Театр снова работает… Виктор возвращается в город Страха. Все по старому, но все-же иначе…
Добавить в моё избранное
389 мин, 7 сек 13878
Опустившись обратно к телу Виктора, девушка приняла удобное положение и томно выдохнув, вернулась к поцелуям.
Пенка мелкими толчками выползала из ванной, словно вода сама выталкивала ее, как ненужную нынче вещь. Впрочем, так и было. Лишь толчками служили страстные движения двоих, находящихся внутри ванной.
Теплая вода и нежное, слегка скользящее тело девушки.
«О чем еще можно мечтать?»
Губы отвлеклись от губ девушки, переключившись на шею
Руки прошлись по коленям, и выше к бедрам, нежно сжав их, и резко разведя девичьи ноги в стороны.
Пока одна рука прижимала спину девушки, вторая уже вовсю исследовала лоно Ди.
Ди выгнула спину и вытянула шею, для дальнейшего исследования губами Виктора. Глаза прищурились от удовольствия, и кинули быстрый взгляд в сторону двери. Она была не закрыта, и сквозь щель пробирался неблагой сквозняк, а вместе с ним мог и кто-то посторонний. Священник, например. Ди прикусила губу, размышляя на тему оправдания своему похотливому поступку. Но, черт побери, она молодая девушка, а не дряхлый старик, и у нее есть свои потребности, которые нужно удовлетворять время от времени. И если уж местом для очередного удовлетворения вышла ванная в церкви, то быть тому в церкви.
Слегка успокоившись от найденной отговорки, девушка вздрогнула, когда ее ноги плавно и покорно расползлись в разные стороны. Томный вздох, еще один, еще. Внутренняя страсть заставило ее тело вздрагивать от каждого прикосновения любимого.
Наклонившись к лицу Виктора, Ди поцеловала его и, не отдаляясь даже на миллиметр, медленно произнесла:
— А разве наручников не нужно?
Их губы соприкасались с каждым произнесенным словом, и это подействовало на девушку неплохим возбудителем.
— Заржавеют, мыльная вода им противопоказана — хитро улыбнувшись, произнес парень.
— Потом, позже. Непременно одену, на твои прекрасные ручки стальные браслетики.
Все это говорилось отрывисто, отдельными словами, с трудом отрываясь от губ девушки.
Наконец решив прервать прелюдии, приподнял ее бедра, и вошел в нее.
«Интересно был ли у нее мужчина ранее?» — легкая ревность к возможному обладателю столь прекрасного тела.
«Или… возможно ее единственный первый и единственный до этого секс был с насильником?»
Волна гнева захлестнула парня, и он еле удержался что-бы не заскрипеть зубами от отчаяния.
Но он был осторожен и плавно двигался, стараясь сделать все… ну романтично пожалуй.
Кто бы мог подумать, что всего пару минут назад она могла приравняться к спящей принцессе, а уже теперь находилась в одной ванной с тем, кого любила, наверное, более всего в мире. Или это ей казалось от нежданно нахлынувшей страсти? Для девушки это не имело никакого значения, она была всецело поглощена любовным процессом, где-то в глубине души не веря, что смогла таки открыться этому человеку. При чем «открыться» в прямо смысле этого слова.
Ди шумно выдохнула протяжное и сладостное «Аххх»…, чувствуя в своем теле часть Виктора. Она по-кошачьи выгнула спину и, томно прикрыв глаза, прикусила нижнюю губу. Удовольствие можно было назвать божественным, порой девушка не чувствовала своего тела, а лишь связь между ее и Виктором. Постепенно они превращались в нечто единое, и, что говорить, это лишь прибавляло ритма в движения пары.
— Уммм….
вырвался из ее уст очередной вздох. Говорить о чем-либо на данной стадии, наверное, не советовалось, до Ди не выдержала и опустившись к лицу Виктора, ехидно улыбнулась и проговорила:
— Я не мазохиста. Так что вряд ли получится с наручниками.
сказала и страстно впилась в губы парня, не давая ему ответить.
— Не волнуйся, за боль и удовольствие отвечает один участок мозга, а следовательно стать мазохисткой для тебя не так и трудно.
Слова по частям, в перерыве между страстными поцелуями.
Дрожь прошедшая по телу, сжатые зубы и… смех.
— Не обращай внимание, просто реакция на оргазм — усмехнулся парень — кто-то плачет, а кто-то смеется.
Поцелуй в шею.
Перевернул девушку, прижав спиной к своей груди. Руки свободно исследователи ее тело, сжимая упругие груди, проникая в скользящие половые губки.
— Ди, представляешь, когда все это закончится… уедем, обвенчаемся в церкви.
Ладони замерли на животике Ольги.
— Будет у нас сын, или дочь. Будет семья и все будет просто прекрасно.
Смех в ответ на сладостный выдох. Не то, чтобы это удивило девушку, нет. Ей было абсолютно все равно на реакцию оргазма ее любимого человека, просто в данный момент она всего лишь хотела стать с Виктором одним целым, отдаться этому парню целиком и полностью, отдать свою душу и сердце в обмен на божественное удовольствие. Продаться искушению. Достичь небес, умереть и переродиться. Воскреснуть из любовного пепла, словно феникс.
Пенка мелкими толчками выползала из ванной, словно вода сама выталкивала ее, как ненужную нынче вещь. Впрочем, так и было. Лишь толчками служили страстные движения двоих, находящихся внутри ванной.
Теплая вода и нежное, слегка скользящее тело девушки.
«О чем еще можно мечтать?»
Губы отвлеклись от губ девушки, переключившись на шею
Руки прошлись по коленям, и выше к бедрам, нежно сжав их, и резко разведя девичьи ноги в стороны.
Пока одна рука прижимала спину девушки, вторая уже вовсю исследовала лоно Ди.
Ди выгнула спину и вытянула шею, для дальнейшего исследования губами Виктора. Глаза прищурились от удовольствия, и кинули быстрый взгляд в сторону двери. Она была не закрыта, и сквозь щель пробирался неблагой сквозняк, а вместе с ним мог и кто-то посторонний. Священник, например. Ди прикусила губу, размышляя на тему оправдания своему похотливому поступку. Но, черт побери, она молодая девушка, а не дряхлый старик, и у нее есть свои потребности, которые нужно удовлетворять время от времени. И если уж местом для очередного удовлетворения вышла ванная в церкви, то быть тому в церкви.
Слегка успокоившись от найденной отговорки, девушка вздрогнула, когда ее ноги плавно и покорно расползлись в разные стороны. Томный вздох, еще один, еще. Внутренняя страсть заставило ее тело вздрагивать от каждого прикосновения любимого.
Наклонившись к лицу Виктора, Ди поцеловала его и, не отдаляясь даже на миллиметр, медленно произнесла:
— А разве наручников не нужно?
Их губы соприкасались с каждым произнесенным словом, и это подействовало на девушку неплохим возбудителем.
— Заржавеют, мыльная вода им противопоказана — хитро улыбнувшись, произнес парень.
— Потом, позже. Непременно одену, на твои прекрасные ручки стальные браслетики.
Все это говорилось отрывисто, отдельными словами, с трудом отрываясь от губ девушки.
Наконец решив прервать прелюдии, приподнял ее бедра, и вошел в нее.
«Интересно был ли у нее мужчина ранее?» — легкая ревность к возможному обладателю столь прекрасного тела.
«Или… возможно ее единственный первый и единственный до этого секс был с насильником?»
Волна гнева захлестнула парня, и он еле удержался что-бы не заскрипеть зубами от отчаяния.
Но он был осторожен и плавно двигался, стараясь сделать все… ну романтично пожалуй.
Кто бы мог подумать, что всего пару минут назад она могла приравняться к спящей принцессе, а уже теперь находилась в одной ванной с тем, кого любила, наверное, более всего в мире. Или это ей казалось от нежданно нахлынувшей страсти? Для девушки это не имело никакого значения, она была всецело поглощена любовным процессом, где-то в глубине души не веря, что смогла таки открыться этому человеку. При чем «открыться» в прямо смысле этого слова.
Ди шумно выдохнула протяжное и сладостное «Аххх»…, чувствуя в своем теле часть Виктора. Она по-кошачьи выгнула спину и, томно прикрыв глаза, прикусила нижнюю губу. Удовольствие можно было назвать божественным, порой девушка не чувствовала своего тела, а лишь связь между ее и Виктором. Постепенно они превращались в нечто единое, и, что говорить, это лишь прибавляло ритма в движения пары.
— Уммм….
вырвался из ее уст очередной вздох. Говорить о чем-либо на данной стадии, наверное, не советовалось, до Ди не выдержала и опустившись к лицу Виктора, ехидно улыбнулась и проговорила:
— Я не мазохиста. Так что вряд ли получится с наручниками.
сказала и страстно впилась в губы парня, не давая ему ответить.
— Не волнуйся, за боль и удовольствие отвечает один участок мозга, а следовательно стать мазохисткой для тебя не так и трудно.
Слова по частям, в перерыве между страстными поцелуями.
Дрожь прошедшая по телу, сжатые зубы и… смех.
— Не обращай внимание, просто реакция на оргазм — усмехнулся парень — кто-то плачет, а кто-то смеется.
Поцелуй в шею.
Перевернул девушку, прижав спиной к своей груди. Руки свободно исследователи ее тело, сжимая упругие груди, проникая в скользящие половые губки.
— Ди, представляешь, когда все это закончится… уедем, обвенчаемся в церкви.
Ладони замерли на животике Ольги.
— Будет у нас сын, или дочь. Будет семья и все будет просто прекрасно.
Смех в ответ на сладостный выдох. Не то, чтобы это удивило девушку, нет. Ей было абсолютно все равно на реакцию оргазма ее любимого человека, просто в данный момент она всего лишь хотела стать с Виктором одним целым, отдаться этому парню целиком и полностью, отдать свою душу и сердце в обмен на божественное удовольствие. Продаться искушению. Достичь небес, умереть и переродиться. Воскреснуть из любовного пепла, словно феникс.
Страница 71 из 110
