Уже давно в Южгороде не случалось такого ненастья, какое разразилось накануне главного праздника весны. Днем на улицах бушевал северный ветер, сгибавший в дугу могучие деревья, ломавший толстые ветки, обрывавший провода. Все небо было застлано черными тучами, холодные брызги то и дело обдавали немногочисленных прохожих…
Добавить в моё избранное
254 мин, 50 сек 14657
Ей он начал чертить на покрытой слизью земле довольно большой круг, внутри которого он начертил еще несколько геометрических фигур, одна внутри другой. В центре же этого шедевра было изображено что-то похожее на шестиконечную звезду, но не иудейскую, а какую-то странную — с тонкими длинными лучами, к тому же загнутыми против часовой стрелки. «Шестиконечная свастика» — про себя усмехнулась неожиданному сравнению Вика. Ей почему-то, несмотря на мрачный антураж всего этого обряда, вдруг почему-то стало интересно, и она с нетерпением ждала, что будет дальше.
— Дай мне свою сумку сказал ей Демченко. Помощник колдуньи достал оттуда девять маленьких черных свечей, которые он зажег от пламени костров и расставил по периметру круга. Затем он достал из кулька склянку с толченым углем и большую черную свечу. Углем он посыпал желобок вычерченного круга, а свечу зажег и передал Вике.
— Стань вот сюда — сказал он, показывая место слева от круга. Когда она исполнила его просьбу, он достал несколько курильниц, наполнил их благовониями и зажег.
— Все готово, жрица Ниса — почтительно обратился он к эллинке.
Колдунья, все это время простоявшая в стороне, кивнула и подошла к кругу. Окинув все беглым взглядом и, видимо, оставшись довольна, она вдруг хлопнула в ладони и тут же из кустов выскочила большая рыжая псина. Олег достал из своего рюкзака веревку, сделал петлю и набросил ее на шею собаки, даже не пытавшейся как-то этому воспротивиться. Тем временем Ниса достала глиняную фигурку и осторожно положила ее в центр круга. Отступив на пару шагов она подняла руки к проглядывающей сквозь ветви деревьев полной Луне и нараспев начала читать заклинание, которое за ней тут же подхватил Олег — за все время работы с Нисой, он уже успел выучить его наизусть.
— Приди адская земная и небесная, Геката, богиня широких дорог и перекрестков, друг и возлюбленная ночи, враг дня, та кому по душе лай собак и льющаяся кровь…
Мрачные словеса исполненные первозданного ужаса поднимались вверх, зловеще шелестели в ветвях деревьев и возносились к ночному светилу, наполняя ужасом самый воздух. Где-то вдалеке завыла собака, ей тут же откликнулся целый хор. Испуганной Вике стоило немалых усилий спокойно стоять на месте и держать свечу. Все это пугало ее почти до потери сознания — шелест деревьев, в которой ей слышались чьи-то приглушенные голоса; залитые лунным светом покосившиеся надгробья, на которые не хочешь смотреть слишком долго, потому что кажется, что земля под ними начинает шевелиться; неясные силуэты, мелькающие в темноте. Вике вдруг показалось, что она находится не на кладбище посреди современного большого города, а в каком-то невероятно далеком диком времени, когда человечество находилось под властью сумрачных теней, поднявшихся из темных пучин за пределами мироздания.
— Тысячеликая Луна, прими наши скромные приношения — выкрикнула Ниса и тут же Олег подал ей большой нож, вынутый из рюкзака. Ниса взяла его тут же полоснула по горлу собаки, которая даже не дернулась. Кровь хлестала из рассеченного горла, а Олег уже подставлял под хлещущую струю крови большой медный кубок. Наполнив его, передал жрице, которая вылила ее на лежащую в центре круга глиняную фигурку. Олег вновь наполнил кубок, Ниса выпила из него глоток собачьей крови и передала своему помощнику, который тут же последовал примеру жрицы. Затем он протянул кубок Вике.
— Мне? Нет, я не хочу — шарахнулась журналистка.
— Пей! — жестко сказала Ниса. И она, и Олег с их окровавленными губами и каким-то странным блеском сейчас походили на пару вурдалаков, кровожадно рассматривающих новую жертву. Вика поняла, что если она не сделает то, о чем ее просят, то она может и не выйти с этого кладбища. Дрожащими руками она взяла кубок и сделала небольшой глоток. Солоноватая жидкость разлилась по ее телу, и Вика неожиданно почувствовала какую-то необыкновенную легкость. Ее страх куда-то исчез, все вокруг казалось ей знакомым и дружелюбным. Она искренне не понимала, как она раньше могла бояться этого замечательного места. Прижав к себе кубок с кровью, она сделала большой глоток, потом еще.
— Хватит — сказала Ниса, чуть ли не силой отбирая у нее сосуд. Она попеременно вылила остатки крови в каждый из трех костров.
— О ты Геката, Аид, Персефона и все подземные боги. Я призываю вас прийти и исполнить, то, что было задумано этой ночью. Пусть человек, чье подобие лежит здесь придет к перекрещению двух дорог, дабы безропотно принять свою участь. Как глина из которой была сделана эта кукла, была послушна моим рукам, пусть и он станет моей марионеткой, материалом из которого воя воля и мое желание сделают то, что должно быть сделано. Во имя вод Стикса, глубин Тартара и самого вечного и первозданного Хаоса, да будет так!
Олег тем временем потрошил собаку. С торжествующим криком он поднялся весь перемазанный кровью, держа в руке вырванное собачье сердце.
— Дай мне свою сумку сказал ей Демченко. Помощник колдуньи достал оттуда девять маленьких черных свечей, которые он зажег от пламени костров и расставил по периметру круга. Затем он достал из кулька склянку с толченым углем и большую черную свечу. Углем он посыпал желобок вычерченного круга, а свечу зажег и передал Вике.
— Стань вот сюда — сказал он, показывая место слева от круга. Когда она исполнила его просьбу, он достал несколько курильниц, наполнил их благовониями и зажег.
— Все готово, жрица Ниса — почтительно обратился он к эллинке.
Колдунья, все это время простоявшая в стороне, кивнула и подошла к кругу. Окинув все беглым взглядом и, видимо, оставшись довольна, она вдруг хлопнула в ладони и тут же из кустов выскочила большая рыжая псина. Олег достал из своего рюкзака веревку, сделал петлю и набросил ее на шею собаки, даже не пытавшейся как-то этому воспротивиться. Тем временем Ниса достала глиняную фигурку и осторожно положила ее в центр круга. Отступив на пару шагов она подняла руки к проглядывающей сквозь ветви деревьев полной Луне и нараспев начала читать заклинание, которое за ней тут же подхватил Олег — за все время работы с Нисой, он уже успел выучить его наизусть.
— Приди адская земная и небесная, Геката, богиня широких дорог и перекрестков, друг и возлюбленная ночи, враг дня, та кому по душе лай собак и льющаяся кровь…
Мрачные словеса исполненные первозданного ужаса поднимались вверх, зловеще шелестели в ветвях деревьев и возносились к ночному светилу, наполняя ужасом самый воздух. Где-то вдалеке завыла собака, ей тут же откликнулся целый хор. Испуганной Вике стоило немалых усилий спокойно стоять на месте и держать свечу. Все это пугало ее почти до потери сознания — шелест деревьев, в которой ей слышались чьи-то приглушенные голоса; залитые лунным светом покосившиеся надгробья, на которые не хочешь смотреть слишком долго, потому что кажется, что земля под ними начинает шевелиться; неясные силуэты, мелькающие в темноте. Вике вдруг показалось, что она находится не на кладбище посреди современного большого города, а в каком-то невероятно далеком диком времени, когда человечество находилось под властью сумрачных теней, поднявшихся из темных пучин за пределами мироздания.
— Тысячеликая Луна, прими наши скромные приношения — выкрикнула Ниса и тут же Олег подал ей большой нож, вынутый из рюкзака. Ниса взяла его тут же полоснула по горлу собаки, которая даже не дернулась. Кровь хлестала из рассеченного горла, а Олег уже подставлял под хлещущую струю крови большой медный кубок. Наполнив его, передал жрице, которая вылила ее на лежащую в центре круга глиняную фигурку. Олег вновь наполнил кубок, Ниса выпила из него глоток собачьей крови и передала своему помощнику, который тут же последовал примеру жрицы. Затем он протянул кубок Вике.
— Мне? Нет, я не хочу — шарахнулась журналистка.
— Пей! — жестко сказала Ниса. И она, и Олег с их окровавленными губами и каким-то странным блеском сейчас походили на пару вурдалаков, кровожадно рассматривающих новую жертву. Вика поняла, что если она не сделает то, о чем ее просят, то она может и не выйти с этого кладбища. Дрожащими руками она взяла кубок и сделала небольшой глоток. Солоноватая жидкость разлилась по ее телу, и Вика неожиданно почувствовала какую-то необыкновенную легкость. Ее страх куда-то исчез, все вокруг казалось ей знакомым и дружелюбным. Она искренне не понимала, как она раньше могла бояться этого замечательного места. Прижав к себе кубок с кровью, она сделала большой глоток, потом еще.
— Хватит — сказала Ниса, чуть ли не силой отбирая у нее сосуд. Она попеременно вылила остатки крови в каждый из трех костров.
— О ты Геката, Аид, Персефона и все подземные боги. Я призываю вас прийти и исполнить, то, что было задумано этой ночью. Пусть человек, чье подобие лежит здесь придет к перекрещению двух дорог, дабы безропотно принять свою участь. Как глина из которой была сделана эта кукла, была послушна моим рукам, пусть и он станет моей марионеткой, материалом из которого воя воля и мое желание сделают то, что должно быть сделано. Во имя вод Стикса, глубин Тартара и самого вечного и первозданного Хаоса, да будет так!
Олег тем временем потрошил собаку. С торжествующим криком он поднялся весь перемазанный кровью, держа в руке вырванное собачье сердце.
Страница 45 из 71
