Исчадие

Андрей остановился и прислушался. Стояла полная тишина. Только еле-еле слышно было, как где-то вдалеке проезжала машина. И все, больше никаких звуков не было. Андрей обошел джип, а потом заглянул за Тойоту. Пусто. Никого. Он поочередно открыл двери машин и заглянул внутрь салонов. Машины также были пустыми. После этого он прошел дальше и заглянул в кладовку. Она была практически не занятой ничем. Нужные, а в основном ненужные вещи еще не успели накопиться. На нескольких полках лежали какие-то стройматериалы, оставшиеся еще после строительства дома. Даже не заходя внутрь, было видно, что и в кладовой никого не было.

Оставалась еще одна комнату. Но там уж точно не мог быть никто посторонний. Ведь в ней находился под домашним арестом Граф. Можно было даже и не проверять. Но Андрей все-таки решил заглянуть и туда. Да и с собакой надо пообщаться. Все-таки тоже член семьи. А то еще обидится, что его держат отдельно от хозяев. Ротвейлер вообще очень своенравная и довольно гордая порода собак.

Графа взяли щенком, ему было чуть больше месяца. Он быстро вырос и был предан хозяевам всей своей собачьей душой. Никогда ничего ему не запрещали и не наказывали. Да он и поводов к этому не давал. Жил всегда в доме, спокойно заходя в любые комнаты. Так что на это ограничение свободы пес мог и обидеться.

Андрей открыл дверь в комнату и зашел. Комната была пустая. Точнее стояла тарелка с водой, в углу лежала подстилка. И все, больше ничего в ней не было. Ничего и никого. Графа в комнате не было. Андрей огляделся. Окно закрыто. Дверь тоже до его прихода была закрыта. Спрятаться в пустой комнате было негде. Андрей вышел из нее, плотно закрыв за собой дверь. Он немного постоял, размышляя, куда же мог деться пес. И тут услышал тихое повизгивание. Так скулят маленькие щенки.

Андрей наклонился и заглянул под машины, сначала под Тойоту, а потом под джип. Под ним, забившись в пространство между двигателем и полом, как будто спрятавшись за передними колесами машины, просто прильнув всем телом к полу, находился Граф. Он взглянул на Андрея, глаза его были наполнены страхом. Зрачки тряслись, и взгляд блуждал по сторонам. Он постоянно оглядывался кругом, как будто опасаясь чего-то. Озирался, но ничего не видел.

— Граф, — позвал его Андрей, — ты чего здесь сидишь? Давай вылезай оттуда!

Но собака как будто его не слышала. Андрей встал на колени, оперся одной рукой на пол, а другую протянул к ротвейлеру.

— Граф, мальчик, что с тобой случилось? Ты от кого прячешься?

Он дотянулся до тела собаки. Граф вздрогнул, тело его напряглось, голова повернулась к Андрею. И тут его глаза приобрели осмысленное выражение. Он понял, что это его хозяин. Скуление прекратилось. Пес стал быстро выкарабкиваться из под машины, отталкиваясь от пола всеми четырьмя лапами. Под днищем джипа было тесно, тем более для такой крупной собаки. Поэтому Граф вылез с трудом. И сразу прильнул к Андрею. Как испуганный щенок он попытался засунуть свою голову под мышку хозяина. Но, конечно, это у него не получалось. Он просто тыкался огромным и твердым лбом в грудь и руку Андрея. А тот в это время, сидя на полу, обнял собаку и прижал к себе.

— Ты чего, друг, кто это смог так напугать тебя?

Андрей гладил собаку по голове, почесывая за ушами, так как это любил Граф. И постепенно ротвейлер стал успокаиваться. Прекратилась дрожь. Зрачки в глазах перестали дергаться.

— Ну что, мальчик, успокоился немного? Ты как из комнаты вышел? Или кто тебя выпустил? От кого ты под машину забрался? И как только влез туда, здоровый ведь какой. Что-то тут непонятное, дружок, произошло, — Андрей внимательно оглядывал пространство гаража, тихонечко продолжая разговаривать с собакой.

Спустя минут пять он встал на ноги, взял Графа за ошейник и пошел по направлению к комнате, где до этого находился пес. Но тот, когда понял, что его хотят снова вернуть туда, уперся всеми лапами и стал сопротивляться. Он пятился назад с такой силой, что потащил за собой и Андрея.

— Ты что, Граф, не хочешь в комнату возвращаться? — Андрей перестал тянуть пса за ошейник. Он вообще отпустил собаку. И ротвейлер, отойдя на пару шагов, остановился, сел на пол и стал глядеть на хозяина.

Андрей улыбнулся и сказал:

— Так вот оно что. Ты один оставаться не хочешь. И разыгрываешь передо мной спектакль. Да как натурально, ну прямо артист. Дверь Маша, когда тебя кормила, наверное, не закрыла. А ты вышел и спрятался. Молодец! Борешься за свободу.

Пес внимательно слушал хозяина, наклонив набок голову.

— Ладно, не хочешь здесь находиться, пойдем в дом. Но там ты тоже будешь сидеть только у нас в спальне. Будешь рядом с нами, но выходить из нее нельзя. Ты понял, псина хитрая? Как только с Викой подружишься, сразу получишь свободу передвижений. Так что, думай.

Андрей пошел к выходу и позвал собаку:

— Идем, Граф, пойдем в дом.