CreepyPasta

Исцеление любовью


Сергей уперся в землю локтями, и приготовился оттолкнуться здоровой ногой. В груди что-то щелкнуло, и Сергей, с ужасом, понял, что ползет назад, в бездонную пасть проклятой норы, в алчное чрево колодца.

— Сереженька! Не задерживайся, я жду тебя здесь, внизу.

Тихий каркающий голос, который раздался из колодца, заставил поджать пальцы. Он потихоньку сползал назад, хватая пальцами землю, срывая ногти.

— Сережа, Сереженька…

Стиснув зубы, не обращая на боль в подбородке, Сергей подтянулся на руках, чувствуя, что мир сдвинулся, и начал рассыпаться, опадая вниз разноцветными фрагментами головоломки. Нащупав скобу, он оттолкнулся, и преклонился через край колодца. В грудь, словно залили ведро царской водки. Опаленная плоть, задымилась, отваливаясь кусками. Сергей лежал на земле, прижавшись к ней щекой, ощущая каждую неровность, покрытой наледью поверхности.

— Ну а ты когда нибудь делал это?

— Да сто раз!

— А это не больно?

— Не.

— А может быть не надо? Давай в следующий раз.

— Да не бойся, все будет нормально, вот увидишь…

— Я боюсь…

— Не бойся, сейчас, подожди…

— Ой, мамочка…

— А…

Сергей изогнулся дугой и погреб руками, пытаясь вытащить нижнюю часть туловища из колодца. Сломанная нога отозвалась острыми всплесками боли, словно в кость завинчивали шуруп. Охнув, Сергей перевалился через край, и пополз, оставляя позади разочарованную утробу колодца. С трудом перекатился на бок. Холод укутал его пеленой, укачивая, убаюкивая, приглашая в свою ледяную спальню. Большие белые мухи накрыли теплой простыней. По телу разлилось приятное тепло…

— Сережа, Сереженька…

Простыня, мокрая от пота. Тяжелое дыхание. Циферблат часов, показывающих полночь. Жена, проснувшись, обнимает тебя, и ласково шепчет на ухо, как когда-то мама:

— Сереж, это просто сон, все хорошо…

Ты идешь на кухню, выпить воды, и некоторое время стоишь у окна. Ты смотришь во двор, на детскую площадку, на которой однажды, под Новый Год, тебя, обмороженного, с переломанными костями, нашла компания подвыпивших гуляк. Ты уже почти вырвался из оков бытия, когда они, сначала, не разобрав, пытались уговорить тебя присоединиться к ним, но потом все же кое-как дотянули до дома…

Ты не видел, как побледнела жена, когда тебя, чуть живого, занесли в квартиру. Скорая везла тебя по заснеженным улицам города, и жена сидела рядом с тобой, держа за руку, уговаривая потерпеть хоть немного.

Недели, проведенные в постели. Жена и родители, которые приходили навестить тебя. Пелена боли, которая накрывала с головой, гипс и острые иглы шприцов — все это осталось с тобой, нашло место в твоей памяти. Ты не слышал, как стонал, когда лежал на операционном столе…

Зато теперь, почти каждую ночь, ты слышишь голос, который остался на дне глубокого колодца.

— Сереженька…

Старый голос, зовущий назад во тьму под землей.

Ты будешь долго слышать этот голос, просыпаясь ночами. Ты будешь лежать в кровати, и слушать чей-то шепот, который рассказывает о том, как хорошо там, внизу, на дне глубокого колодца. И каждый вечер, лежа без сна, ты будешь вслушиваться в ночную тишину, надеясь, что не услышишь, как тихонько скрипит, открываясь, маленькая дверца чулана, и приближаются чьи-то шаги. Острые когти, царапающие пол, тяжелое, смрадное дыхание, и глухое хихиканье твари, которая хочет забрать тебя к себе — на дно холодного, темного колодца…

Голос тьмы

Ночь.

Тьма.

Тишина…

Страх затаился во тьме, проступая сизыми пятнами на черной поверхности полуночи.

Страх затаился во тьме, выпуская тонкие щупальца в твои мысли.

Страх затаился во тьме, ожидая своего часа, чтобы в тот миг, когда часы пробьют полночь, выбраться наружу.

Срииппп… Дверь тихонько открывается, выпуская существо. Шлепая ногами, царапая когтями пол, оно подбирается все ближе и ближе.
Страница
18 из 89
Меню Добавить

Тысячи страшных историй на реальных событиях

Продолжить