Вирус, задуманный как идеальное лекарство, лечит и от смерти, но весьма специфическим образом. Недавно умершие становятся зомби, единственная цель которых — наесться живого мяса и стать сильнее. Люди пытаются выжить кто как может, сообразно своему жизненному опыту, знаниям и умениям. Пока просто выжить. Собраться вечером в безопасном месте и сказать: «Наши все дома!»
Добавить в моё избранное
379 мин, 55 сек 20939
— Так обычные зомби прятаться не умеют. А мутанты — могут, наверное…
— Ну хрен его знает. Отложить зачистку пока, а завтра со свежими силами?
— Ты решишься спать в одном доме с зомби?
— Ну на сервисе спали же в первую ночь?
— Там ворота железные…
— Ладно, если каждой тени бояться — раньше смерти помрем.
— Ты давай не гусарствуй там! У тебя еще Сашка, между прочим… и я тоже без тебя не хочу остаться.
— Угу.
Точно, баня. Угадал. Вешалки, решетка деревянная на кафельном полу, все стены некрашеной доской обшиты, немного потемневшей уже. Знающий человек делал — не как новомодные сауны, где на запах олифы можно не то что топор — алебарду вешать… Предбанничек небольшой, полочка и крючки для одежды, на одном — халат, почти как тот, которым я руку заматывал. Надо, кстати, опять замотать. Или просто взять в руку и при появлении животрупа ему на голову накинуть? Ослепнет он от такого? Или они не глазами пользуются? Ладно, пока не мудрим, защищаем руку и дальше. Банька оказалась больше, чем я думал. Второй отсек — две скамейки для мытья, душевая кабина в углу, краны на стенке, прямо над полом, и еще одна дверца, с войлочный окантовкой. Парилка. Подвязать бы дверь веревкой, чтоб далеко не открывалась, и через щель детально разобраться — кто это тут закрылся и молчит… но не к чему подвязывать. И подпереть нечем — лавки капитальные, прямо из пола растут… Тогда — ружье в руки, и кто бы там ни был — картечью по кумполу… Раз, два… опаньки — нет тут никого. Чуть не пальнул в каменку — единственный вертикальный объект. Не мог же мертвяк в вентиляцию выползти? И под лавку не залез — просматривается под лавкой все… Извращенец тутошний хозяин был — надо ж было баню снаружи запереть… Столько нервов зря пожгли… Кстати, а тут кто-то мылся — и за собой не убрал. Помылся, запер дверь и ушел. Гость какой-то вроде нас? А чего запирал? Ну на улицу понятно — чтоб другие не пришли, а тут чего? Чтоб хозяйка беспорядок не обнаружила и по шее не дала? Бред какой-то… Фиг с ними, странностями не пойми кого. В бане зомби нет, и по назначению ее применить можно. Но — потом. У нас еще одна дверь осталась.
Заперта. А замка не видно — изнутри заперта? Любят тут двери запирать извращенным образом. Но с этой стороны никакой защелки нет, чтоб запереть и защелкнуть. Изнутри, значит, заперто. Признак хреновый, однозначный вполне признак. Тут оно сидит, негде больше. Не может же там быть секретного подземного хода? Или может? Мало ли какие причуды у хозяина… Ладно, где мой боевой топор? Вот он, уже подают сверху… Надо будет ножовку подобрать, узкую с крупным зубом, а то и электролобзик — чтоб аккуратно двери пропиливать. Глухих дверей в мире, полном беспокойников, быть не должно — обязательно с отверстием, чтоб видеть заранее, кто тебя там ждет. Или даже поджидает…
Топор после предыдущего применения зачищен палочкой, промыт и даже бензином протерт на всякий случай. Я его и подточить думал, но дорогая финская железяка пока что заточки не требовала — если, конечно, бриться ею не пробовать. Но для двери сойдет. Пришлось отложить фонарь и халат и пистолет засунуть в карман телогрейки. Зря переодевались — в теплом доме да в ватной телогрейке опять уже как из лужи вынырнул… Но лучше сто раз вспотеть, чем один раз остыть — с народной мудростью не поспоришь… Так что куфайку снимать не буду, хотя топором орудовать в ней — тот еще цирк… Вместо отверстия от четырех точных ударов пришлось продолбать в двери корявую дыру. Или я просто устал? Ладно, фигня, теперь фонарь… А, внутри даже светло… Как там: «копеечный счет в грошовом конверте за не погашенный мертвым ночник»? Похоже на то. Однако самого мертвяка не видно — надо дальше идти.
Совать руку в дыру очень не хотелось. Да хрен с ней, с этой дверью, — топором ее, и никаких сусликов…
Ага, есть! В дальнем углу помещения, на каком-то здоровенном ящике — лежит. Голый… голая… покойница. Не беспокойница, а именно покойница — неподвижна, кожа не синюшная, как у зомби, а желтая, и запах — другой совсем запах, не зомбиный. Зомби пахнут как несвежее мусорное ведро — тухлятиной и одновременно вроде бы химией. А тут — мерзко-сладковатый трупный запах. Кто хоть раз в морге был — его не забудет. Дохлая собака, например, иначе совсем пахнет…
— Ой… — доносится сзади.
Оборачиваюсь как башенный кран, чертова телогрейка… хотя на повороте уже понимаю — не испуганный возглас и не тревожный, а… обморочный какой-то. Вот тебе и на — Машку приплющило от картины такой. Как беспокойников топором — так ничего, забавы да эксперименты, и как, считай, по трупам ходить — тоже ничего, а тут стоит — сама желтая, как покойница, того гляди осядет.
— Давай отсюда, давай. Помощь не нужна, тут все спокойно.
— Что там у вас?— Сразу хор голосов в наушнике.
— Покойник. В смысле, труп неживой.
— А что случилось?
— Машке плохо.
— Да не плохо мне!
— Ну хрен его знает. Отложить зачистку пока, а завтра со свежими силами?
— Ты решишься спать в одном доме с зомби?
— Ну на сервисе спали же в первую ночь?
— Там ворота железные…
— Ладно, если каждой тени бояться — раньше смерти помрем.
— Ты давай не гусарствуй там! У тебя еще Сашка, между прочим… и я тоже без тебя не хочу остаться.
— Угу.
Точно, баня. Угадал. Вешалки, решетка деревянная на кафельном полу, все стены некрашеной доской обшиты, немного потемневшей уже. Знающий человек делал — не как новомодные сауны, где на запах олифы можно не то что топор — алебарду вешать… Предбанничек небольшой, полочка и крючки для одежды, на одном — халат, почти как тот, которым я руку заматывал. Надо, кстати, опять замотать. Или просто взять в руку и при появлении животрупа ему на голову накинуть? Ослепнет он от такого? Или они не глазами пользуются? Ладно, пока не мудрим, защищаем руку и дальше. Банька оказалась больше, чем я думал. Второй отсек — две скамейки для мытья, душевая кабина в углу, краны на стенке, прямо над полом, и еще одна дверца, с войлочный окантовкой. Парилка. Подвязать бы дверь веревкой, чтоб далеко не открывалась, и через щель детально разобраться — кто это тут закрылся и молчит… но не к чему подвязывать. И подпереть нечем — лавки капитальные, прямо из пола растут… Тогда — ружье в руки, и кто бы там ни был — картечью по кумполу… Раз, два… опаньки — нет тут никого. Чуть не пальнул в каменку — единственный вертикальный объект. Не мог же мертвяк в вентиляцию выползти? И под лавку не залез — просматривается под лавкой все… Извращенец тутошний хозяин был — надо ж было баню снаружи запереть… Столько нервов зря пожгли… Кстати, а тут кто-то мылся — и за собой не убрал. Помылся, запер дверь и ушел. Гость какой-то вроде нас? А чего запирал? Ну на улицу понятно — чтоб другие не пришли, а тут чего? Чтоб хозяйка беспорядок не обнаружила и по шее не дала? Бред какой-то… Фиг с ними, странностями не пойми кого. В бане зомби нет, и по назначению ее применить можно. Но — потом. У нас еще одна дверь осталась.
Заперта. А замка не видно — изнутри заперта? Любят тут двери запирать извращенным образом. Но с этой стороны никакой защелки нет, чтоб запереть и защелкнуть. Изнутри, значит, заперто. Признак хреновый, однозначный вполне признак. Тут оно сидит, негде больше. Не может же там быть секретного подземного хода? Или может? Мало ли какие причуды у хозяина… Ладно, где мой боевой топор? Вот он, уже подают сверху… Надо будет ножовку подобрать, узкую с крупным зубом, а то и электролобзик — чтоб аккуратно двери пропиливать. Глухих дверей в мире, полном беспокойников, быть не должно — обязательно с отверстием, чтоб видеть заранее, кто тебя там ждет. Или даже поджидает…
Топор после предыдущего применения зачищен палочкой, промыт и даже бензином протерт на всякий случай. Я его и подточить думал, но дорогая финская железяка пока что заточки не требовала — если, конечно, бриться ею не пробовать. Но для двери сойдет. Пришлось отложить фонарь и халат и пистолет засунуть в карман телогрейки. Зря переодевались — в теплом доме да в ватной телогрейке опять уже как из лужи вынырнул… Но лучше сто раз вспотеть, чем один раз остыть — с народной мудростью не поспоришь… Так что куфайку снимать не буду, хотя топором орудовать в ней — тот еще цирк… Вместо отверстия от четырех точных ударов пришлось продолбать в двери корявую дыру. Или я просто устал? Ладно, фигня, теперь фонарь… А, внутри даже светло… Как там: «копеечный счет в грошовом конверте за не погашенный мертвым ночник»? Похоже на то. Однако самого мертвяка не видно — надо дальше идти.
Совать руку в дыру очень не хотелось. Да хрен с ней, с этой дверью, — топором ее, и никаких сусликов…
Ага, есть! В дальнем углу помещения, на каком-то здоровенном ящике — лежит. Голый… голая… покойница. Не беспокойница, а именно покойница — неподвижна, кожа не синюшная, как у зомби, а желтая, и запах — другой совсем запах, не зомбиный. Зомби пахнут как несвежее мусорное ведро — тухлятиной и одновременно вроде бы химией. А тут — мерзко-сладковатый трупный запах. Кто хоть раз в морге был — его не забудет. Дохлая собака, например, иначе совсем пахнет…
— Ой… — доносится сзади.
Оборачиваюсь как башенный кран, чертова телогрейка… хотя на повороте уже понимаю — не испуганный возглас и не тревожный, а… обморочный какой-то. Вот тебе и на — Машку приплющило от картины такой. Как беспокойников топором — так ничего, забавы да эксперименты, и как, считай, по трупам ходить — тоже ничего, а тут стоит — сама желтая, как покойница, того гляди осядет.
— Давай отсюда, давай. Помощь не нужна, тут все спокойно.
— Что там у вас?— Сразу хор голосов в наушнике.
— Покойник. В смысле, труп неживой.
— А что случилось?
— Машке плохо.
— Да не плохо мне!
Страница 73 из 103
