В помещении царил сумрак, едва разгоняемый невнятными, бордово-красными сполохами адского пламени, вырывающегося из непонятной топки с распахнутой настежь толстенной, чугунной дверцей-заслонкой. На дальней от символического входа стене блеклым желтовато-красным пятном, совсем не освещающим мрачные, черные от угольной пыли и копоти стены висела едва различимая «летучая мышь»…
Добавить в моё избранное
420 мин, 53 сек 14121
по пути до отличного, четырехполосного шоссе со свежим, будто вчера положенным, асфальтом, и красивой, не заезженной еще желто-белой дорожной разметкой, Симон поделился с Зоей документами, после чего они стали братом и сестрой. Мужчине подумалось, что на первых порах так будет естественнее и проще вживаться в этот мир, тем более, по дороге он успел пересмотреть свой взгляд на посещение объекта «сейчас и сразу». Все-таки в предложении напарницы был заложен, изначально упущенный Симоном, глубокий смысл: появление в доме не так уж и давно скончавшейся девушки могло оказать сильное психологическое воздействие на пресловутого Нулика. А присутствие брата покойной оказалось бы менее подозрительным и напрягающим знакомца Зои, чем появление её с неким мужем или просто малознакомым мужчиной.
— Хотя, какой ты мне брат? — попробовала, было, пошутить девушка. — Скорее уж папаша, ведь лет на двадцать меня старше…
— Ты в каком возрасте грешную землю покинула? — уточнил Симон, деловито просматривая свои и её документы.
— Двадцати еще не было, — машинально ответила Зоя.
— Теперь, значит, двадцать три, а выглядишь, дай бог, на шестнадцать, — с легким недоумением покачал головой Симон. — Вот работнички из этих полубесов, вечно у них «и так сойдет» получается… Мне-то по документам теперь уже тридцать восемь, так что на очень старшего брата потяну, а в разговоре можно сказать, что тридцать два, я не обижусь на какое-то время помоложе стать…
Выбрав нужный паспорт с вложенными в него водительскими правами и социальной карточкой, мужчина протянул маленькую зеленоватую книжечку Зое, а та, запихивая её в задний, мелковатый карманчик брюк — все равно положить больше некуда — чуть настороженно спросила:
— А деньги? Разве не поделишься?
— А не задуришь? — вопросом на вопрос ответил Симон, с прищуром глядя на девушку и уже предвидя ответ. — На иглу не подсядешь? и в запой не уйдешь? Мне же потом тебя разыскивать по притонам и в нормальный вид приводить придется… а времени на это мероприятие совсем не отведено.
— Я уже не ребенок, чтобы меня разыскивать, — чуть заносчиво ответила Зоя. — И, вообще, с чего ты взял, что я алкоголичка и наркоманка? Я ни разу в жизни не кололась…
— Ну, да, конечно, — с нарочитой наивностью на лице кивнул головой Симон. — В Преисподнюю обычно попадают случайно, по недоразумению или чьему-то оговору…
— Зря не веришь, — тихо, но твердо ответила Зоя. — Я не праведница, и курю, и выпить, конечно, люблю, с мужиками покувыркаться… любила. Ну, иной раз «серебряную пыль» нюхала, только к ней так быстро не привыкают… должен сам понимать, раз такой знаток чужих грехов.
— Давай просто не будем рисковать и лишний раз искушать себя и друг друга, в самом деле, на это нет у нас времени, — теперь уже серьезно попросил мужчина. — В ближайшие дни и часы я всегда буду рядом, просто возьмешь нужную тебе вещь и скажешь: «Братик, заплати»…
— А братик собрался быть со мной рядом и по ночам? — нарочито соблазнительно облизнула губки Зоя, меняя ставшую неприятной для нее тему.
— Спешишь жить? — усмехнулся Симон. — Думаю, что не стоит горячиться, тем более, после Преисподней…
— Там разве секс? — возмущенно отозвалась девушка, решив, что напарник, подобно полубесу, намекает на «бордельный уровень» её пребывания на том Свете. — Какое-то нелепое дерганье, прямо, виртуал какой-то, как будто, тебя никто не касается, а только шерудит безбожно между ног и ловит свой кайф… а я хочу по-настоящему, с мужчиной, а не с мелким бесенком, и в тот момент, когда сама тоже захочу, так захочу, что… А тебе? разве не хочется ничего? Не ври, небось, только и думаешь, как меня на спину завалить…
Симон незаметно для девушки усмехнулся, такое поведение Зои для него не было чем-то неожиданным. После лавины новых-старых ощущений, после окончательного понимания, что ты живой и телесный, и можешь пробыть живым еще достаточно долгое время, почти все грешные души стремились посетить свою могилку, насколько позволяет здоровье — выпить, заняться сексом… вообщем, ощутить себя живыми в полном смысле этого слова.
— Не люблю классическую позу, да и нельзя нам теперь это делать, сестренка, инцест получится, грех великий… потому придется мне какую-нибудь другую проблядушку на свой корешок насаживать, с такими деньгами, думаю, это проблемой не будет, — решил все-таки одернуть девушку Симон, похлопав ладонью по карману пиджака, в котором покоились две упаковки крупных купюр.
Зоя, поджав губки, смерила напарника испепеляющим взглядом, но отвечать ничего не стала, устремившись вперед, по заросшей лесной тропинке, мужчина молча шел следом, невольно разглядывая её худенькую попку. Ничего особо соблазнительного… хотя, при случае, грех было бы не воспользоваться…
К трассе они добрались уже в сумерки.
— Хотя, какой ты мне брат? — попробовала, было, пошутить девушка. — Скорее уж папаша, ведь лет на двадцать меня старше…
— Ты в каком возрасте грешную землю покинула? — уточнил Симон, деловито просматривая свои и её документы.
— Двадцати еще не было, — машинально ответила Зоя.
— Теперь, значит, двадцать три, а выглядишь, дай бог, на шестнадцать, — с легким недоумением покачал головой Симон. — Вот работнички из этих полубесов, вечно у них «и так сойдет» получается… Мне-то по документам теперь уже тридцать восемь, так что на очень старшего брата потяну, а в разговоре можно сказать, что тридцать два, я не обижусь на какое-то время помоложе стать…
Выбрав нужный паспорт с вложенными в него водительскими правами и социальной карточкой, мужчина протянул маленькую зеленоватую книжечку Зое, а та, запихивая её в задний, мелковатый карманчик брюк — все равно положить больше некуда — чуть настороженно спросила:
— А деньги? Разве не поделишься?
— А не задуришь? — вопросом на вопрос ответил Симон, с прищуром глядя на девушку и уже предвидя ответ. — На иглу не подсядешь? и в запой не уйдешь? Мне же потом тебя разыскивать по притонам и в нормальный вид приводить придется… а времени на это мероприятие совсем не отведено.
— Я уже не ребенок, чтобы меня разыскивать, — чуть заносчиво ответила Зоя. — И, вообще, с чего ты взял, что я алкоголичка и наркоманка? Я ни разу в жизни не кололась…
— Ну, да, конечно, — с нарочитой наивностью на лице кивнул головой Симон. — В Преисподнюю обычно попадают случайно, по недоразумению или чьему-то оговору…
— Зря не веришь, — тихо, но твердо ответила Зоя. — Я не праведница, и курю, и выпить, конечно, люблю, с мужиками покувыркаться… любила. Ну, иной раз «серебряную пыль» нюхала, только к ней так быстро не привыкают… должен сам понимать, раз такой знаток чужих грехов.
— Давай просто не будем рисковать и лишний раз искушать себя и друг друга, в самом деле, на это нет у нас времени, — теперь уже серьезно попросил мужчина. — В ближайшие дни и часы я всегда буду рядом, просто возьмешь нужную тебе вещь и скажешь: «Братик, заплати»…
— А братик собрался быть со мной рядом и по ночам? — нарочито соблазнительно облизнула губки Зоя, меняя ставшую неприятной для нее тему.
— Спешишь жить? — усмехнулся Симон. — Думаю, что не стоит горячиться, тем более, после Преисподней…
— Там разве секс? — возмущенно отозвалась девушка, решив, что напарник, подобно полубесу, намекает на «бордельный уровень» её пребывания на том Свете. — Какое-то нелепое дерганье, прямо, виртуал какой-то, как будто, тебя никто не касается, а только шерудит безбожно между ног и ловит свой кайф… а я хочу по-настоящему, с мужчиной, а не с мелким бесенком, и в тот момент, когда сама тоже захочу, так захочу, что… А тебе? разве не хочется ничего? Не ври, небось, только и думаешь, как меня на спину завалить…
Симон незаметно для девушки усмехнулся, такое поведение Зои для него не было чем-то неожиданным. После лавины новых-старых ощущений, после окончательного понимания, что ты живой и телесный, и можешь пробыть живым еще достаточно долгое время, почти все грешные души стремились посетить свою могилку, насколько позволяет здоровье — выпить, заняться сексом… вообщем, ощутить себя живыми в полном смысле этого слова.
— Не люблю классическую позу, да и нельзя нам теперь это делать, сестренка, инцест получится, грех великий… потому придется мне какую-нибудь другую проблядушку на свой корешок насаживать, с такими деньгами, думаю, это проблемой не будет, — решил все-таки одернуть девушку Симон, похлопав ладонью по карману пиджака, в котором покоились две упаковки крупных купюр.
Зоя, поджав губки, смерила напарника испепеляющим взглядом, но отвечать ничего не стала, устремившись вперед, по заросшей лесной тропинке, мужчина молча шел следом, невольно разглядывая её худенькую попку. Ничего особо соблазнительного… хотя, при случае, грех было бы не воспользоваться…
К трассе они добрались уже в сумерки.
Страница 14 из 125
