Кровавые небеса

Она начала вести себя крайне развязно, буквально кидалась на всех представителей противоположного пола, что было для неё нехарактерно. А однажды она едва не соблазнила моего… — стрельнув глазками в сторону Яна, она продолжила, — … знакомого.

— И как, успешно? — не сдержалась я. К счастью, она не заметила издёвки в моём голосе.

— Нет, конечно же. Я остановила её, но с большим трудом. За это она ударила меня! Кошмар. В последние дни стало совсем плохо. Элис говорила не своим голосом, рвалась из дома, особенно по ночам; что-то неладное стало происходить с техникой, предметы перемещались сами собой. Я очень испугалась и позвонила представителю вашей церкви. — Закончила она свой рассказ.

— Всё понятно. — Кивнула я. У меня не оставалось сомнений — в девушку вселился суккуб. Отсюда озабоченность на сексе и другие признаки. — Где сейчас Элис?

— Я закрыла её в спальне. Это далось мне с трудом — она стала невероятно сильной.

— Отлично. Проводите меня к ней.

Мы поднялись и я взглянула на Яна. Он понял меня без слов и кивнул.

— Я останусь здесь. — Сказал он.

Анна посмотрела на нас слегка удивлённо, но промолчала. Кажется, она была только рада остаться с красавчиком наедине. Ну, может быть, мне это только кажется.

Мы поднялись по широкой лестнице на второй этаж и возле добротной двери, подпёртой комодом, я остановилась. Видимо, это здесь.

— Это её комната. — Подтвердила тётушка мою догадку. — Дверь сотрясалась от ударов и я подперла её комодом.

С помощью Анны я отодвинула комод и уставилась на дверь: деревянную поверхность украшала сетка трещин. Да, не слабо.

— Вот, это ключ. Я, пожалуй, спущусь вниз… Если вам не требуется моя помощь, конечно? — Судя по дрожащему голосу, она страстно желала оказаться отсюда подальше. Не знаю как насчёт любви и заботы, но страх перед племянницей у этой женщины был вполне натуральным.

— Спасибо, я справлюсь.

Облегчённо кивнув, она поспешно покинула второй этаж. Я уже говорила, что это странно?

Повертев в руках прохладный ключ, я вставила его в скважину замка и трижды провернула. Раздался глухой щелчок, я открыла дверь и быстро зашла, захлопнув её за собой. Ещё не хватало, чтобы одержимая вырвалась и отправилась бродить по городу, утоляя бесконечную плотскую жажду. Брр…

В комнате царил полумрак, окно было зарешёченно и стало понятно, почему Анна заперла племянницу именно здесь. Под окном скрючившись и мерно покачиваясь из стороны в сторону сидела моя «пациентка». Стоило мне сделать шаг, как она молниеносно вскочила. Юбка колыхнулась, оседая подобно облаку; белые одежды делали её похожей на привидение.

— Здравствуй, Воин Христа! Развлечёмся?

Сплошь бледное лицо с горящими синим пламенем дырами-глазами. Чёрт. Это последняя стадия. Если сейчас не изгнать беса, то дальше будет лишь один выход — смерть. Подумать только, промедли сердобольная тётушка ещё хотя бы один день и было бы поздно. Я собралась и быстро просканировала помещение на предмет необходимых мне вещей. Их требовалось немного: стул да открытое пространство около полутора метров в диаметре. Всё это здесь имелось — остаётся только усадить демона на стульчик и вежливо попросить не двигаться. Только и всего.

Без лишних экивоков, я бросилась на демона, сшибая с ног. Видимо, это застало его врасплох, потому что мне удалось. Заломив руки за спину под рискованным углом, я волоком потащила её к стулу. Демон отчаянно трепыхался и вырывался из моего захвата, загребая ногами и собирая ковёр в гармошку. Я не отпускала. Хорошенько двинув её по носу, я одной рукой достала верёвку и примотала тело к спинке стула. Надеюсь, он сделан из хорошего дерева.

Ещё не был завязан последний узел, когда сломанный нос на глазах встал на место, а наливавшийся синяк рассосался. Теперь разницы не было — главное, что я получила необходимое время и успела связать суккуба.

— Я вырву матку из твоей утробы и натяну её на руку, как перчатку. — Прорычал суккуб. Ярость в девичьем голосе можно было на хлеб намазывать — если, конечно, вы хотите приготовить отравленный бутерброд.

— У, какая извращённая у нас фантазия. Кажется, кто-то хотел развлечься? — На моём лице расплылась улыбка, наверное, способная посоперничать с демонским оскалом. Милая такая беседа демона и экзорциста, между нами-девочками.

Открыв баночку с розовым маслом, я прочертила на лбу одержимой крестное знамение. Демон в меня плюнул — издержка профессии, привыкла. Спокойно утеревшись, достала облатку и приложила её к липкой от масла коже. Тело одержимой забилось в судорогах. Из распахнутого в крике рта повалил пар. Ничего милого в экзорцизме нет — разве что для любителей декаданса и готов, но они не в счёт.

Откупорив склянку со святой землёй, я обошла вокруг стула и насыпала ею круг. Это должно было задержать демона, если верёвки не выдержат натиска.