Электричка, на удивление, пришла вовремя. Не то, чтобы она всегда опаздывала, но для русского человека приход или отправление любого вида транспорта в заявленное администрацией или расписанием время уже как мини-праздник…
Добавить в моё избранное
260 мин, 37 сек 16495
А потом откачивать и препровождать обратно в палату?
— Че летаешь-то как угорелая? — послышалось Алёне вслед.
Никинтина резко затормозила, краем глаза заметив, что женщина, на которую она чуть не налетела, направляется к дверям, ведущим на лестницу. Алёна круто развернулась и бросилась вслед за ней.
— А это что за баррикады?! — возмущенно, скривив рот, проворчала женщина в розовом шелковом халатике. — Не! Ну, вообще тут все оборзели! Вот за что я пять штук отслюнявила?
— Не подходите, пожалуйста. Я вас очень прошу! — горячо начала Алёна. — Лучше запритесь в своей палате!
— С какого перепугу? Мне вниз надо. Там муж мой пришел.
И тут со стороны лестницы снова раздался дикий крик. Наверное, кто-то увидел жрущих человечину тварей. Или его самого начали жрать.
— Что это?!
— Пожалуйста, идите в палату, запритесь и позвоните мужу, чтобы ни в коем случае не заходил в больницу. — Алёна легонько подтолкнула женщину в сторону палат.
— Ты что, рехнулась? Пусти меня! — попыталась вывернуться обладательница модного халатика.
— Делай, что говорю, идиотка конченная! — не выдержала жена милиционера. — Тебе жить надоело?! На лестнице какие-то психи убили дежурную медсестру, и если ты будешь голосить, как недорезанная, они ворвутся сюда! Так что хватай свою тощую задницу и вали в палату. И носа оттуда не высовывай, пока не позову. Поняла?! И вы все тоже! Психи в больнице. Запритесь и без надобности по коридору не шастать!
Дамочка в халатике сжала губы в тонкую линию и направилась к себе, попутно роясь в телефонной книжке мобильника и обещая нажаловаться всем, кому только сможет.
Алена плюнула вслед уходящей девице и рванула ко второй двери, попутно отмечая, что тетки ее все же послушались. Запирать ее не пришлось — она и так была закрыта на замок. Видать, это было что-то вроде пожарного выхода. Поэтому Алёна вздохнула спокойно, что хоть с одной стороны опасности ожидать не следует, хотя ее очень смущал тот факт, что двери были со стеклом, и поспешила сообщить соседке, что пока они в безопасности.
— Что же теперь будет? — причитала та.
— Ничего не будет. Муж уже едет сюда. И сомневаюсь, что один…
— Да! Точно! Сейчас милиция приедет и арестует этих психов, — закивала Наталья и тут же разрыдалась. — А я мужу не могу дозвониться!
— Не отвечает или «по за зоною»*? — чисто машинально, для поддержания разговора спросила Алёна.
— Не отвечает…
— Ну может, телефон где оставил и не слышит… Чё ты сразу кино себе крутишь? — попыталась упокоить соседку капитанша, хотя на самом деле в ее голове мелькнула мысль, что все может быть хуже, чем кажется на первый взгляд.
Ведь если бы Виктор не предупредил ее, то те упыри могли бы ворваться на этаж… И тогда бы здесь было кровавое месиво… Хотя опасность все еще есть. Нужно глянуть, как там медсестры, забаррикадировали ли третью дверь.
— Наталья, успокойся. Все будет хорошо. Я пойду, позвоню мужу, узнаю, когда он приедет.
Алена снова вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь. В коридоре все так же было пустынно и тихо — даже дети не кричали…
Глянув направо, женщина увидела, как две медсестры о чем-то спорят. И поспешила к ним. Только вот разброда и шатания в рядах славной оборонительной армии не хватало.
— Ну как? — кивнула она уже знакомой медсестре Лене.
— Заперли на ключ.
— А до начмеда дозвониться не можем — трубку не берет. И вообще — я слышала какие-то крики с улицы… — поделилась своими наблюдениями вторая медсестра — худенькая и довольно симпатичная с толстой золотой цепочкой и увесистым кулоном на загорелой коже. Видать, муж либо российский военный, либо моряк.
— Да что там крики! На лестнице дежурную дожирают, пофиг на эти крики. — Кивнула в сторону лестницы Алёна. — Главное, чтобы никто из рожениц не устроил скандал — двери то со стеклом… их разбить — как два пальца об асфальт…
— Мы сейчас пройдемся по палатам, предупредим, чтобы не выходили, — предложила Лена.
— Да я уже донесла до них, что лучше сидеть и нос не высовывать, но все же… Лучше еще раз всех предупредить.
В запертую дверь, ведущую на вспомогательную лестницу, неожиданно застучали. Да какое там — забарабанили. Да так, что стекло ходуном заходило. «Неужели и на этой лестнице людоеды?» — мелькнуло в голове у Алёны.
— Откройте! Ну, откройте же! — послышался жалобный голос и снова раздался стук.
Женщина на какое-то мгновение расслабилась, услышав человеческий голос, но потом снова вспомнила, что не время расслаблять булки, и насторожилась. Естественного освещения на лестнице не было — только лампочки. И те, в порыве экономии средств были в лучшем случае сорока ваттными.
Безымянная медсестра было дернулась в сторону дверей, но Алёна ее остановила — просто мелькнула в голове мысль, что теперь прежде чем сделать хоть один шаг нужно тридцать раз подумать, а нужно ли это делать.
— Че летаешь-то как угорелая? — послышалось Алёне вслед.
Никинтина резко затормозила, краем глаза заметив, что женщина, на которую она чуть не налетела, направляется к дверям, ведущим на лестницу. Алёна круто развернулась и бросилась вслед за ней.
— А это что за баррикады?! — возмущенно, скривив рот, проворчала женщина в розовом шелковом халатике. — Не! Ну, вообще тут все оборзели! Вот за что я пять штук отслюнявила?
— Не подходите, пожалуйста. Я вас очень прошу! — горячо начала Алёна. — Лучше запритесь в своей палате!
— С какого перепугу? Мне вниз надо. Там муж мой пришел.
И тут со стороны лестницы снова раздался дикий крик. Наверное, кто-то увидел жрущих человечину тварей. Или его самого начали жрать.
— Что это?!
— Пожалуйста, идите в палату, запритесь и позвоните мужу, чтобы ни в коем случае не заходил в больницу. — Алёна легонько подтолкнула женщину в сторону палат.
— Ты что, рехнулась? Пусти меня! — попыталась вывернуться обладательница модного халатика.
— Делай, что говорю, идиотка конченная! — не выдержала жена милиционера. — Тебе жить надоело?! На лестнице какие-то психи убили дежурную медсестру, и если ты будешь голосить, как недорезанная, они ворвутся сюда! Так что хватай свою тощую задницу и вали в палату. И носа оттуда не высовывай, пока не позову. Поняла?! И вы все тоже! Психи в больнице. Запритесь и без надобности по коридору не шастать!
Дамочка в халатике сжала губы в тонкую линию и направилась к себе, попутно роясь в телефонной книжке мобильника и обещая нажаловаться всем, кому только сможет.
Алена плюнула вслед уходящей девице и рванула ко второй двери, попутно отмечая, что тетки ее все же послушались. Запирать ее не пришлось — она и так была закрыта на замок. Видать, это было что-то вроде пожарного выхода. Поэтому Алёна вздохнула спокойно, что хоть с одной стороны опасности ожидать не следует, хотя ее очень смущал тот факт, что двери были со стеклом, и поспешила сообщить соседке, что пока они в безопасности.
— Что же теперь будет? — причитала та.
— Ничего не будет. Муж уже едет сюда. И сомневаюсь, что один…
— Да! Точно! Сейчас милиция приедет и арестует этих психов, — закивала Наталья и тут же разрыдалась. — А я мужу не могу дозвониться!
— Не отвечает или «по за зоною»*? — чисто машинально, для поддержания разговора спросила Алёна.
— Не отвечает…
— Ну может, телефон где оставил и не слышит… Чё ты сразу кино себе крутишь? — попыталась упокоить соседку капитанша, хотя на самом деле в ее голове мелькнула мысль, что все может быть хуже, чем кажется на первый взгляд.
Ведь если бы Виктор не предупредил ее, то те упыри могли бы ворваться на этаж… И тогда бы здесь было кровавое месиво… Хотя опасность все еще есть. Нужно глянуть, как там медсестры, забаррикадировали ли третью дверь.
— Наталья, успокойся. Все будет хорошо. Я пойду, позвоню мужу, узнаю, когда он приедет.
Алена снова вышла из палаты, плотно прикрыв за собой дверь. В коридоре все так же было пустынно и тихо — даже дети не кричали…
Глянув направо, женщина увидела, как две медсестры о чем-то спорят. И поспешила к ним. Только вот разброда и шатания в рядах славной оборонительной армии не хватало.
— Ну как? — кивнула она уже знакомой медсестре Лене.
— Заперли на ключ.
— А до начмеда дозвониться не можем — трубку не берет. И вообще — я слышала какие-то крики с улицы… — поделилась своими наблюдениями вторая медсестра — худенькая и довольно симпатичная с толстой золотой цепочкой и увесистым кулоном на загорелой коже. Видать, муж либо российский военный, либо моряк.
— Да что там крики! На лестнице дежурную дожирают, пофиг на эти крики. — Кивнула в сторону лестницы Алёна. — Главное, чтобы никто из рожениц не устроил скандал — двери то со стеклом… их разбить — как два пальца об асфальт…
— Мы сейчас пройдемся по палатам, предупредим, чтобы не выходили, — предложила Лена.
— Да я уже донесла до них, что лучше сидеть и нос не высовывать, но все же… Лучше еще раз всех предупредить.
В запертую дверь, ведущую на вспомогательную лестницу, неожиданно застучали. Да какое там — забарабанили. Да так, что стекло ходуном заходило. «Неужели и на этой лестнице людоеды?» — мелькнуло в голове у Алёны.
— Откройте! Ну, откройте же! — послышался жалобный голос и снова раздался стук.
Женщина на какое-то мгновение расслабилась, услышав человеческий голос, но потом снова вспомнила, что не время расслаблять булки, и насторожилась. Естественного освещения на лестнице не было — только лампочки. И те, в порыве экономии средств были в лучшем случае сорока ваттными.
Безымянная медсестра было дернулась в сторону дверей, но Алёна ее остановила — просто мелькнула в голове мысль, что теперь прежде чем сделать хоть один шаг нужно тридцать раз подумать, а нужно ли это делать.
Страница 31 из 74
