Сборник рассказов, посвящённых теме столкновения людей с дьяволом в его многочисленных обличьях и проявлениях. Враг рода человеческого таится в глубине шахты, найденной на старом кладбище; он же обитает в подвале разрушенного дома, в древней могиле, в человеческом черепе и даже в мелкой безделушке. И предстаёт он то в образе строителя-алкаша, то пожилого добропорядочного горожанина, то утопленника, то предводителя банды молодых вампиров. И это он прячется за дверью с изображением паука, поджидая своего часа, и он же носится по городским улицам в новогоднюю ночь, превращая людей в лёд…
Добавить в моё избранное
290 мин, 46 сек 7366
Наша «спящая красавица» очнулась… Пойти Вадиму Григорьевичу сказать…
— Постойте, — проговорила больная низким хриплым голосом и страдальчески скривилась. — Не уходите. Скажите, прошу вас, где я? Что со мной?
— Вы в больнице, с вами всё в порядке, — Елена Сергеевна умильно улыбнулась. — Ничего страшного, не волнуйтесь, просто у вас был небольшой обморок и вас привезли сюда.
— Ох… — Больная грузно зашевелилась, попыталась приподнять голову, но короткая толстая шея не позволила ей этого. Она всё же оглядела себя. — Ох, что это?… Что со мной?…
— Вы немножко раздобрели, пока лежали здесь, а так всё ничего.
— Ужас, ужас, — трубным голосом запричитала больная.
— Да не волнуйтесь, мы вас вылечим, — успокаивала её медсестра.
С лица Сайтаровой не сходило страдальческое выражение.
— Неужели это я? Не может быть… — По её щеке скатилась крупная слеза.
— Это полнота временная. Сейчас вы начнёте худеть и войдёте в норму… Вы как себя чувствуете? Нигде не болит?
— Болит голова…
Заскрипев пружинами, Сайтарова приподнялась и спустила растолстевшие ноги с кровати.
— Лежите, лежите, вам надо лежать! — всполошилась Елена Сергеевна.
«Наверняка это практиканты что-то начудили, — пронеслось у неё в мыслях. — Месяц лежала в коме, а тут вдруг встала… Они, точно!»…
— Я в ужасе, — больная скинула с себя одеяло, оголив живот. — Я в диком ужасе… У меня раскалывается голова…
— Я сейчас позову врача.
— Не надо. Я и без врача знаю, почему она у меня болит. — Сайтарова показала толстым пальцем себе под ноги. — Это от мела. У меня на мел страшная аллергия. Сотрите, смойте его скорее, а то сейчас помру!
И она, морщась, как от зубной боли, начала заваливаться головой на подушку.
— Это тут одни гаврики напачкали, — сказала Елена Сергеевна. — И мне же от завотделением достанется… Они напачкали, а мне отвечай…
— Ох, этот мел, я чувствую его запах, — выла Сайтарова басом. — Нет, я помру… Определённо помру…
— Держитесь, соберитесь с силами! Сейчас я всё вытру.
— Вытрите, голубушка, будьте такие добренькие.
Медсестра отправилась за ведром и тряпкой, а страдальческое выражение на лице больной сменилось злобной гримасой. Из горла вырвалось шипение, глаза забегали по палате, в раздутом животе снова что-то завозилось, растягивая кожу в разных его местах.
За дверью раздались шаги, и в животе сразу улеглось. Лицо снова приняло страдальческое выражение. В палате появилась медсестра с ведром воды и тряпкой.
— Ох, ох, — стонала Сайтарова. — Смойте мел, прошу вас, любезнейшая… Хотя бы вот здесь, здесь… — Она показывала себе под ноги.
Медсестра отжала мокрую тряпку и насадила её на швабру.
— Вы только не волнуйтесь, лягте и лежите спокойно, а то вам вредно.
— Как же не волноваться, когда тут полно мела, — скулил бес.
Елена Сергеевна несколько раз провела тряпкой по полу, уничтожив часть круга с пентаграммой, и неожиданно грузное тело Сайтаровой завалилось набок и, не удержавшись на краю кровати, рухнуло на пол, едва не перевернув кровать. Упав, оно осталось безжизненно лежать с заломленной рукой.
Медсестра вскрикнула в ужасе, бросилась к ней, пытаясь помочь, и вскрикнула еще громче: от распластанного тела отделилось тёмное облако и быстро проплыло над полом — как раз в том месте, где была стёрта часть пентаграммы. Странное облако коснулось своим краем Елены Сергеевны, и та почувствовала, что её словно обожгло ледяным холодом. Крик заглох в её горле. Не в состоянии устоять на ослабевших ногах, она опустилась на пол, а облако, приняв человекоподобную форму, словно бы зашагало по воздуху и выскользнуло за дверь.
— Сигнал! — встрепенулся Лёва. — Слышали? Сигнал!
Андрей вскочил с дивана и подбежал к пульту.
— Прибор номер четыре. На втором этаже, у дверей реанимационного отделения!
— Смотрите, смотрите, вот оно! — Лёва показывал на один из экранов. — Точно, на втором этаже!
На экране было видно, как по больничному коридору проплывает полупрозрачная тень.
— Бес! — в один голос закричали Тим с Андреем. — Он всё-таки вырвался!
Туманный силуэт подплыл к повороту на лестницу. На пульте снова звякнул сигнал. Андрей обернулся к приятелю:
— Прибор номер пять!
Тень свернула на лестничную площадку, где стояли два омоновца. Очередной биолокатор висел как раз над ними, и на пульте в дежурке снова тренькнул сигнал.
— Приборы реагируют на астральную сущность, — Андрей схватил сумку. — Это бес! Бежим туда!
— Погоди, — Тим жестом остановил его. — Пока он в астральном теле, мы ничего с ним не сделаем. Подождём, пока он в кого-то вселится.
Друзья подошли поближе к экранам и вперили взгляды в тот из них, на котором видна была зловещая тень.
— Постойте, — проговорила больная низким хриплым голосом и страдальчески скривилась. — Не уходите. Скажите, прошу вас, где я? Что со мной?
— Вы в больнице, с вами всё в порядке, — Елена Сергеевна умильно улыбнулась. — Ничего страшного, не волнуйтесь, просто у вас был небольшой обморок и вас привезли сюда.
— Ох… — Больная грузно зашевелилась, попыталась приподнять голову, но короткая толстая шея не позволила ей этого. Она всё же оглядела себя. — Ох, что это?… Что со мной?…
— Вы немножко раздобрели, пока лежали здесь, а так всё ничего.
— Ужас, ужас, — трубным голосом запричитала больная.
— Да не волнуйтесь, мы вас вылечим, — успокаивала её медсестра.
С лица Сайтаровой не сходило страдальческое выражение.
— Неужели это я? Не может быть… — По её щеке скатилась крупная слеза.
— Это полнота временная. Сейчас вы начнёте худеть и войдёте в норму… Вы как себя чувствуете? Нигде не болит?
— Болит голова…
Заскрипев пружинами, Сайтарова приподнялась и спустила растолстевшие ноги с кровати.
— Лежите, лежите, вам надо лежать! — всполошилась Елена Сергеевна.
«Наверняка это практиканты что-то начудили, — пронеслось у неё в мыслях. — Месяц лежала в коме, а тут вдруг встала… Они, точно!»…
— Я в ужасе, — больная скинула с себя одеяло, оголив живот. — Я в диком ужасе… У меня раскалывается голова…
— Я сейчас позову врача.
— Не надо. Я и без врача знаю, почему она у меня болит. — Сайтарова показала толстым пальцем себе под ноги. — Это от мела. У меня на мел страшная аллергия. Сотрите, смойте его скорее, а то сейчас помру!
И она, морщась, как от зубной боли, начала заваливаться головой на подушку.
— Это тут одни гаврики напачкали, — сказала Елена Сергеевна. — И мне же от завотделением достанется… Они напачкали, а мне отвечай…
— Ох, этот мел, я чувствую его запах, — выла Сайтарова басом. — Нет, я помру… Определённо помру…
— Держитесь, соберитесь с силами! Сейчас я всё вытру.
— Вытрите, голубушка, будьте такие добренькие.
Медсестра отправилась за ведром и тряпкой, а страдальческое выражение на лице больной сменилось злобной гримасой. Из горла вырвалось шипение, глаза забегали по палате, в раздутом животе снова что-то завозилось, растягивая кожу в разных его местах.
За дверью раздались шаги, и в животе сразу улеглось. Лицо снова приняло страдальческое выражение. В палате появилась медсестра с ведром воды и тряпкой.
— Ох, ох, — стонала Сайтарова. — Смойте мел, прошу вас, любезнейшая… Хотя бы вот здесь, здесь… — Она показывала себе под ноги.
Медсестра отжала мокрую тряпку и насадила её на швабру.
— Вы только не волнуйтесь, лягте и лежите спокойно, а то вам вредно.
— Как же не волноваться, когда тут полно мела, — скулил бес.
Елена Сергеевна несколько раз провела тряпкой по полу, уничтожив часть круга с пентаграммой, и неожиданно грузное тело Сайтаровой завалилось набок и, не удержавшись на краю кровати, рухнуло на пол, едва не перевернув кровать. Упав, оно осталось безжизненно лежать с заломленной рукой.
Медсестра вскрикнула в ужасе, бросилась к ней, пытаясь помочь, и вскрикнула еще громче: от распластанного тела отделилось тёмное облако и быстро проплыло над полом — как раз в том месте, где была стёрта часть пентаграммы. Странное облако коснулось своим краем Елены Сергеевны, и та почувствовала, что её словно обожгло ледяным холодом. Крик заглох в её горле. Не в состоянии устоять на ослабевших ногах, она опустилась на пол, а облако, приняв человекоподобную форму, словно бы зашагало по воздуху и выскользнуло за дверь.
— Сигнал! — встрепенулся Лёва. — Слышали? Сигнал!
Андрей вскочил с дивана и подбежал к пульту.
— Прибор номер четыре. На втором этаже, у дверей реанимационного отделения!
— Смотрите, смотрите, вот оно! — Лёва показывал на один из экранов. — Точно, на втором этаже!
На экране было видно, как по больничному коридору проплывает полупрозрачная тень.
— Бес! — в один голос закричали Тим с Андреем. — Он всё-таки вырвался!
Туманный силуэт подплыл к повороту на лестницу. На пульте снова звякнул сигнал. Андрей обернулся к приятелю:
— Прибор номер пять!
Тень свернула на лестничную площадку, где стояли два омоновца. Очередной биолокатор висел как раз над ними, и на пульте в дежурке снова тренькнул сигнал.
— Приборы реагируют на астральную сущность, — Андрей схватил сумку. — Это бес! Бежим туда!
— Погоди, — Тим жестом остановил его. — Пока он в астральном теле, мы ничего с ним не сделаем. Подождём, пока он в кого-то вселится.
Друзья подошли поближе к экранам и вперили взгляды в тот из них, на котором видна была зловещая тень.
Страница 77 из 84
