Кровавые небеса

Я достала пистолет из-под алого бархата и чёрный хромированный ствол с приятно-знакомой тяжестью лёг в руку. Только теперь я хорошенько его рассмотрела: на накладке из матового чёрного дерева был выгравирован образ Ники — греческой богини победы, а на шее у неё поблёскивал крест, выполненный из ярко-красных рубинов.

— Не то чтобы я не оценила символизм, но… Вы всем служащим департамента делаете такие подарки?

— Нет, не всем. Это мой подарок тебе в честь назначения и присвоения звания капитана. Поздравляю. И предупреждаю — назад не принимается. — Он выглядел серьёзным, но в глазах читалось довольство. Ладно, посмотрим.

— Кстати, о пресловутом «капитане». Уж не поэтому ли я удостоилась всеобщего внимания? Вы действительно ни за что ни про что взяли и присвоили столь высокое звание девчонке с улицы? Да весь офицерский состав теперь на меня озлобится: обычному полицейскому приходится горбатиться как минимум пять лет, чтобы дослужиться хотя бы до сержанта! Вы шутите? — Я не могла сдержать недоверия и возмущения в своём голосе. Зато, выпустив пар, сразу успокоилась.

Всё время моей тирады обер-полицмейстер внимательно за мной наблюдал. Кажется, моя вспышка была им вполне ожидаема, так как он в конце-концов растянул губы в насмешливой улыбке.

— Нет, я не шучу, капитан. — Последнее слово он выделил, будто нарочно. — И ты не девчонка с улицы и не обычный полицейский. Ты — руководитель специального отряда «АнтиТень» и данный случай не имеет прецедентов. Подобное назначение в моих полномочиях, так что всё законно. А вот насчёт отношения офицеров и полицейских — в самую точку. Но неужели ты испугалась недоброжелательных взглядов и спасуешь перед сложностями? — Спросил он жёстко, в его словах звучал вызов.

— Я ничего не боюсь. — Проговорила я, чеканя каждое слово. — И никогда не пасую перед трудностями, господин обер-полицмейстер. Пусть будет капитан, если вам так угодно. Чёрт возьми, ну вы и манипулятор! — Усмехнулась я, когда осознала его игру на своих эмоциях. Злость сразу схлынула и её на смену пришло уважение. — Что ж, господин Ковалёв, работать под вашим начальством будет весьма… мм… занимательно.

— Будьте в этом уверены, капитан Леяника Абданк. — Оскалился он.

Мы с обер-полицмейстером как раз обсуждали особенности организации вверяемого мне специального подразделения и предполагаемое место расположения штаба, когда в дверь негромко постучали.

— Что там такое, Хельга? — Хозяин кабинета говорил так, чтобы услышали в приёмной.

Понятия не имею, почему они просто не воспользовались коммутатором. В приоткрывшемся дверном проёме тут же появилась русоволосая секретарша.

— К вам посетитель, господин обер-полицмейстер. — Это звучало как утверждение, но на лице Хельги явно читался вопрос.

— Как он представился?

— Посетитель сообщил лишь своё имя. Он назвался Кириллом.

— Пригласите его, Хельга. Я ждал этого человека.

— Прошу вас, проходите. — сказала она, обращаясь к таинственному визитёру.

И почему я нисколько не удивилась, когда в кабинет широким шагом вошёл отец-настоятель? Сегодня он надел синюю хлопковую рубашку, застёгнутую на все пуговицы, и тёмные классические брюки.

— Приветствую вас, святой отец!— Ковалёв поднялся и довольно приветливо встретил настоятеля. Я также встала, так как привычка и уважение не позволяли мне сидеть, когда входит наставник.

— Прошу вас, господин Ковалёв, обращайтесь ко мне по имени. Святым меня после стольких сражений вряд ли можно назвать. — Знакомую ироничную полуулыбку сопровождал заинтересованный прищур серо-голубых глаз.

— Что ж, воля ваша. Но тогда и вы зовите меня Збышеком. К тебе это тоже относится, Ника. — Кривая ухмылка полицмейстера предназначалась мне.

Кирилл занял соседнее с моим кресло и мы последовали его примеру.

— Ну, раз вы покончили с обменом любезностями, может кто-нибудь объяснит что здесь происходит? — спокойно поинтересовалась я. Меня действительно интересовало, откуда Кириллу стало известно о моей новой службе. Неужели Кристоф изменил своим принципам и решил ввести настоятеля экзорцистов в курс дела? Не то чтобы я собиралась это скрывать от Кирилла, просто рассчитывала сообщить позднее и лично, когда всё окончательно прояснится. Видимо, у них было своё мнение на сей счёт.

— Конечно, дочка. Здесь нет никакой тайны, господин обер-полицмейстер сегодня утром сообщил мне о намерении привлечь лучшего воина обители к деятельности министерства безопасности. Также он уточнил специфику предстоящей тебе работы и мы согласовали некоторые моменты. Разумеется, окончательное решение остаётся за тобой. — Пояснил настоятель, заметив моё недовольство — он знает, что я терпеть не могу, когда за меня что-то решают.

— И почему я чувствую себя лошадью на торгах? Не важно, можете не отвечать.