Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
Добавить в моё избранное
290 мин, 46 сек 7324
— А днём нас могут застукать, — возразил Вадик. — Да ты не бойся, свет там горит до полседьмого, я точно знаю.
— Это я, что ль, боюсь? — Сергей схватил со скамейки свой рюкзак и решительно закинул за плечо. — Короче, в четыре я зайду за тобой. Ты запомнил, где та дверь?
— Не беспокойся, найду.
Вадик спрыгнул со скамейки и приятели зашагали к желтеющему в отдалении забору, отделявшему парк от территории школы.
— Ты кому-нибудь ещё говорил о монете? — спрашивал на ходу Сергей.
— Никому.
— И не надо. Скажешь одному — сразу целая свора набежит.
— Не бойсь. Только ты тоже помалкивай.
Вечером небо разразилось мелким сеющим дождём, конца-краю которому не предвиделось. Вадик заявил, что это даже к лучшему: в такую погоду вряд ли кому захочется тащиться в подвал, да и рабочие наверняка уже ушли. Друзья предусмотрительно захватили фонарики и мешки для монет. Вадик вооружился ещё небольшим металлическим прутом, который он собирался использовать в качестве отмычки.
Прежде чем перелезть через забор, друзья минут пятнадцать заглядывали в щели в нём. На стройке кое-где горели огни, но никого видно не было. Не видно было и сторожа.
Они перемахнули через забор и сразу затаились. Оба по опыту знали, что если сторож их увидит, то сразу засвистит. Прошла минута, две. Свистка не было…
— Видишь, я всё правильно рассчитал, — сказал Вадик. — Старик в такую погоду из будки носа не высунет. Двигаем.
Пригибаясь, они добрались до остатков старинной стены. Сергей почувствовал неприятную дрожь, когда они подходили к одному из подвальных окон, заколоченному фанерой. Но он скорее умер бы, чем признался, что боится. Вадик, похоже, испытывал то же самое. Румянец сошёл с его круглых щёк.
Приятелям непривычно было забираться в подвал в такое позднее время. Как и большинство искателей черепов, они обычно спускались туда днём.
Небо темнело стремительно. У подвального окна Вадику пришлось зажечь фонарик, хотя это было рискованно: свет мог заметить сторож. Сергей отвёл в сторону фанерный лист. За ним показался участок коридора, жёлто и сумеречно освещённый горевшей где-то сбоку лампой.
— Я же говорил, в подвале свет, — прошептал Вадик и выключил фонарик. — Лезь за мной.
Друзья спрыгнули на пол, прямо на груду мусора. Сергей, прежде чем спрыгнуть, обернулся. Вдали, в сумерках, светились окна пятиэтажек. Его вдруг со страшной силой потянуло к ним, подальше отсюда, на свежий ветер и дождь…
По потолку тянулся провод, с которого через каждые десять-пятнадцать метров свешивались голые лампочки. Они лили мутный желтоватый свет, который, казалось, только усиливал царящий в коридорах полумрак.
Одна лампа светила справа от ребят, другая — слева.
— Налево, — шепнул Вадик, и приятели осторожно зашагали, стараясь не слишком хрустеть по щебню.
За поворотом Сергей почувствовал холодное дуновение ветра: дальше ответвление коридора выходило под открытое небо, в траншею. Вероятность напороться на рабочих там была особенно велика. Но, по-видимому, прав был Вадик: рабочие на сегодня уже закончили и ушли. Друзья свернули в сторону от траншеи и прошли пять ламп, никого не встретив. Под шестой начиналась лестница на нижний подвальный уровень.
— И здесь никого, — прошептал Вадик. — Нам везёт. Будем на месте через пять минут.
Лампочка была заляпана чьими-то грязными пальцами, и потому по каменным ступеням пришлось спускаться почти на ощупь. Внизу тоже горели лампы, но здесь их было меньше, чем наверху.
Приятели свернули в боковой проход.
— Всё, считай, пришли, — сказал Вадик.
— Если топать прямо, то можно прийти к мешкам с костями, — отозвался Сергей, желая показать, что и он здесь не новичок.
— Нам не туда. Сейчас будет поворот направо, и там эта комната, где потайная дверь…
— А ты уверен, что сможешь открыть её своей отмычкой?
— Отмычку я взял на крайний случай. Все потайные двери открываются с помощью секретной кнопки, которую мы должны найти… — Вадик остановился. — Тихо! Тут кто-то есть…
Он встал так внезапно, что Сергей налетел на него сзади. Оба замерли, прислушиваясь. Шаги доносились из бокового коридора. Судя по ним, приближалось несколько человек. Ребята бесшумно попятились, а потом нырнули в какую-то подвернувшуюся нишу, где тень была особенно густа. Если бы они побежали назад, то их наверняка бы увидели.
В свет лампы вышли трое строителей в ватниках и ушанках, и остановились в нескольких метрах от них.
— Ну что, здесь, что ль, давайте? — сказал один из работяг — мужик лет шестидесяти. — Тут светло, и ящики есть…
Он выдвинул на середину два стоявших у стены пустых ящика.
— Можно и здесь, — отозвался второй работяга — низкорослый, смуглый, с щербатым лицом. — Здесь и не дует, и начальства нет…
— Это я, что ль, боюсь? — Сергей схватил со скамейки свой рюкзак и решительно закинул за плечо. — Короче, в четыре я зайду за тобой. Ты запомнил, где та дверь?
— Не беспокойся, найду.
Вадик спрыгнул со скамейки и приятели зашагали к желтеющему в отдалении забору, отделявшему парк от территории школы.
— Ты кому-нибудь ещё говорил о монете? — спрашивал на ходу Сергей.
— Никому.
— И не надо. Скажешь одному — сразу целая свора набежит.
— Не бойсь. Только ты тоже помалкивай.
Вечером небо разразилось мелким сеющим дождём, конца-краю которому не предвиделось. Вадик заявил, что это даже к лучшему: в такую погоду вряд ли кому захочется тащиться в подвал, да и рабочие наверняка уже ушли. Друзья предусмотрительно захватили фонарики и мешки для монет. Вадик вооружился ещё небольшим металлическим прутом, который он собирался использовать в качестве отмычки.
Прежде чем перелезть через забор, друзья минут пятнадцать заглядывали в щели в нём. На стройке кое-где горели огни, но никого видно не было. Не видно было и сторожа.
Они перемахнули через забор и сразу затаились. Оба по опыту знали, что если сторож их увидит, то сразу засвистит. Прошла минута, две. Свистка не было…
— Видишь, я всё правильно рассчитал, — сказал Вадик. — Старик в такую погоду из будки носа не высунет. Двигаем.
Пригибаясь, они добрались до остатков старинной стены. Сергей почувствовал неприятную дрожь, когда они подходили к одному из подвальных окон, заколоченному фанерой. Но он скорее умер бы, чем признался, что боится. Вадик, похоже, испытывал то же самое. Румянец сошёл с его круглых щёк.
Приятелям непривычно было забираться в подвал в такое позднее время. Как и большинство искателей черепов, они обычно спускались туда днём.
Небо темнело стремительно. У подвального окна Вадику пришлось зажечь фонарик, хотя это было рискованно: свет мог заметить сторож. Сергей отвёл в сторону фанерный лист. За ним показался участок коридора, жёлто и сумеречно освещённый горевшей где-то сбоку лампой.
— Я же говорил, в подвале свет, — прошептал Вадик и выключил фонарик. — Лезь за мной.
Друзья спрыгнули на пол, прямо на груду мусора. Сергей, прежде чем спрыгнуть, обернулся. Вдали, в сумерках, светились окна пятиэтажек. Его вдруг со страшной силой потянуло к ним, подальше отсюда, на свежий ветер и дождь…
По потолку тянулся провод, с которого через каждые десять-пятнадцать метров свешивались голые лампочки. Они лили мутный желтоватый свет, который, казалось, только усиливал царящий в коридорах полумрак.
Одна лампа светила справа от ребят, другая — слева.
— Налево, — шепнул Вадик, и приятели осторожно зашагали, стараясь не слишком хрустеть по щебню.
За поворотом Сергей почувствовал холодное дуновение ветра: дальше ответвление коридора выходило под открытое небо, в траншею. Вероятность напороться на рабочих там была особенно велика. Но, по-видимому, прав был Вадик: рабочие на сегодня уже закончили и ушли. Друзья свернули в сторону от траншеи и прошли пять ламп, никого не встретив. Под шестой начиналась лестница на нижний подвальный уровень.
— И здесь никого, — прошептал Вадик. — Нам везёт. Будем на месте через пять минут.
Лампочка была заляпана чьими-то грязными пальцами, и потому по каменным ступеням пришлось спускаться почти на ощупь. Внизу тоже горели лампы, но здесь их было меньше, чем наверху.
Приятели свернули в боковой проход.
— Всё, считай, пришли, — сказал Вадик.
— Если топать прямо, то можно прийти к мешкам с костями, — отозвался Сергей, желая показать, что и он здесь не новичок.
— Нам не туда. Сейчас будет поворот направо, и там эта комната, где потайная дверь…
— А ты уверен, что сможешь открыть её своей отмычкой?
— Отмычку я взял на крайний случай. Все потайные двери открываются с помощью секретной кнопки, которую мы должны найти… — Вадик остановился. — Тихо! Тут кто-то есть…
Он встал так внезапно, что Сергей налетел на него сзади. Оба замерли, прислушиваясь. Шаги доносились из бокового коридора. Судя по ним, приближалось несколько человек. Ребята бесшумно попятились, а потом нырнули в какую-то подвернувшуюся нишу, где тень была особенно густа. Если бы они побежали назад, то их наверняка бы увидели.
В свет лампы вышли трое строителей в ватниках и ушанках, и остановились в нескольких метрах от них.
— Ну что, здесь, что ль, давайте? — сказал один из работяг — мужик лет шестидесяти. — Тут светло, и ящики есть…
Он выдвинул на середину два стоявших у стены пустых ящика.
— Можно и здесь, — отозвался второй работяга — низкорослый, смуглый, с щербатым лицом. — Здесь и не дует, и начальства нет…
Страница 42 из 84
