Настойчивый стук вырвал Анри из власти сна. Капитан гвардии открыл глаза и осмотрелся. В комнате царил полумрак, разгоняемый лишь слабоватым светом полной луны. Капитан слабо зарычал и помотал головой, отгоняя остатки сна. Стук повторился. Кто-то продолжал нагло ломиться в спальню мессира Анри Де Волта несмотря на то, что на дворе стояла кромешная ночь.
Добавить в моё избранное
378 мин, 19 сек 18484
Маг кивнул, и юноша осторожно пробрался на небольшую, мощенную булыжником площадь, ровно посередине которой располагалось каменное жерло уходящего глубоко в землю колодца. Осторожно отвязал болтающееся на толстой цепи ведро, опустил его вниз. Полированная ручка барабана завертелась, опуская деревянную бадью вниз, в темноту. Затем раздался плеск, который в тишине грянул как звук часовенного колокола. Эццио поморщился и весь сжался в ожидании опасности. И опасность не заставился себя ждать.
Из дома старосты, выпав в открытую дверь, на улицу посыпали мертвяки. Четверо. Мальчик в изорванной, серой от грязи рубахе с всклокоченными волосами и бледным лицом, девочка в длинной белой сорочке со свисающими грязными лохмами. А за ними и их родители: толстый, лысый невысокий мужик с искусанным лицом, на котором не было живого места и высокая женщина с наполовину объеденной распухшей рукой. Четверка упырей, радостно растопырив руки, быстро бросилась к людям.
Ларро тут же метнул из-за забора пару молний в спину бегущих к Эццио и Вильямсу упырей. Мальчик и женщина тут же осыпались на мостовую кучками обгоревших костей. А девочка уже вцепилась маленькими, но необычайно цепкими ручонками в рукав куртки доктора. Вильямс молниеносно отмахнулся топором — и мертвячка отпустила руку доктора, осев на землю. Мужика прикончил Эццио, быстро пробив лысый череп тяжелой саблей.
— Фух, — с облегчением выдохнул Эццио, вытаскивая бадью.
Колодец был обложен камнем, и это не могло не радовать. Был бы он огорожен остатками гнилого деревянного сруба, туда вполне мог бы свалиться мертвяк. Или пара. И тогда вода сразу стала бы непригодной для питья. А здесь — вот она. Холодная, прозрачная, плескавшаяся в деревянной кадушке. Эццио не удержался и тут же припал к краю ведра, жадно хлебая, как лось на водопое. К нему из укрытия тут же рванул Ларро.
— Дай, — попросил он, едва разлепив пересохшие, потрескавшиеся губы.
Эццио утер рот рукавом рубахи и отошел в сторону, и маг тут же жадно припал к бадье. Когда к бадье подошел Вильямс, воды заметно поубавилось, а Ларро удовлетворенно потирал живот, в котором булькало при каждом движении.
Затем все быстро умылись, по очереди выливая воду в подставленные пригоршнями руки. Рядом с колодцем потекли серые грязные ручейки. Ледяная вода сразу придала бодрости. Эццио еще раз бросил ведро в темный провал колодца. Воду быстро разлили по подставленным флягам.
— Теперь можно и уходить, — удовлетворенно отметил Эццио, явно довольный собой. — Так же тихо, как и пришли.
Но в этот раз выходили более уверенно, не таясь. Маг заскочил в дом старосты и вылетел оттуда спустя пару минут, довольный как все демоны Пекла, которым удалось купить душу девственницы. В руке мага была зажата бутыль с мутноватой жидкостью, закупоренная пробкой.
— На кухне нашел, — похвастался он, показывая бутыль Эццио и доктору. — Самогон. Настоящий. Не зря зашли.
Ларро радовался самогону еще больше, чем холодной воде. Он тут же трясущимися руками вытащил пробку и сделал несколько больших глотков. И, видимо, остался весьма доволен напитком.
— Особо не увлекайся, — буркнул Вильямс. — Больше я тебя таскать не буду.
Маг кивнул, еще раз отхлебнув из бутыли, и закупорив ее, бодро зашагал рядом с остальными. У входа в деревню уже стояли, переминаясь с ноги на ногу, Анри и Эрцо. Завидев выходивших добровольцев, они замахали руками, направившись навстречу. Эццио на ходу показал две большие пузатые фляжки, наполненные водой, и Анри вздохнул с заметным облегчением. Эрцо свистнул — и через три минуты у ворот показались Оларр, Грасс с Мари и Ватрикс. На добытую воду все тут же набросились с жадностью, почти опустошив фляги. Пришлось возвращаться обратно, чтобы вновь пополнить запас. В этот раз в поселок уже направились все. Напились, умылись, набрали воды. Пора и сваливать, пока «фермеры» не пожаловали в деревню на обед. А еда — вот она, у колодца вертится.
На обратной дороге Анри присмотрелся. Следов крови не было, значит, в деревню пожаловали не искусанные беженцы. Скорее всего, соседи, которых отряд Анри выманил с фермы, разбрелись по лесу, и часть наткнулась на новую ферму, полную еды. Ну, и вырезали ее подчистую. А ушли ли отсюда раненые беженцы?
Третья деревня, которую встретили по дороге, была пуста. Множество следов крови на порогах домов и площади, множество следов борьбы. Как, например, тот маленький топорик, торчавший в бревнах дома. Топорик сразу же прихватил Вильямс, решив взять себе, как он выразился «оружие дальнего боя». Легкий, с узким лезвием, он идеально подходил в качестве метательного оружия. Но мертвецов не было. Ни безобидно лежавших на земле, ни бродунов. Может, крестьяне и отбились, а затем ушли дальше. А может, дрогнули и побежали, увлекая за собой мертвяков. А воскресшие пошли следом за ними. Ну, или разбрелись по своим делам. Оларр, стиснул рукоять топора, и забормотал какую — то молитву.
Из дома старосты, выпав в открытую дверь, на улицу посыпали мертвяки. Четверо. Мальчик в изорванной, серой от грязи рубахе с всклокоченными волосами и бледным лицом, девочка в длинной белой сорочке со свисающими грязными лохмами. А за ними и их родители: толстый, лысый невысокий мужик с искусанным лицом, на котором не было живого места и высокая женщина с наполовину объеденной распухшей рукой. Четверка упырей, радостно растопырив руки, быстро бросилась к людям.
Ларро тут же метнул из-за забора пару молний в спину бегущих к Эццио и Вильямсу упырей. Мальчик и женщина тут же осыпались на мостовую кучками обгоревших костей. А девочка уже вцепилась маленькими, но необычайно цепкими ручонками в рукав куртки доктора. Вильямс молниеносно отмахнулся топором — и мертвячка отпустила руку доктора, осев на землю. Мужика прикончил Эццио, быстро пробив лысый череп тяжелой саблей.
— Фух, — с облегчением выдохнул Эццио, вытаскивая бадью.
Колодец был обложен камнем, и это не могло не радовать. Был бы он огорожен остатками гнилого деревянного сруба, туда вполне мог бы свалиться мертвяк. Или пара. И тогда вода сразу стала бы непригодной для питья. А здесь — вот она. Холодная, прозрачная, плескавшаяся в деревянной кадушке. Эццио не удержался и тут же припал к краю ведра, жадно хлебая, как лось на водопое. К нему из укрытия тут же рванул Ларро.
— Дай, — попросил он, едва разлепив пересохшие, потрескавшиеся губы.
Эццио утер рот рукавом рубахи и отошел в сторону, и маг тут же жадно припал к бадье. Когда к бадье подошел Вильямс, воды заметно поубавилось, а Ларро удовлетворенно потирал живот, в котором булькало при каждом движении.
Затем все быстро умылись, по очереди выливая воду в подставленные пригоршнями руки. Рядом с колодцем потекли серые грязные ручейки. Ледяная вода сразу придала бодрости. Эццио еще раз бросил ведро в темный провал колодца. Воду быстро разлили по подставленным флягам.
— Теперь можно и уходить, — удовлетворенно отметил Эццио, явно довольный собой. — Так же тихо, как и пришли.
Но в этот раз выходили более уверенно, не таясь. Маг заскочил в дом старосты и вылетел оттуда спустя пару минут, довольный как все демоны Пекла, которым удалось купить душу девственницы. В руке мага была зажата бутыль с мутноватой жидкостью, закупоренная пробкой.
— На кухне нашел, — похвастался он, показывая бутыль Эццио и доктору. — Самогон. Настоящий. Не зря зашли.
Ларро радовался самогону еще больше, чем холодной воде. Он тут же трясущимися руками вытащил пробку и сделал несколько больших глотков. И, видимо, остался весьма доволен напитком.
— Особо не увлекайся, — буркнул Вильямс. — Больше я тебя таскать не буду.
Маг кивнул, еще раз отхлебнув из бутыли, и закупорив ее, бодро зашагал рядом с остальными. У входа в деревню уже стояли, переминаясь с ноги на ногу, Анри и Эрцо. Завидев выходивших добровольцев, они замахали руками, направившись навстречу. Эццио на ходу показал две большие пузатые фляжки, наполненные водой, и Анри вздохнул с заметным облегчением. Эрцо свистнул — и через три минуты у ворот показались Оларр, Грасс с Мари и Ватрикс. На добытую воду все тут же набросились с жадностью, почти опустошив фляги. Пришлось возвращаться обратно, чтобы вновь пополнить запас. В этот раз в поселок уже направились все. Напились, умылись, набрали воды. Пора и сваливать, пока «фермеры» не пожаловали в деревню на обед. А еда — вот она, у колодца вертится.
На обратной дороге Анри присмотрелся. Следов крови не было, значит, в деревню пожаловали не искусанные беженцы. Скорее всего, соседи, которых отряд Анри выманил с фермы, разбрелись по лесу, и часть наткнулась на новую ферму, полную еды. Ну, и вырезали ее подчистую. А ушли ли отсюда раненые беженцы?
Третья деревня, которую встретили по дороге, была пуста. Множество следов крови на порогах домов и площади, множество следов борьбы. Как, например, тот маленький топорик, торчавший в бревнах дома. Топорик сразу же прихватил Вильямс, решив взять себе, как он выразился «оружие дальнего боя». Легкий, с узким лезвием, он идеально подходил в качестве метательного оружия. Но мертвецов не было. Ни безобидно лежавших на земле, ни бродунов. Может, крестьяне и отбились, а затем ушли дальше. А может, дрогнули и побежали, увлекая за собой мертвяков. А воскресшие пошли следом за ними. Ну, или разбрелись по своим делам. Оларр, стиснул рукоять топора, и забормотал какую — то молитву.
Страница 63 из 108
