилась на середине пути, с сомнением глядя назад. Но чувство долга пересилило. Чувствуя, как рвутся связавшие за ночь с кроватью невидимые узы, Ольга добралась до ванны, кое-как, на ощупь, нашарила кран, переключив на душ, полезла в ванную.
Вода полилась сперва теплая, усилив и без того сонное оцепенение, но вскоре охладела, а потом и вовсе из душевого распылителя посыпалось ледяное крошево. Ольга замычала, преодолевая сильнейшее желание выброситься из ванной вместе с полупрозрачной защитной шторкой прямо на твердые плитки кафеля. Когда казалось, что вместо воды из душа течет сжиженный азот, а тело промерзло до самой сердцевины, Ольга повернула ручку, с трудом выбралась наружу.
Наскоро обтеревшись, Ольга вышла из ванной, в очередной раз убедившись в живительных свойствах холодной воды, двинулась на кухню. Прошло всего пять минут, но торопиться смысла не было. До работы — минимум полчаса, и то, если повезет, а если нет, можно добираться и час.
Чайничек, что она поставила прежде чем пойти в ванную, весело засвистел. Ольга открыла шкаф, рука потянулась к пачке кофе, но не дошла, остановилась раньше. По опыту Ольга знала, что кофе в подобной ситуации приносит больший эффект, но почему-то сильно захотелось чая. Плюнув на эффективность, Ольга вытащила пакет с украшенной иероглифами картинкой, сполоснув чашку кипятком, сыпанула содержимое, тут же залила, с интересом наблюдая, как скрученные в шарики, чаинки начинают набухать, расправляться, стремительно увеличиваются в объеме.
Прикрыв чашку крышечкой, Ольга села, прислушалась к ощущениям. Не смотря на ледяной душ, тело так и не проснулось, движения заторможены, мысли движутся замедленно, словно засыпающие на зиму мухи, а предметы, на которых останавливается взгляд, расплываются, и требуется время, чтобы контуры обрели привычную четкость.
Продолжая теребить волосы, отчего по телу волнами разбегались мурашки удовольствия, Ярослав ответил:
— Ничего. У всех, раньше или позже, чаще или реже, такое бывает.
— Даже у тебя? — поинтересовалась Ольга чуть слышно.
Ярослав пожал плечами, отчего голова, в такт движению, мягко поднялась и опустилась, ответил:
— А чем я лучше? Порой, накатывает такое… Думаешь — на кой оно нужно? Вечные поездки, когда сутками перед глазами лишь трасса, постоянная спешка — быстрее, быстрее! Сон урывками, боль в пояснице, и въевшийся в руки, от постоянной починки мотора, мазут.
Ярослав разволновался, от плеча пошел жар. Успокаивая, Ольга погладила друга по руке, сказала мечтательно:
— А мне всегда казалось, что дальнобойщик романтичная профессия. Бесконечная дорога, проплывающие за окном города, веселые попутчики… Разве не так?
Успокаиваясь, Ярослав несколько раз глубоко вздохнул, ответил:
— Как сказать. И да, и нет. Как и в любом деле, есть свои плюсы и свои минусы. Хотя, конечно, не будь это моим, давно бы уже бросил, тем более, что в последнее время дела у нашей конторы идут не важно.
Он замолчал, послышался шорох, обоняния коснулась волна сладкого запаха, отчего в носу засвербело. Ольга невольно открыла глаза, перед глазами маячит яркое пятно, чуть отодвинув голову, сфокусировала зрение. Яркая конфета-леденец в прозрачной обертке.
Конфета помоталась перед глазами, послышалось недовольное:
— Так ты будешь? А то сам съем, мне не долго.
Ольга осторожно взяла конфетку, маленькая, с ноготь большого пальца, сладость напоминает пуговку, освободив от обертки, забросила в рот. По языку растеклась кислинка, а рот наполнился свежестью, будто она перенеслась на летнюю лесную поляну, вдохнула наполненного запахом пыльцы и ароматами разнотравья воздуха.
Закрыв глаза, Ольга прошептала:
— Как вкусно!
— Понравилось? — в голосе Ярослава мелькнула гордость. — Уж не помню где и купил. Захочешь еще — бери, тут хватит.
Неподалеку загремело, словно трясли металлическую коробку со стеклянными шариками. Ольга ощутила мгновенное желание посмотреть, но перелазить через Ярослава не хотелось, и она лишь пошевелилась, устраиваясь, сползла с плеча. Голова удобно устроилась на ноге у друга, а спустя мгновение сверху опустился плед. Ощущая бесконечное блаженство, Ольга задышала ровнее. Ярослав еще что-то говорил, но слова пробивались в сознание с трудом, убаюкивали, сливаясь в журчащий ручеек. Последние крошки леденца распались сладкими каплями, и она мягко погрузилось в царство снов.
С утра Ольга подхватилась, взглянув на часы, ахнула. Без четверти девять. Через пятнадцать минут необходимо быть на рабочем месте, а она даже не вышла из дома! Она встала, двинулась в ванную. Не смотря на яростно бьющуюся мысль — опоздала — тело повинуется с трудом: ноги заплетаются, глаза закрываются с такой силой, словно на них подвесили гири. Хочется прилечь, хотя бы ненадолго, всего на чуть-чуть.
Позыв ко сну оказался столь силен, что Ольга заколебалась, остановилась на середине пути, с сомнением глядя назад. Но чувство долга пересилило. Чувствуя, как рвутся связавшие за ночь с кроватью невидимые узы, Ольга добралась до ванны, кое-как, на ощупь, нашарила кран, переключив на душ, полезла в ванную.
Вода полилась сперва теплая, усилив и без того сонное оцепенение, но вскоре охладела, а потом и вовсе из душевого распылителя посыпалось ледяное крошево. Ольга замычала, преодолевая сильнейшее желание выброситься из ванной вместе с полупрозрачной защитной шторкой прямо на твердые плитки кафеля. Когда казалось, что вместо воды из душа течет сжиженный азот, а тело промерзло до самой сердцевины, Ольга повернула ручку, с трудом выбралась наружу.
Наскоро обтеревшись, Ольга вышла из ванной, в очередной раз убедившись в живительных свойствах холодной воды, двинулась на кухню. Прошло всего пять минут, но торопиться смысла не было. До работы — минимум полчаса, и то, если повезет, а если нет, можно добираться и час.
Чайничек, что она поставила прежде чем пойти в ванную, весело засвистел. Ольга открыла шкаф, рука потянулась к пачке кофе, но не дошла, остановилась раньше. По опыту Ольга знала, что кофе в подобной ситуации приносит больший эффект, но почему-то сильно захотелось чая. Плюнув на эффективность, Ольга вытащила пакет с украшенной иероглифами картинкой, сполоснув чашку кипятком, сыпанула содержимое, тут же залила, с интересом наблюдая, как скрученные в шарики, чаинки начинают набухать, расправляться, стремительно увеличиваются в объеме.
Прикрыв чашку крышечкой, Ольга села, прислушалась к ощущениям. Не смотря на ледяной душ, тело так и не проснулось, движения заторможены, мысли движутся замедленно, словно засыпающие на зиму мухи, а предметы, на которых останавливается взгляд, расплываются, и требуется время, чтобы контуры обрели привычную четкость.
Страница 68 из 173
