Исчадие

Сидят на трибуне отдельной фанатской толпой, орут, дудят. Иногда даже дерутся. Хотя уже вроде взрослые мужики, по старше 30 лет. Некоторым вообще за 50. Так что Валера у Лены был еще тихим болельщиком, хотя во время матча к нему лучше тоже не лезть.

Через некоторое время Лена оторвалась от мужа и подошла к столу, на котором что-то старательно рисовал Витя. Склонившись над листком бумаги, мальчик от усердия даже высунул язычок. Лена потрепала сына по голове и посмотрела, что же он рисует. Ну что, нормальный рисунок нормального мальчишки. Какой-то танк, с пушкой задранной почти что прямо вверх, стреляет по самолету. Танк был черного цвета, такой здоровый. А самолетик почему-то красный и маленький. Кто победит в этом поединке пока было неясно.

Почти рядом со столом стоял детский манеж. В нем, в окружении большого количества мягких игрушек, сидела дочка. Она только что минут десять подряд бегала по кругу, держась за обруч, ограждающий манеж. А теперь устала и сидела в углу манежа, качая на руках рыжего медвежонка и что-то ему рассказывая.

Вика вообще не требовала к себе постоянного внимания. Спокойно часами могла играть одна. Могла и уснуть на полу манежа. Только изредка начинала капризничать. Но Лена быстро могла ее успокоить, обычно рассказав ее любимый стишок про Таню, которая громко плачет из-за мячика, который уронили в реку. Скоро манеж уже не сможет удерживать Вику, придется выпускать ее гулять по квартире. Еще буквально несколько дней, и дочь будет требовать выпускать ее наружу. Видно, что пространство манежа ее уже не устраивает. Вот тогда и начнутся у Лены горячие деньки. Придется убрать все мелкие, да и не очень, предметы со всех полок и столов, до которых ребенок сможет дотянуться. Нужно будет, пока дочь не спит, постоянно за ней смотреть. Иначе она куда-нибудь залезет или чем-нибудь прижмет себе пальцы.

— Гол! — вдруг заорал Валера, вскочив с дивана.

— Ты что, офонарел? Детей напугаешь, заиками их сделаешь! — Лена от неожиданности сама вздрогнула.

— Так гол же, — с удивлением, что его не понимают, сказал Валера. Но потом, посмотрев на Лену, замолк и снова уставился в телевизор.

— Так давайте сворачиваться, и готовится ложиться спать, — строго, всем троим, сказала Лена.

— Лен, а хоккей?

— Ничего не знаю. Детям пора спать. А хоккей потом посмотришь, в другой день.

— Так это будет другой хоккей.

— Какая разница, все одинаково. И не спорить. Покупай себе маленький телевизор, вешай его на стенку на кухне. И смотри себе потихонечку, хоть до посинения. А сейчас выключай, бери Вику, и понесли ее мыть перед сном. А ты, Витюша, убирай все свои рисунки и карандаши в стол. И давай сам иди в туалет, умывайся, переодевайся в пижамку и баиньки. Быстренько!

Поворчав для приличия, Валера выключил телевизор и вытащил Вику из манежа. Дочка сразу обняла его и что-то стала рассказывать. Валера прижимал дочурку к себе и думал, что для счастья и не нужно больше ничего. Вот так бы стоять, держать на руках любимую дочку, вдыхать ее запах, слушать ее голосок и все.

Вика в это время увлеченно говорила о каких-то важных своих делах. Чтобы отец более внимательно ее слушал, она взяла его за уши и повернула его лицом к себе, глаза в глаза. Валера, балуясь, старался потихоньку вырваться из рук дочери. Но она дергала его за уши и не позволяла менять положение головы. При этом хмурила брови, выражая недовольство таким легкомысленным поведением отца.

— Ну ладно, хватит стоять. Витя уже умылся, уже ложится. А вы все не как не соберетесь.

Лена забрала Вику из рук мужа и пошла с ней в ванную. Одной рукой придерживая Вику под мышки, она ловко сняла второй рукой колготки и майку и посадила дочь в ванну. Вика любила мыться, с радостью всегда плескалась в воде, если была такая возможность.

Лена быстро вымыла дочку, отключила душ, повесила его на держатель. Поставила дочку на ноги и, взяв большое махровое полотенце начала ее вытирать.

— Теперь все, пойдем ко мне на ручки и вперед в постельку, — Лена подняла дочь, бросила полотенце на полку и вышла из ванной.

Валера в это время уже установил раскладушку и уложил на нее сына. Он выключил верхний свет и зажег бра над их с Леной постелью. Расстелил одеяло на кроватке дочери. А теперь стоял рядом и ждал жену и дочь после умывания.

Надев на Вику пижаму и уложив ее в кровать, Лена присела рядом, чтобы рассказать традиционную сказку на ночь. Вечерняя сказка была одна и та же, «Курочка Ряба». Ее уже все знали наизусть, и Лена, и Валера, и Витя, который обычно к началу ее рассказа еще не засыпал. И Вика тоже знала эту сказку просто слово в слово. Но другую сказку перед сном она просто не хотела слушать. В другое время, днем или утром, дочка с огромным удовольствием слушала и другие сказки, которые ей читала или рассказывала Лена. Причем слушала очень внимательно, не отвлекаясь.