Остров встречал людей беспощадным ветром. Буря горстями швыряла песок в лобовое стекло, билась в двери и окна, раскачивая машину. Каких-то двадцать или тридцать метров — и мир терялся в сплошном желтоватом облаке.
Добавить в моё избранное
29 мин, 10 сек 11304
Станция на Чертовом бельме — это же не громадный торговый центр, как никак.
— Я с родителями по пляжу гулял, — сквозь полный рот фасоли слова пробирались неохотно. — Потом ветер начался. Сильный такой, я еле-еле на ногах держался. Мы уже хотели поворачивать к машине, но… — Дима запнулся. — Не помню… За нами кто-то погнался.
— Кто? — Владислав нахмурился.
— Мужики какие-то. Я не разглядел — песок в глаза попал. Папа сказал, чтобы мы с мамой шли дальше, а он нас догонит. Потом ветер еще сильнее стал. Мама меня за руку тащила куда-то, а потом нас нашли мете… метеорологи. Дядя Валера и Денис.
— Ты их видел? — Влад встрепенулся. — Где они, что с ними?
— Не знаю, — мальчик пожал плечами. — Они нас с мамой сюда привезли, а потом сказали, что поедут искать папу, и уехали вместе с мамой. Меня здесь оставили, сказали, чтобы я ничего не трогал, — Дима опустил голову, отложил ложку и потянул носом.
— Твою мать, — мужчина тихо выругался, хотя на сердце у него отлегло.
Если все обстояло именно так, аномалией здесь и не пахло — это хорошо. А вот то, что ребята с кем-то связались и до сих пор не вернулись — вот это плохо.
— Я вашу машину испортил, — тихо заговорил Дима. — Она у вас такая же, как и у них. Вот я и подумал, что вы… ну…
— Да я уже понял. Придется теперь новую группу ждать…
Влада оборвал истошный крик Джозефа. Американец вопил, рискуя сорвать голос, умело выражаясь как на родном, так и на русском. Дима побледнел и тут же выскочил в коридор, будто за ним гналась свора бешеных собак. Ученый бросился в спальню. Все равно мальчику отсюда бежать некуда.
Джо сидел на полу рядом со своей койкой, пытаясь разжать челюсти медвежьего капкана, плотно стиснутые на его голени. Из рваной раны торчал край сломанной кости, кровь, пачкая одежду, растекалась по линолеуму.
— Why?! — Джозеф посмотрел на Влада полными слез глазами. — Why did you do this to me? Я хотел в туалет!
— Господи, это не я! — Владислав не мог поверить в то, что видел. — Это Дима! Он два дня здесь прячется, думал, что мы бандиты…
— Shut up! Just, — Джозеф закряхтел от натуги. На пару сантиметров челюсти поддались, но тут же сжались на изуродованной ноге, вырвавшись из пальцев. — Помоги!
Просьба о помощи захлебнулась в вопле боли и отчаяния.
Крик вывел Влада из ступора. Через полминуты он уже стоял в кладовке и ковырялся в ящике с лекарствами, сгребая все, что, по его мнению, могло пригодиться.
Когда он вернулся, Джо уже не кричал, только что-то шептал себе под нос, глядя на «озеро» собственной крови.
— I«ll die, I» ll die, I«ll die… — смог расслышать Влад, когда приблизился к раненому.»
— Эй, не раскисай! — он влепил американцу звонкую пощечину. Взгляд Джозефа прояснился.
— What the…
— Помоги мне, — перебил Владислав. — Когда я раскрою капкан — вытащишь ногу, понял?
Джо неуверенно кивнул.
— Готов? Давай!
Влад навалился на механизм, и железные челюсти разъехались в стороны. Американец взвыл, но все-таки нашел в себе силы отползти, оставляя багровый след за своей изувеченной ступней. Владислав ослабил хватку и отпрянул от механизма. Ржавое «чудовище», подпрыгнув, с лязгом стиснуло зубы.
— Хватайся за меня! — тощая рука вяло обвилась вокруг шеи Влада. — Ну же, крепче держись!
Джозеф оказался легче, чем казалось, так что уложить его на кушетку не составило особых проблем. Владислав смутно представлял, что делать дальше — первая помощь не входила в число его познаний.
— Пей, — он протянул Джо початую бутылку коньяка из загашников Валерия Петровича.
Американец недоуменно посмотрел на коричневую жидкость.
— Пей, сказал!
Джозеф приложился к горлышку, сделал несколько глотков и тут же закашлялся, обрызгав шею и свитер.
— Еще! — рявкнул Влад, закатывая штанину порванных джинсов.
От вида перелома его замутило. Окровавленный обломок кости торчал прямо из ноги, ступню неестественно свернуло вбок. Владислав почувствовал, как комок подбирается к его горлу, пытаясь выбраться наружу, но коньяк снова загнал его в желудок.
Трясущимися руками Влад вылил на рану целый флакон перекиси, туго забинтовал ее, в качестве шины использовав ножку от стула, наложил жгут из обрывка простыни… На этом все его познания заканчивались, оставалось только уповать на экстренную группу.
От боли Джо вырубился еще на перевязке. Что ж, по крайней мере, он все еще дышал. Влад не представлял, чем еще может помочь бедолаге, а потому, раздобыв в тумбочке Дениса пачку «Bond», вышел в коридор.
Руки тряслись, словно у больного Паркинсоном, отчего сигарету удалось подкурить раза с пятого. Одурманенные страхом мысли путались. Где-то на станции остался напуганный до полусмерти мальчик… Влад помнил о нем, знал, что его нужно найти, успокоить.
— Я с родителями по пляжу гулял, — сквозь полный рот фасоли слова пробирались неохотно. — Потом ветер начался. Сильный такой, я еле-еле на ногах держался. Мы уже хотели поворачивать к машине, но… — Дима запнулся. — Не помню… За нами кто-то погнался.
— Кто? — Владислав нахмурился.
— Мужики какие-то. Я не разглядел — песок в глаза попал. Папа сказал, чтобы мы с мамой шли дальше, а он нас догонит. Потом ветер еще сильнее стал. Мама меня за руку тащила куда-то, а потом нас нашли мете… метеорологи. Дядя Валера и Денис.
— Ты их видел? — Влад встрепенулся. — Где они, что с ними?
— Не знаю, — мальчик пожал плечами. — Они нас с мамой сюда привезли, а потом сказали, что поедут искать папу, и уехали вместе с мамой. Меня здесь оставили, сказали, чтобы я ничего не трогал, — Дима опустил голову, отложил ложку и потянул носом.
— Твою мать, — мужчина тихо выругался, хотя на сердце у него отлегло.
Если все обстояло именно так, аномалией здесь и не пахло — это хорошо. А вот то, что ребята с кем-то связались и до сих пор не вернулись — вот это плохо.
— Я вашу машину испортил, — тихо заговорил Дима. — Она у вас такая же, как и у них. Вот я и подумал, что вы… ну…
— Да я уже понял. Придется теперь новую группу ждать…
Влада оборвал истошный крик Джозефа. Американец вопил, рискуя сорвать голос, умело выражаясь как на родном, так и на русском. Дима побледнел и тут же выскочил в коридор, будто за ним гналась свора бешеных собак. Ученый бросился в спальню. Все равно мальчику отсюда бежать некуда.
Джо сидел на полу рядом со своей койкой, пытаясь разжать челюсти медвежьего капкана, плотно стиснутые на его голени. Из рваной раны торчал край сломанной кости, кровь, пачкая одежду, растекалась по линолеуму.
— Why?! — Джозеф посмотрел на Влада полными слез глазами. — Why did you do this to me? Я хотел в туалет!
— Господи, это не я! — Владислав не мог поверить в то, что видел. — Это Дима! Он два дня здесь прячется, думал, что мы бандиты…
— Shut up! Just, — Джозеф закряхтел от натуги. На пару сантиметров челюсти поддались, но тут же сжались на изуродованной ноге, вырвавшись из пальцев. — Помоги!
Просьба о помощи захлебнулась в вопле боли и отчаяния.
Крик вывел Влада из ступора. Через полминуты он уже стоял в кладовке и ковырялся в ящике с лекарствами, сгребая все, что, по его мнению, могло пригодиться.
Когда он вернулся, Джо уже не кричал, только что-то шептал себе под нос, глядя на «озеро» собственной крови.
— I«ll die, I» ll die, I«ll die… — смог расслышать Влад, когда приблизился к раненому.»
— Эй, не раскисай! — он влепил американцу звонкую пощечину. Взгляд Джозефа прояснился.
— What the…
— Помоги мне, — перебил Владислав. — Когда я раскрою капкан — вытащишь ногу, понял?
Джо неуверенно кивнул.
— Готов? Давай!
Влад навалился на механизм, и железные челюсти разъехались в стороны. Американец взвыл, но все-таки нашел в себе силы отползти, оставляя багровый след за своей изувеченной ступней. Владислав ослабил хватку и отпрянул от механизма. Ржавое «чудовище», подпрыгнув, с лязгом стиснуло зубы.
— Хватайся за меня! — тощая рука вяло обвилась вокруг шеи Влада. — Ну же, крепче держись!
Джозеф оказался легче, чем казалось, так что уложить его на кушетку не составило особых проблем. Владислав смутно представлял, что делать дальше — первая помощь не входила в число его познаний.
— Пей, — он протянул Джо початую бутылку коньяка из загашников Валерия Петровича.
Американец недоуменно посмотрел на коричневую жидкость.
— Пей, сказал!
Джозеф приложился к горлышку, сделал несколько глотков и тут же закашлялся, обрызгав шею и свитер.
— Еще! — рявкнул Влад, закатывая штанину порванных джинсов.
От вида перелома его замутило. Окровавленный обломок кости торчал прямо из ноги, ступню неестественно свернуло вбок. Владислав почувствовал, как комок подбирается к его горлу, пытаясь выбраться наружу, но коньяк снова загнал его в желудок.
Трясущимися руками Влад вылил на рану целый флакон перекиси, туго забинтовал ее, в качестве шины использовав ножку от стула, наложил жгут из обрывка простыни… На этом все его познания заканчивались, оставалось только уповать на экстренную группу.
От боли Джо вырубился еще на перевязке. Что ж, по крайней мере, он все еще дышал. Влад не представлял, чем еще может помочь бедолаге, а потому, раздобыв в тумбочке Дениса пачку «Bond», вышел в коридор.
Руки тряслись, словно у больного Паркинсоном, отчего сигарету удалось подкурить раза с пятого. Одурманенные страхом мысли путались. Где-то на станции остался напуганный до полусмерти мальчик… Влад помнил о нем, знал, что его нужно найти, успокоить.
Страница 6 из 9
