Театр снова работает… Виктор возвращается в город Страха. Все по старому, но все-же иначе…
Добавить в моё избранное
389 мин, 7 сек 13859
Хорошо что ты в цвете не видишь эти ужасы.
Он передал ей пачку фотографий.
— Просто ты чуть не убила меня, а я просто хотел немного ласки. Ты немного гм… изменилась, совсем чуточку, но стала более темной чтоли.
Он разговаривал с Ди, совершенно не обращая внимания на Анж и на кого либо еще, но голос был тихий. Только для нее, эти слова.
— У тебя злость и обида, и нужно выплеснуть, иначе будет плохо. В первую очередь с головой. Будут кошмары, истерики, злость. Без причин. И черт… что я делаю?
Фотографии оказались мерзкими, мрачными и темными. По крайней мере, для самой Ди. Она медленно пересматривала их, перекладывая просмотренные на стол, и не смогла сдержать печальный вздох:
— Боже…
К сердцу начал медленно подкрадываться страх, овладевая постепенно всем тело девушки. Мурашки совершили по спине три марафона, и в конце перебрались к пальцам, которые мелко, почти не заметно, задрожали.
Оле стало безумно неприятно и внутри вновь начала закипать обида, смешанная с яростью.
Внезапно фотографии были отобраны. Ди мысленно поблагодарила Виктора за это и покосилась в сторону Анжелики.
Он отобрал фотографии.
— Прости Оля, наверно мне и вправду нужен напарник без сердца. Гдеб найти такого… Оль, я не предлогаю участвовать в этом, просто поможешь. Просто я не хочу оставлять тебя одну, ты все время влипаешь в истории. Хочу держать тебя под боком, на виду…
Я не знаю, я говорю какие то глупости, просто не могу подобрать нужные фразы…
Он перевел с нее взгляд, и сделал вид что наслаждается ароматом растворимого кофе. Закрыл глаза, томно вздохнул и отпил пол чашки разом.
«Напарник без сердца»…
Глаза вновь обратились к Виктору. Конечно, она могла согласиться на то, чтобы хотя бы просто поприсутствовать рядом. Но, если она будет рядом, значит, будет все видеть, а если будет видеть, то весьма велика вероятность того, что …
— Убью… — прошептала она, и осознав, поспешила добавить:
— В чем может заключаться моя помощь?
Торт оказался не таким вкусным, как был раньше. Или может быть, это фотографии так на нее повлияли?
— Твоя помощь, ну просто побудешь рядом. Тебе не обязательно быть именно там, и участвовать. Конечно если ты хочешь… черт. Как же сложно склонять людей к плохим поступкам. В общем если ты будешь рядом, я не буду за тебя переживать и все. Просто чтобы мне было спокойней. Наверно это глупо звучит? Ты наделяешь меня жизнью, даешь смысл. Сейчас я опасен как никогда, потому что защищаю не только свою жизнь. Но и тебя. Свое будущее. И в тоже время я уязвим. Но я обещаю. Следующих кто с плохими намерениями к тебе только притронется, я сдедаю с ним такое, что он станет завидовать мертвым. И прости если говорю слишком страшные вещи, и неприятные. Я просто привык, идти по колено в крови.
Он перегнулся через столик и поцеловал Ольгу.
— Только ради тебя. — ошеломленно прошептала она, едва Виктор отстранился от ее губ.
С другой стороны, сама перспектива пойти и посмотреть вживую на работу возлюбленного было довольно заманчиво, но все же, наверное это было не лучшее зрелище, на которое могут пригласить. Уж лучше кино, театр, или цирк, в конце концов. А тут поимка какого-то особо психически настроенного злодея. А вдруг он кинется на Ди? Что тогда делать? Без сомнений, рефлексы что-нибудь, но сделали бы. Например, швырнули бы ножом в голову (хотя наверняка промахнулись бы), или побежали бы прочь от грязного места умышленного убийства, крича и ревя (хотя нет, это все же врядли). На протяжении всей жизни до попадания в СтрахГрад, Ди практически никак не наблюдала насилие в живую, а тут, в городе, ее сознание перевернулось вверх дном и мало-помалу отошло от всего увиденного. Множество убийств — рассчитаных и не очень — происходили тут как по расписанию. И даже сейчас, вполне могло что-то произойти. Но судьба была милостлива к психике девушки, и кафе практически не буянило от постояльцев, ибо по сущности ночь только начиналась, а все, кто горел желанием поразминаться, давно уже разошлись по ночным клубам или стрипбарам.
Оля улыбнулась Виктору. Она будет с ним везде, где он скажет.
— Я пойду с тобой. Да и если что, смогу о себе позаботиться. Ты только дай мне пару пуль, хорошо?
— Конечно. Но может тебе лучше пистолет дать?
Парень, порылся во внутренних карманах куртки, сперва убрал фотографии. А после извлек горсть патронов от АКМ.
«Странно, и откуда они у меня? А! вспомнил, из особняка Глеба, когда отобрал автомат у охранника и скидал патроны в карман. Они у меня уже дня три валяются. Виктор, тебе срочно нужно вывернуть все карманы, может там пара снайперских винтовок затерялась или противотанковый еж.»
Он улыбнулся своим мыслям, и вложил в ладонь Оли горсть пуль, калибра 7.62.
Анжелика не пыталась подслушивать, у нее просто был хороший слух.
Он передал ей пачку фотографий.
— Просто ты чуть не убила меня, а я просто хотел немного ласки. Ты немного гм… изменилась, совсем чуточку, но стала более темной чтоли.
Он разговаривал с Ди, совершенно не обращая внимания на Анж и на кого либо еще, но голос был тихий. Только для нее, эти слова.
— У тебя злость и обида, и нужно выплеснуть, иначе будет плохо. В первую очередь с головой. Будут кошмары, истерики, злость. Без причин. И черт… что я делаю?
Фотографии оказались мерзкими, мрачными и темными. По крайней мере, для самой Ди. Она медленно пересматривала их, перекладывая просмотренные на стол, и не смогла сдержать печальный вздох:
— Боже…
К сердцу начал медленно подкрадываться страх, овладевая постепенно всем тело девушки. Мурашки совершили по спине три марафона, и в конце перебрались к пальцам, которые мелко, почти не заметно, задрожали.
Оле стало безумно неприятно и внутри вновь начала закипать обида, смешанная с яростью.
Внезапно фотографии были отобраны. Ди мысленно поблагодарила Виктора за это и покосилась в сторону Анжелики.
Он отобрал фотографии.
— Прости Оля, наверно мне и вправду нужен напарник без сердца. Гдеб найти такого… Оль, я не предлогаю участвовать в этом, просто поможешь. Просто я не хочу оставлять тебя одну, ты все время влипаешь в истории. Хочу держать тебя под боком, на виду…
Я не знаю, я говорю какие то глупости, просто не могу подобрать нужные фразы…
Он перевел с нее взгляд, и сделал вид что наслаждается ароматом растворимого кофе. Закрыл глаза, томно вздохнул и отпил пол чашки разом.
«Напарник без сердца»…
Глаза вновь обратились к Виктору. Конечно, она могла согласиться на то, чтобы хотя бы просто поприсутствовать рядом. Но, если она будет рядом, значит, будет все видеть, а если будет видеть, то весьма велика вероятность того, что …
— Убью… — прошептала она, и осознав, поспешила добавить:
— В чем может заключаться моя помощь?
Торт оказался не таким вкусным, как был раньше. Или может быть, это фотографии так на нее повлияли?
— Твоя помощь, ну просто побудешь рядом. Тебе не обязательно быть именно там, и участвовать. Конечно если ты хочешь… черт. Как же сложно склонять людей к плохим поступкам. В общем если ты будешь рядом, я не буду за тебя переживать и все. Просто чтобы мне было спокойней. Наверно это глупо звучит? Ты наделяешь меня жизнью, даешь смысл. Сейчас я опасен как никогда, потому что защищаю не только свою жизнь. Но и тебя. Свое будущее. И в тоже время я уязвим. Но я обещаю. Следующих кто с плохими намерениями к тебе только притронется, я сдедаю с ним такое, что он станет завидовать мертвым. И прости если говорю слишком страшные вещи, и неприятные. Я просто привык, идти по колено в крови.
Он перегнулся через столик и поцеловал Ольгу.
— Только ради тебя. — ошеломленно прошептала она, едва Виктор отстранился от ее губ.
С другой стороны, сама перспектива пойти и посмотреть вживую на работу возлюбленного было довольно заманчиво, но все же, наверное это было не лучшее зрелище, на которое могут пригласить. Уж лучше кино, театр, или цирк, в конце концов. А тут поимка какого-то особо психически настроенного злодея. А вдруг он кинется на Ди? Что тогда делать? Без сомнений, рефлексы что-нибудь, но сделали бы. Например, швырнули бы ножом в голову (хотя наверняка промахнулись бы), или побежали бы прочь от грязного места умышленного убийства, крича и ревя (хотя нет, это все же врядли). На протяжении всей жизни до попадания в СтрахГрад, Ди практически никак не наблюдала насилие в живую, а тут, в городе, ее сознание перевернулось вверх дном и мало-помалу отошло от всего увиденного. Множество убийств — рассчитаных и не очень — происходили тут как по расписанию. И даже сейчас, вполне могло что-то произойти. Но судьба была милостлива к психике девушки, и кафе практически не буянило от постояльцев, ибо по сущности ночь только начиналась, а все, кто горел желанием поразминаться, давно уже разошлись по ночным клубам или стрипбарам.
Оля улыбнулась Виктору. Она будет с ним везде, где он скажет.
— Я пойду с тобой. Да и если что, смогу о себе позаботиться. Ты только дай мне пару пуль, хорошо?
— Конечно. Но может тебе лучше пистолет дать?
Парень, порылся во внутренних карманах куртки, сперва убрал фотографии. А после извлек горсть патронов от АКМ.
«Странно, и откуда они у меня? А! вспомнил, из особняка Глеба, когда отобрал автомат у охранника и скидал патроны в карман. Они у меня уже дня три валяются. Виктор, тебе срочно нужно вывернуть все карманы, может там пара снайперских винтовок затерялась или противотанковый еж.»
Он улыбнулся своим мыслям, и вложил в ладонь Оли горсть пуль, калибра 7.62.
Анжелика не пыталась подслушивать, у нее просто был хороший слух.
Страница 55 из 110
