Театр снова работает… Виктор возвращается в город Страха. Все по старому, но все-же иначе…
Добавить в моё избранное
389 мин, 7 сек 13807
Потому не строй из себя невинную овечку. Хотел бы убить, ты уже был мертв.
— Оля, отойди от него. Ди? Ты слышишь меня, отойди от него. — голос холодный.
Парень лишь слегка улыбнулся девушке. И натянул капюшон на глаза… «овечка говоришь»… — подумал парень и собрав всю свою волю встал… Неприятных хруст… Вспышка невыносимой боли, вампир даже не понял, как он умудрился даже звука не издать…
— Овечка говоришь… — прошипел Себастьян, натягивая капюшон еще сильнее, для того чтобы ни парень ни девушка не увидели гримасу боли. А боль была сильнейшая, в итоге прокушенная губа и вкус крови на языке…
— Просил же без гнилых речей, если решил стрелять — стреляй, если нет, разговор окончен…
«как бы не склеится тут от болевого шока» — пролетела мысль в голове парня. Колено не выдерживало, хотя Себастьян и так почти всю свою массу тела перекинул на здоровую ногу. Слегка пошатнувшись, парень вцепился в старую потертую скамью для посетителей церкви…
— Церковь — не место для насилия. Прошу вас покинуть священную обитель Господа. — сказал священник обводя взглядом троицу людей находившихся в церкви.
— Как скажите Батюшка… я уже ухожу — слова были полны уважения и стыда. Парень сделал шаг борясь с невыносимой болью. Себастьян был уперт до нельзя, медленно но верно шел к выходу, делая небольшие передышки, чтобы хоть как-то унять боль. Старые штаны уже изрядно пропитались кровью, но «Вампира» больше беспокоило не это. Старый пыльный чердак, вещи вековой давности, там многое заплесневело, отсырело, прогнило… Штаны были просто наполнены всякой ерундой, а тут открытое ранение. Как бы чего подхватить, б… ь — про себя выругавшись Себастьян вновь сделал шаг.
— Ну выйдешь ты из церкви и что дальше? ТЕБЕ! ТУТ! никто не поможет, ты одиночка, отшельник. Мир лишь облегченно вздохнет, узнав что еще одним психом и моральным уродом стало меньше — потешался внутренний голос, но парень продолжал уверенные, но очень болезненные шаги в сторону выхода…
Виктор Карнэйдж
Неожиданно на Олю напала какая-то неистовая печаль, от всего того, что она пережила, и что ей придется пережить дальше. Нет, она не жалела себя. Напротив — от этой тоски по родному городу и по родным, которые уже наверняка успели похоронить пропавшую дочь, у Ди появилось второе дыхание. Она вновь захотела жить, а не просто существовать в этом проклятом Страхграде, хотя бы для того, чтобы выбраться отсюда живой и показать миру себя.
Девушка улыбнулась, услышав слова Виктора и произнесла:
— Можешь меня не ждать. Боюсь, это затянется надолго…. — она посмотрела на свои ладони, запачканные кровью и лишь могла представить, что у нее твориться на лице. — К тому же, мне нужно время, чтобы отойти от всего этого. Принять ванну, например…
Сказала, и отчего-то смутилась.
О чем ты думаешь, Ди?
Ни о чем!
Неожиданно сверху раздался скрип, и посыпалась вековая пыль.
Оля затихла, встревожено глянув на Виктора.
— Святой отец не бывает на чердаках.
— Можешь меня не ждать. Боюсь, это затянется надолго…. К тому же, мне нужно время, чтобы отойти от всего этого. Принять ванну, например…
— Красиво жить не запретишь — усмехнулся Виктор
Все-же остановился.
— а помнишь как я стирал с тебя кровь платочком и отпаивал спиртом? Как насчет повторить? Я ведь лучше зеркала справлюсь.
— Святой отец не бывает на чердаках.
— Наверно крысы — беззаботно ответил парень, медленно подходя к девушке.
— Тихо себя веди. — шёпотом — я слышал шаги, и врят-ли крысы носят обувь.
Привыкший «работать» в абсолютной тишине Виктор четко слышал чьи-то шаги. Сперва ему казалось что у него просто глюки, но когда с потолка стала падать известка.
Хоть бы под тобой потолок провалился — пожелал он неизвестному.
— Идеи? — все также тихо — можно пойти проверить, но так делают лишь в ужастиках. Можно сообщить нашему «другу» что его заметили и пусть выходит. Тогда он либо затихнет до вечера, либо выйдет, тут я его и сниму. Или я могу просто наугад всадить 34 пули с обоих пистолетов в потолок.
— Придется ванне подождать…
ответила она на шепот Виктора.
И как настороженная кошка, заприметившая мышку, прислушалась. Похоже, неизвестный тип распознал, что его заметили. Доски заскрипели, угрожая поломаться и открыть взору Оли незваную особу. Но, хвала небесам, ничего подобного не произошло, и особа представала перед взором несколько шокированной Ди.
— Вечер добрый, господа…
Девушка нервно сглотнула и отошла на шаг назад, цепляясь за рукав Виктора.
Какого дьявола?!
— Оу, ты дьявола звала? Вот и он!
— Вот и он, — тише шепота произнесла Ди, рассматривая живопись на лице незнакомца.
В этот краткий миг затишья она старалась не думать о своих опасениях на счет дьявола, который спустился на землю.
— Оля, отойди от него. Ди? Ты слышишь меня, отойди от него. — голос холодный.
Парень лишь слегка улыбнулся девушке. И натянул капюшон на глаза… «овечка говоришь»… — подумал парень и собрав всю свою волю встал… Неприятных хруст… Вспышка невыносимой боли, вампир даже не понял, как он умудрился даже звука не издать…
— Овечка говоришь… — прошипел Себастьян, натягивая капюшон еще сильнее, для того чтобы ни парень ни девушка не увидели гримасу боли. А боль была сильнейшая, в итоге прокушенная губа и вкус крови на языке…
— Просил же без гнилых речей, если решил стрелять — стреляй, если нет, разговор окончен…
«как бы не склеится тут от болевого шока» — пролетела мысль в голове парня. Колено не выдерживало, хотя Себастьян и так почти всю свою массу тела перекинул на здоровую ногу. Слегка пошатнувшись, парень вцепился в старую потертую скамью для посетителей церкви…
— Церковь — не место для насилия. Прошу вас покинуть священную обитель Господа. — сказал священник обводя взглядом троицу людей находившихся в церкви.
— Как скажите Батюшка… я уже ухожу — слова были полны уважения и стыда. Парень сделал шаг борясь с невыносимой болью. Себастьян был уперт до нельзя, медленно но верно шел к выходу, делая небольшие передышки, чтобы хоть как-то унять боль. Старые штаны уже изрядно пропитались кровью, но «Вампира» больше беспокоило не это. Старый пыльный чердак, вещи вековой давности, там многое заплесневело, отсырело, прогнило… Штаны были просто наполнены всякой ерундой, а тут открытое ранение. Как бы чего подхватить, б… ь — про себя выругавшись Себастьян вновь сделал шаг.
— Ну выйдешь ты из церкви и что дальше? ТЕБЕ! ТУТ! никто не поможет, ты одиночка, отшельник. Мир лишь облегченно вздохнет, узнав что еще одним психом и моральным уродом стало меньше — потешался внутренний голос, но парень продолжал уверенные, но очень болезненные шаги в сторону выхода…
Виктор Карнэйдж
Неожиданно на Олю напала какая-то неистовая печаль, от всего того, что она пережила, и что ей придется пережить дальше. Нет, она не жалела себя. Напротив — от этой тоски по родному городу и по родным, которые уже наверняка успели похоронить пропавшую дочь, у Ди появилось второе дыхание. Она вновь захотела жить, а не просто существовать в этом проклятом Страхграде, хотя бы для того, чтобы выбраться отсюда живой и показать миру себя.
Девушка улыбнулась, услышав слова Виктора и произнесла:
— Можешь меня не ждать. Боюсь, это затянется надолго…. — она посмотрела на свои ладони, запачканные кровью и лишь могла представить, что у нее твориться на лице. — К тому же, мне нужно время, чтобы отойти от всего этого. Принять ванну, например…
Сказала, и отчего-то смутилась.
О чем ты думаешь, Ди?
Ни о чем!
Неожиданно сверху раздался скрип, и посыпалась вековая пыль.
Оля затихла, встревожено глянув на Виктора.
— Святой отец не бывает на чердаках.
— Можешь меня не ждать. Боюсь, это затянется надолго…. К тому же, мне нужно время, чтобы отойти от всего этого. Принять ванну, например…
— Красиво жить не запретишь — усмехнулся Виктор
Все-же остановился.
— а помнишь как я стирал с тебя кровь платочком и отпаивал спиртом? Как насчет повторить? Я ведь лучше зеркала справлюсь.
— Святой отец не бывает на чердаках.
— Наверно крысы — беззаботно ответил парень, медленно подходя к девушке.
— Тихо себя веди. — шёпотом — я слышал шаги, и врят-ли крысы носят обувь.
Привыкший «работать» в абсолютной тишине Виктор четко слышал чьи-то шаги. Сперва ему казалось что у него просто глюки, но когда с потолка стала падать известка.
Хоть бы под тобой потолок провалился — пожелал он неизвестному.
— Идеи? — все также тихо — можно пойти проверить, но так делают лишь в ужастиках. Можно сообщить нашему «другу» что его заметили и пусть выходит. Тогда он либо затихнет до вечера, либо выйдет, тут я его и сниму. Или я могу просто наугад всадить 34 пули с обоих пистолетов в потолок.
— Придется ванне подождать…
ответила она на шепот Виктора.
И как настороженная кошка, заприметившая мышку, прислушалась. Похоже, неизвестный тип распознал, что его заметили. Доски заскрипели, угрожая поломаться и открыть взору Оли незваную особу. Но, хвала небесам, ничего подобного не произошло, и особа представала перед взором несколько шокированной Ди.
— Вечер добрый, господа…
Девушка нервно сглотнула и отошла на шаг назад, цепляясь за рукав Виктора.
Какого дьявола?!
— Оу, ты дьявола звала? Вот и он!
— Вот и он, — тише шепота произнесла Ди, рассматривая живопись на лице незнакомца.
В этот краткий миг затишья она старалась не думать о своих опасениях на счет дьявола, который спустился на землю.
Страница 13 из 110
