Чердак

Насколько понимал Юрик, то привидения тупые. Например, в данном случае они не понимают, что в окнах выбиты решётки и, чтобы подпереть дверь снаружи дома, нужно успеть так же догадаться заколотить окна досками. То есть заколотить внутри дома; конечно, если «привидения» действительно обитают внутри. Не снаружи, а именно внутри, так как снаружи доски выбить легче. Потому что, чтобы выбраться из дома, придётся гвоздодёром воспользоваться. Ну, не будешь же ты тратить«маслята» на какие-то паршивые доски? А гвоздодёр в этих кучах мусора вряд ли сыщется. Так, что Юрик, пока будет их перерывать, успеет здорово наглотаться пыли.

Как только Юрик обошёл угол, у него чуть глаза на лоб не повылазили. Дело в том, что он сильно ошибся насчёт выбитых решёток. В оконных проёмах действительно торчали решётки, но не деревянные, как изначально предполагалось, а металлические. То есть простые прутья, сваренные крест-накрест и в клеточку; как в тюрьме. И как это он раньше не обратил внимание на то, что в окнах данного барака металлические решётки?

Юре ничего не оставалось, кроме как вернуться к той деревянной двери, которая остановила его первая. Не дай бог на этот раз она окажется металлическая? Не делать же подкоп! Это просто какая-то ерунда…

Покуда длины коридора хватало для того, чтобы разогнаться, то Юрик расчистил дорожку от кирпичей и полиэтиленовых пакетов. Он разбежался и толкнул ногой в ту часть, где, между щёлочек, через доски, просвечивался засов. Естественно, пробить эту деревянную-туалетную дверь Юре удалось не с первого удара, потому что перед тем как начать расчищать коридорчик, он пытался плечом её выдавить.

Что интересно: когда Юрик занимался всей этой беготнёй и прыжками, он не додумался поставить свой пистолет на предохранитель или хотя бы отложить его в сторонку, чтобы курок не задеть ненароком и тот не «шмальнул» бы Юрику по яйцам. Он ведь проверял уже его на пригодность: выстрелил один раз в стену? Пушка так грохнула, что у пацана едва не заложило уши. И была такая сильная отдача, что Юрик чуть не шлёпнулся на задницу: там как раз лежала доска с торчащими из неё гвоздями. Пистолет он засунул за пояс и, словно забыл про него.

Когда он вышиб дверь, то первым делом по сторонам осмотрелся. Естественно, вокруг никого не было. Только потом он посмотрел на дверь…

— Чёрт, — проворчал он. — И как же это я сразу не заметил?

Дело в том, что на двери чем-то багровым была выведена надпись: «ЭЙ ВАФЛЁР, СТРЕЛЯЙ ОСТОРОЖНЕЕ, ТЫ ЧУТЬ В МЕНЯ НЕ ПОПАЛ! СКАЖИ ЕЩЁ СПАСИБО, ЧТО ЗАДЕЛО РИКОШЕТОМ. Я БЫ ТОГДА ТЕБЕ, НЕДОУМКУ, ЭТОГО БЫ НИ ЗА ЧТО ПРОСТИЛ!» Ниже, видимо, стояла подпись:«Я — ВЫСШИЙ». Судя по всему, написано было кровью. И, судя по всему, надпись была очень давно сделана. Наверное, — подумал про себя Юра, — кровь принадлежала свинье. То есть, он не боялся того, что увидел. Хотя, и понял, что он не ошибся насчёт привидений — завсегдатаев любого дома, в котором вот уже несколько лет не живут. Значит, это привидение Юрику такое написало? Что ж, а оно с юмором.

Удобная штука — пистолет. Теперь пятнадцатилетний паренёк может ходить по улицам своего города спокойно, и не опасаться, что двое придурков-старшеклассников опять его остановят и начнут по карманам шариться — искать деньги на «травку». Теперь, если отморозки «наедут», он первым же делом вытащит «ствол». С таким видом: попробуй-ка, сперва вот это отбери. Но улицы, каким-то странным образом, были пусты. Даже дети во дворе не игрались. Хотя, уж от кого — от кого, но от детворы Юрку всегда никакого продыха не было. Бывает, пишет в тетрадке черновик какой-нибудь повести, окна распахнуты настежь, потому что пот с юного писателя катится крупными «градинами», но под окнами такой противный писк, как будто чайки дерутся из-за рыбины или (Юрию такое сравнение больше нравилось) повар по двору гоняется с тесаком за свиньями. Видимо, он же на двери и оставил Юрику своё послание.

Конечно, долги ему никакие отдавать не надо. На самом деле, Юра хотел издать какую-нибудь книжечку небольшим тиражом. Просто ему хотелось издать свою собственную, да пораздать по друзьям. А то часто кто-нибудь недоумевает, зачем молодой парень сидит дома: не играет целый день в футбол (тупо не пинает мяч об стену, как делают многие лоботрясы в его возрасте, у которых с девицами не клеится) или не посещает тренажёрные залы. Про долги он подумал с кондачка, а не после того, как прошёл со своей «пушкой» полкилометра и не обмозговал как следует. Он подумал, что должен деньги тем двум дубинам, которые прошлый раз чуть его не избили и пообещали, что, если в следующий раз«бабок» не будет, то они сделают его калекой.«Тогда-то уж тебе точно достанется», — каждый раз обещали они ему на будущее и так часто повторяли, что Юрок не только начинал их побаиваться, но и реально свыкся с той мыслью, что он им действительно что-то должен.