В помещении царил сумрак, едва разгоняемый невнятными, бордово-красными сполохами адского пламени, вырывающегося из непонятной топки с распахнутой настежь толстенной, чугунной дверцей-заслонкой. На дальней от символического входа стене блеклым желтовато-красным пятном, совсем не освещающим мрачные, черные от угольной пыли и копоти стены висела едва различимая «летучая мышь»…
Добавить в моё избранное
420 мин, 53 сек 14172
— Ну, в таком случае, Жора, ты сгоняй-ка за задержанным, подействуй своим авторитетом, чтобы побыстрее все оформить, а то прошлый раз почти два часа ждали, пока конвойные разберутся с охраняющими у кого какие обязанности, — деловито распорядился комиссар. — А наших гостей — прошу ко мне в кабинет.
Слегка разочарованный даже кратковременным расставанием с Нектой, Жора Швец, тем не менее, опередил выходящих из комнаты пятого отдела, первым оказавшись в коридоре, расстилающемся, казалось, в бесконечность по обе стороны от дверей пятого отдела. Комиссар Фогт двинулся, было, влево, как бы, приглашая гостей последовать за ним, но Симон приостановил его, придержав за локоть и взглядом показывая своей спутнице, чтобы она прошла чуть дальше.
— Извините, но перед тем, как приступить к допросу, возможно, долгому и уж точно нелегкому, я бы хотел посетить интимное заведение, — вежливо, даже чересчур изысканно отпросился в туалет агент Преисподней. — Вы мне только покажите дверь кабинета, ну, и направление у удобствам.
— Конечно, — удивленно взглянул на Симона комиссар. — Моя дверь восьмая по счету, там табличка с именем и должностью, так что не ошибетесь. А удобства — в противоположном направлении, почти в самом конце коридора…
— Напрасно вы сочли меня андроидом или киборгом, комиссар, — пошутил в ответ на недоумение хозяина агент. — Ничто человеческое мне не чуждо, да и Некта тоже — далеко не сказочная принцесса, и фиалками не какает…
Сказав это, Симон быстро двинулся в нужный ему конец коридора, оставив наедине комиссара и Некту, впрочем, особо не опасаясь, что девушка в его отсутствие наговорит лишнего полицейскому, такого можно было ожидать от несдержанной, ставящей себя и свои желания выше желаний других живущих Зои.
Нельзя сказать, что агенту Преисподней и в самом деле приспичило облегчиться перед допросом, хотя, очутившись в туалете, больше похожем на филиал стройплощадки заляпанными известкой и краской переносными лесами, краскопультом в углу и запахами свежей штукатурки, ацетона и грязных ватников, Симон отдал должное совершенно новой сантехнике, но это, конечно, же не было главным. Застегнув брюки, внимательно оглядев длинный ряд обрезанных снизу пластиковых дверей и прислушавшись к поистине замогильной тишине в помещении, агент быстро перевернул перстень на руке и вгляделся в прозрачную лилово-сиреневую поверхность…
— А я уже волнуюсь, не случилось ли чего неприятного, ваше превосходительство, — прозвучал в гулкой пустоте туалета занудливый, раздраженный голос беса. — Что ж это ты на связь не выходишь, хоть и требовал её первым делом? Никаких новостей от тебя уже который день, я весь извелся, чего и подумать — не знаю…
Кажется, получив от отпускника из Преисподней согласие помочь разобраться в непростом, важном для него же самого деле Артифекс решил, что его задача полностью выполнена, и теперь крутиться, как белка в колесе, выручая куратора Отражения, должен был лишь один Симон.
— Не который день, а который час пошел с нашей встречи, — скромно уточнил Симон, жалея, что бес решил обойтись звуковым контактом, не показывая себя, небось, опять в малярной робе стоит у недокрашенного забора. — Приглуши, пожалуйста, голосок, я не в пустыне среди верблюдов, неужели трудно было сразу догадаться и запустить мыслеречь?
— Не будь таким мелочным, ваше превосходительство, мыслеречь требует от меня дополнительного напряжения, — чуть сварливо ответил уже в голове агента голос беса-куратора. — Без серьезной надобности я напрягаться не хочу, ты прекрасно понимаешь…
— Сейчас ты сам оценишь, стоит ли напрягаться, — с легкой угрозой подумал в ответ Симон. — Ты говорил о тумане, застилающем, закрывающем от тебя будущие события?
— Ну, глаголил о таком событии, — как бы, нехотя признался Артифекс. — Ты нашел источник тумана? Или хотя бы разгадал его природу?
— Не зли меня, — забирая в свои руки инициативу разговора посоветовал бесу агент Преисподней. — Кажется, я не брался за проведение метафизических опытов в этом Отражении, а подрядился всего лишь найди убийц тобой указанного грешника. Но, честное слово, нынче не время для уточнения буквы и духа нашего соглашения. Глянь, прямо сейчас и немедленно, на домик напротив отеля «Две звезды» — той гостиницы, в которой твой человечек и нашел смерть.
— Ты думаешь, я не смотрел? Там-то я и попал в самый эпицентр, — почти возмутился Артифекс, непроизвольно вызвав неприятный гул в голове Симона. — Кругом был туман и мгла серая, непроглядная, в которой ничего разобрать нельзя…
— Прямо сейчас — посмотри конкретно на дом, который стоит лицом к лицу с центральным входом отеля, — как ребенку, едва ли не по слогам, повторил агент, упрямо поджимая губы, чтобы сдержать рвущееся наружу возмущенное дыхание.
Слегка разочарованный даже кратковременным расставанием с Нектой, Жора Швец, тем не менее, опередил выходящих из комнаты пятого отдела, первым оказавшись в коридоре, расстилающемся, казалось, в бесконечность по обе стороны от дверей пятого отдела. Комиссар Фогт двинулся, было, влево, как бы, приглашая гостей последовать за ним, но Симон приостановил его, придержав за локоть и взглядом показывая своей спутнице, чтобы она прошла чуть дальше.
— Извините, но перед тем, как приступить к допросу, возможно, долгому и уж точно нелегкому, я бы хотел посетить интимное заведение, — вежливо, даже чересчур изысканно отпросился в туалет агент Преисподней. — Вы мне только покажите дверь кабинета, ну, и направление у удобствам.
— Конечно, — удивленно взглянул на Симона комиссар. — Моя дверь восьмая по счету, там табличка с именем и должностью, так что не ошибетесь. А удобства — в противоположном направлении, почти в самом конце коридора…
— Напрасно вы сочли меня андроидом или киборгом, комиссар, — пошутил в ответ на недоумение хозяина агент. — Ничто человеческое мне не чуждо, да и Некта тоже — далеко не сказочная принцесса, и фиалками не какает…
Сказав это, Симон быстро двинулся в нужный ему конец коридора, оставив наедине комиссара и Некту, впрочем, особо не опасаясь, что девушка в его отсутствие наговорит лишнего полицейскому, такого можно было ожидать от несдержанной, ставящей себя и свои желания выше желаний других живущих Зои.
Нельзя сказать, что агенту Преисподней и в самом деле приспичило облегчиться перед допросом, хотя, очутившись в туалете, больше похожем на филиал стройплощадки заляпанными известкой и краской переносными лесами, краскопультом в углу и запахами свежей штукатурки, ацетона и грязных ватников, Симон отдал должное совершенно новой сантехнике, но это, конечно, же не было главным. Застегнув брюки, внимательно оглядев длинный ряд обрезанных снизу пластиковых дверей и прислушавшись к поистине замогильной тишине в помещении, агент быстро перевернул перстень на руке и вгляделся в прозрачную лилово-сиреневую поверхность…
— А я уже волнуюсь, не случилось ли чего неприятного, ваше превосходительство, — прозвучал в гулкой пустоте туалета занудливый, раздраженный голос беса. — Что ж это ты на связь не выходишь, хоть и требовал её первым делом? Никаких новостей от тебя уже который день, я весь извелся, чего и подумать — не знаю…
Кажется, получив от отпускника из Преисподней согласие помочь разобраться в непростом, важном для него же самого деле Артифекс решил, что его задача полностью выполнена, и теперь крутиться, как белка в колесе, выручая куратора Отражения, должен был лишь один Симон.
— Не который день, а который час пошел с нашей встречи, — скромно уточнил Симон, жалея, что бес решил обойтись звуковым контактом, не показывая себя, небось, опять в малярной робе стоит у недокрашенного забора. — Приглуши, пожалуйста, голосок, я не в пустыне среди верблюдов, неужели трудно было сразу догадаться и запустить мыслеречь?
— Не будь таким мелочным, ваше превосходительство, мыслеречь требует от меня дополнительного напряжения, — чуть сварливо ответил уже в голове агента голос беса-куратора. — Без серьезной надобности я напрягаться не хочу, ты прекрасно понимаешь…
— Сейчас ты сам оценишь, стоит ли напрягаться, — с легкой угрозой подумал в ответ Симон. — Ты говорил о тумане, застилающем, закрывающем от тебя будущие события?
— Ну, глаголил о таком событии, — как бы, нехотя признался Артифекс. — Ты нашел источник тумана? Или хотя бы разгадал его природу?
— Не зли меня, — забирая в свои руки инициативу разговора посоветовал бесу агент Преисподней. — Кажется, я не брался за проведение метафизических опытов в этом Отражении, а подрядился всего лишь найди убийц тобой указанного грешника. Но, честное слово, нынче не время для уточнения буквы и духа нашего соглашения. Глянь, прямо сейчас и немедленно, на домик напротив отеля «Две звезды» — той гостиницы, в которой твой человечек и нашел смерть.
— Ты думаешь, я не смотрел? Там-то я и попал в самый эпицентр, — почти возмутился Артифекс, непроизвольно вызвав неприятный гул в голове Симона. — Кругом был туман и мгла серая, непроглядная, в которой ничего разобрать нельзя…
— Прямо сейчас — посмотри конкретно на дом, который стоит лицом к лицу с центральным входом отеля, — как ребенку, едва ли не по слогам, повторил агент, упрямо поджимая губы, чтобы сдержать рвущееся наружу возмущенное дыхание.
Страница 64 из 125
