Долг

Стекло от битых и целых бутылок отблескивало на солнце, затоптанные бычки и смятые сигаретные пачки цветными кусочками впивались в серую мозаику потресканного асфальта. Мусор и хлам остатков человеческого существования меланхолично валялся кучками и поодиночке. Выкинутые и забытые вещи уже не ждали возвращения прежних хозяев.

Эту ночь Кызя провел в бараке. Для поддержания сил и хоть какого-то восстановления многочисленных повреждений Кызя был вынужден сожрать попавшегося зомби. На ближайшее время шатающиеся зомбаки стали его самой частой пищей. Голод не ждал подходящей еды — он требовал насыщения.

Глава 9. В лапах смерти

Доктор Смерть резко оглянулся после того, как Смуглянка сказал его прозвище. Отрядный медик сидел на корточках в гордом одиночестве, если не считать мешков с трупами.

— Не боись Смерть. Это я — Смуглянка. А чего ты тут делаешь?

Все правильно. Вчера пацаны ездили за материалом для коллег доктора. Утром они походя разнесли микроскопический анклав, захватив людей и свежие трупы для неизвестных целей таинственных медиков.

Доктору не разрешили таскать непонятных «ученых с мировым именем» в лагерь. В свою очередь«мировые ученые» тоже не торопились звать к себе в гости поставщиком живого и мертвого материала. Пацаны передавали материал медикам в заранее обусловленном месте. Если трупы оставляли здесь сразу после операции, чтобы воздух в отряде не портили, то живой материал подвозили утром, когда приходила машина от ученых друзей доктора.

Смуглянка никогда передачей трупов и пленных не занимался и в этом месте никогда не был, но хорошо знал о темных делишках Доктора Смерть. Сейчас он вышел как раз на то место. где происходил обмен материала на медикаменты, спирт и наркотики. Только живых пленных тут не было. Их просто везти было уже некому. Сам отряд перестал существовать несколько часов назад.

— О, пациент мой как-никак пожаловал. — Расплылся в ехидной улыбке Доктор Смерть. — Ты ко мне на утренние процедуры пожаловал?

— Ты как мои раны перевязывать-то будешь, Смертушка? Тут же не процедурный кабинет.

Доктор уже поднялся во весь свои небольшой рост и развел руки в стороны.

— Вы уж не серчайте, голубчик. Ввиду обстоятельств будем надеется, что солнце, воздух и вода нас не подведут и будут лечить на свежем воздухе лучше препаратов.

Смуглянка радостно заулыбался. Он понял, что спасся. Ведь ему всегда везло в безвыходных ситуациях. Сейчас за доктором и трупами приедет его машина, и Смуглянка уедет с ними подальше от облавы вертухаев и ходячих мертвецов. Он подошел почти вплотную к маленькому человеку.

Едва слышный хлопок, и жгучая боль скрутила уголовника нестерпимой мукой. На какое-то время он вырубился, а когда очнулся, его руки и ноги были стянуты пластиковыми хомутами, которыми перетягивали трупам руки и ноги, чтобы грузить было удобнее. Во всем его теле хозяйничали слабость и боль.

Смуглянка услышал обрадованный голос Смерти:

— О, уже очнулся. Славненько, голубчик. Выходит, что полечил я вас как следует. Хороший материал для работы получится.

Смуглянка смог только простонать, а сознание кричало: «Ах ты сволочь! Так ты меня на опыты своим изуверам сплавить хочешь? Я тебе не морская свинка и не крыса лабораторная.»

Весь ужас ситуации заключался в том, что доктор превратил его в недостающий живой материал, который так цен или безымянные друзья Доктора Смерть. Это же надо так поспасть было! Смуглянку буквально распирало от злобы и отчаяния. Похоже, что судьба ему под самый конец совсем неприятный сюрприз приготовила, а он ей верил.

— Ого, уже трепыхаемся. Не дергайтесь больной, сейчас я тебя к перевозке приготовлю.

Перед лицом Смуглянки прошагали берцы женского размера и следом он увидел тощую задницу в камуфляжных штанах. Доктор опять присел на корточки и склонился над своей сумкой.

До слуха уголовника донесся удаленный голос. Собрав воль в кулак. Смуглянка вывернул голову, чтобы посмотреть на новую напасть.

— Смерть! Мы к тебе с подарком пришли.

Доктор понялся с кортов и развернулся в сторону визитеров. Смуглянка теперь тоже их видел. Это была парочка бойцов из его отряда: Чипа и Шнурок, которые тащили кого-то третьего.

Шнурок своем не походил на свое прозвище. Коренастый, низкорослый, крепко сбитый с тяжелой нижней челюстью и тяжелым взглядом исподлобья. В отряде славился тем, что был мастером -золотые руки. На зону попал за то, что сдала из своего охотничьего ружья полноценный пулемет с лентой и коробом, а в опущенные попал еще в изоляторе за то, что по незнанию вызвался чинить насосы в канализационной станции. Среди заключенных считается весьма непочетной любая работа связанная с туалетами и канализацией. Чипа был просто Чипой.

Третий был не знаком. Круглая белобрысая башка и перепачканное лицо с пухлыми щеками.