Больше ничего похожего не было, но этот серый московский снег определенно напоминал мертвые лепестки цветка лан-хуаня…
Добавить в моё избранное
406 мин, 6 сек 20617
Надеюсь, не боитесь? Кабриолет ведь, по Вашим словам, перевернется только спустя месяц, а доедем мы через час.
Гнусавый голос за спиной снова попытался возразить:
— Чжан, милая, умоляю Вас… Ну что за странные причуды — приглашать в машину этого магистра шарлатанских искусств?
Другой голос — женский — прошелестел:
— И вообще, Чжан, будет лучше, если ты поедешь с нами, а твою машину поведет… ну, скажем, доктор…
«Чжан? — как странно»… — только и успел подумать юный маг — девушка решительно отперла свой кабриолет и подтолкнула его внутрь.
Машина тронулась. Чжан не спускал с незнакомки суетливых глаз — она сосредоточенно смотрела вперед и ни разу не взглянула на своего попутчика. Когда отъехали на порядочное расстояние от кладбища, где с сегодняшнего дня обрел вечное пристанище ее неудачливый брат, спросила — так, словно речь шла о совершенно обычных вещах:
— Вы занимаетесь магией?
Чжан отрывисто произнес:
— Да, с детства… Не выдержал, перевел разговор на другое:
— А Вас зовут Чжан? Я думал — это мужское имя…
Она равнодушно пожала плечами:
— Ну и что с того? У нас в семье всем детям дают такое имя. И моего брата, — она наконец-то поглядела на Чжана — … того, что сегодня похоронили… так же звали.
— Да, я знаю… — голос Чжана прозвучал почти радостно — он не ошибся.
— Знаете?— девушка наморщила лоб. — А, между прочим, мне предсказывали в детстве, что я погибну в автомобильной катастрофе, между двадцатью и двадцатью тремя годами… Бабушка моя постоянно приглашала к себе ведунью, из тех, кого называют Май-Фу-Гу, — однажды спросила у ней насчет меня, ну та ей и нагадала. А я вообще-то не очень верю в магию, хотя знакомых магов у нашей семьи до черта.
Чжан поинтересовался:
— И поэтому Вы сели за руль, несмотря на предсказание?
Она равнодушно ответила:
— Нет, не поэтому… Просто захотела — и села, вот и все… Подумайте сами: ну какая разница — разобьюсь я в чужой машине или в своей собственной? Всю жизнь ведь пешком ходить не станешь — даже если б я и верила во всю эту чепуху.
Чжан напрягся как перед боем — настало время идти в наступление.
Стараясь говорить как можно небрежнее, он произнес:
— В Вашей семье за последние шестьдесят-семьдесят лет часто случаются самоубийства, не так ли? — Она едва не бросила руль и поглядела на него с изумлением. Чжан сам изумился своим словам: минуту назад он еще об этом не думал. Он просто неожиданно понял — понял — и все тут! — что это родовое проклятье связано с прадедом девушки — моряком, который погиб… да-да, несомненно, погиб в воде… а вот дальше… дальше что-то случилось с его телом.
— Ваш прадед был моряком, и его тело не смогли отыскать в воде…
Она кивнула. Значит, правда…
— В таких случаях, — наставительно проговорил Чжан, — следует призвать душу умершего с помощью молитв и заклинаний, а затем похоронить изготовленное из бумаги тело… Но Ваши родственники, насколько я понимаю, тоже не доверяли магии… — он почти задыхался, но не решался перевести дыхание — сейчас, сейчас она скажет: Вы мошенник, Вы узнали историю нашей семьи, а теперь пытаетесь выдать себя за колдуна, чтобы поживиться нашими деньгами и связями. И ему нечего будет возразить: и вправду ведь похоже… Ну разве не мог предприимчивый юнец выведать про смерть деда, а потом выждать подходящий момент, предстать перед очами девушки из высокородной семьи, наговорить кучу дребедени, а за спасение от смерти потребовать… что ни говори, от таких людей, как эти, потребовать можно многое, очень многое. Но Чжан почему-то поверила ему.
Чжан остановила машину у обочины и близко придвинулась к предсказателю.
— Ну и что?
— А то, что душа умершего, по всей вероятности, попала во власть темных сил — и тащит под эту же власть всех, кто с нею связан — в первую очередь, кровно. — Он сделал паузу и добавил как бы невзначай: — По этой же причине погиб Ваш брат. И Вы тоже умрете, Чжан… даже если избавитесь от своего кабриолета… — он мученически взялся за виски — эта страшная догадка осенила его только сейчас. Да, Чжан наверняка умрет — и несчастный кабриолет тут совершенно ни при чем: она умрет, потому что должна умереть. О Небо, разве он мог предположить это, когда полчаса назад садился в ее машину! Маг пристально посмотрел на девушку — она, бедняжка, выглядела совсем ошарашенной его словами, но изо всех сил старалась держаться этакой высокомерной придворной дамой — все-таки богачи в этом смысле не чета нищим.
— Все это так странно… смерть брата, эти похороны… то, что Вы сказали о прадеде… и обо мне. — И вдруг спросила — просто, почти жалобно:
— Вы можете мне чем-нибудь помочь? Я в долгу не останусь — вот увидите.
Чжан обмер: вот оно — его будущее перед ним! Вот оно — богатство, знатность, свой собственный салон магии для богатых — может быть, не один.
Гнусавый голос за спиной снова попытался возразить:
— Чжан, милая, умоляю Вас… Ну что за странные причуды — приглашать в машину этого магистра шарлатанских искусств?
Другой голос — женский — прошелестел:
— И вообще, Чжан, будет лучше, если ты поедешь с нами, а твою машину поведет… ну, скажем, доктор…
«Чжан? — как странно»… — только и успел подумать юный маг — девушка решительно отперла свой кабриолет и подтолкнула его внутрь.
Машина тронулась. Чжан не спускал с незнакомки суетливых глаз — она сосредоточенно смотрела вперед и ни разу не взглянула на своего попутчика. Когда отъехали на порядочное расстояние от кладбища, где с сегодняшнего дня обрел вечное пристанище ее неудачливый брат, спросила — так, словно речь шла о совершенно обычных вещах:
— Вы занимаетесь магией?
Чжан отрывисто произнес:
— Да, с детства… Не выдержал, перевел разговор на другое:
— А Вас зовут Чжан? Я думал — это мужское имя…
Она равнодушно пожала плечами:
— Ну и что с того? У нас в семье всем детям дают такое имя. И моего брата, — она наконец-то поглядела на Чжана — … того, что сегодня похоронили… так же звали.
— Да, я знаю… — голос Чжана прозвучал почти радостно — он не ошибся.
— Знаете?— девушка наморщила лоб. — А, между прочим, мне предсказывали в детстве, что я погибну в автомобильной катастрофе, между двадцатью и двадцатью тремя годами… Бабушка моя постоянно приглашала к себе ведунью, из тех, кого называют Май-Фу-Гу, — однажды спросила у ней насчет меня, ну та ей и нагадала. А я вообще-то не очень верю в магию, хотя знакомых магов у нашей семьи до черта.
Чжан поинтересовался:
— И поэтому Вы сели за руль, несмотря на предсказание?
Она равнодушно ответила:
— Нет, не поэтому… Просто захотела — и села, вот и все… Подумайте сами: ну какая разница — разобьюсь я в чужой машине или в своей собственной? Всю жизнь ведь пешком ходить не станешь — даже если б я и верила во всю эту чепуху.
Чжан напрягся как перед боем — настало время идти в наступление.
Стараясь говорить как можно небрежнее, он произнес:
— В Вашей семье за последние шестьдесят-семьдесят лет часто случаются самоубийства, не так ли? — Она едва не бросила руль и поглядела на него с изумлением. Чжан сам изумился своим словам: минуту назад он еще об этом не думал. Он просто неожиданно понял — понял — и все тут! — что это родовое проклятье связано с прадедом девушки — моряком, который погиб… да-да, несомненно, погиб в воде… а вот дальше… дальше что-то случилось с его телом.
— Ваш прадед был моряком, и его тело не смогли отыскать в воде…
Она кивнула. Значит, правда…
— В таких случаях, — наставительно проговорил Чжан, — следует призвать душу умершего с помощью молитв и заклинаний, а затем похоронить изготовленное из бумаги тело… Но Ваши родственники, насколько я понимаю, тоже не доверяли магии… — он почти задыхался, но не решался перевести дыхание — сейчас, сейчас она скажет: Вы мошенник, Вы узнали историю нашей семьи, а теперь пытаетесь выдать себя за колдуна, чтобы поживиться нашими деньгами и связями. И ему нечего будет возразить: и вправду ведь похоже… Ну разве не мог предприимчивый юнец выведать про смерть деда, а потом выждать подходящий момент, предстать перед очами девушки из высокородной семьи, наговорить кучу дребедени, а за спасение от смерти потребовать… что ни говори, от таких людей, как эти, потребовать можно многое, очень многое. Но Чжан почему-то поверила ему.
Чжан остановила машину у обочины и близко придвинулась к предсказателю.
— Ну и что?
— А то, что душа умершего, по всей вероятности, попала во власть темных сил — и тащит под эту же власть всех, кто с нею связан — в первую очередь, кровно. — Он сделал паузу и добавил как бы невзначай: — По этой же причине погиб Ваш брат. И Вы тоже умрете, Чжан… даже если избавитесь от своего кабриолета… — он мученически взялся за виски — эта страшная догадка осенила его только сейчас. Да, Чжан наверняка умрет — и несчастный кабриолет тут совершенно ни при чем: она умрет, потому что должна умереть. О Небо, разве он мог предположить это, когда полчаса назад садился в ее машину! Маг пристально посмотрел на девушку — она, бедняжка, выглядела совсем ошарашенной его словами, но изо всех сил старалась держаться этакой высокомерной придворной дамой — все-таки богачи в этом смысле не чета нищим.
— Все это так странно… смерть брата, эти похороны… то, что Вы сказали о прадеде… и обо мне. — И вдруг спросила — просто, почти жалобно:
— Вы можете мне чем-нибудь помочь? Я в долгу не останусь — вот увидите.
Чжан обмер: вот оно — его будущее перед ним! Вот оно — богатство, знатность, свой собственный салон магии для богатых — может быть, не один.
Страница 9 из 111
