Уже давно в Южгороде не случалось такого ненастья, какое разразилось накануне главного праздника весны. Днем на улицах бушевал северный ветер, сгибавший в дугу могучие деревья, ломавший толстые ветки, обрывавший провода. Все небо было застлано черными тучами, холодные брызги то и дело обдавали немногочисленных прохожих…
Добавить в моё избранное
254 мин, 50 сек 14665
Девушка лишь скулила, целуя только что накрашенные ею пальцы госпожи. Устав, журналистка отцепила цепочку и, наматывая ее на руку, заставила полузадушенную Аню подняться на кровать — Будешь заглаживать свою вину — произнесла Вика, подтягивая к себе блондинку — Вернее, зализывать — уточнила она, хватая Аню за волосы и опуская ее голову вниз.
Ниса вернулась домой. Древний город, в котором она некогда появилась на свет, сейчас было невозможно узнать — с тех пор как Ниса была предательски отравлена и заточена под землей, Горгиппия много раз разрушалась и отстраивалась, меняла имена и хозяев, пока, наконец, не перешла под российское владычество. Сейчас же Ниса испытывала к этому шумному курортному городу лишь брезгливое отвращение — даже большее чем к Южгороду, который, по крайней мере, жрица не знала другим. Однако в бывшей Горгиппии сохранилось, то, ради чего Ниса была готова преодолеть свое омерзение — ее собственная колдовская мастерская
Когда жрецы пантикапейского храма Гекаты избавились от соперницы, они вспомнили и о храме в Горгиппии, по слухам до сих пор полного зловещих и пугающих тайн. Боясь всего, что связано с Нисой, Савромат и Статира попытались разрушить храм. Боспорский царь прислал своих гоплитов, которые должны были вынести из храма все более или менее ценное, а само здание сжечь. Но первого, кто попытался взломать запертую дверь храма, постигла столь ужасная смерть, что остальные солдаты наотрез отказались приближаться к стенам проклятого строения. Все попытки жрецов Гекаты снять защитные чары оказались безуспешными — храм ни за что не хотел отдавать своих секретов. Исчерпав все средства, Савромат приказал сжечь храм, однако даже самые горючие жидкости которыми обильно поливали храм, упорно не желали возгораться. Вместо этого сгорели несколько рабов, на которых без всякой видимой причины перекинулось пламя. Поняв тщетность своих попыток, Савромат и Статира оступились от Горгиппского храма, поняв, что теперь его защищает сама Геката. До конца своих дней они жили в страхе — им стало ясно, что Ниса погребена не навечно, что настанет время и она вновь вернется в мир живых. Они были правы, хотя и не подозревали, сколько ей придется ждать этого часа.
Никто из жителей полиса так и не посмел приблизиться к гнезду сил зла. Рядом с ним никто не селился, напротив, все скорей пытались перебраться в другие районы города, подальше от проклятого места. Постепенно квартал, где стоял храм опустел. Все вздохнули с облегчением, когда с гор сошел оползень и святилище Гекаты, вместе со всеми остальными строениями оказалось погребено под тоннами земли и камней.
Вскоре начались нашествия варваров, город неоднократно разрушался, и всем уже стало не до древних страхов. Когда, наконец на месте Горгиппии появилось постоянное поселение, дурная слава того места, где был храм, давно и прочно забылась. Мало кто подозревал, что в глубине небольшого холма, на котором периодически возникали то частные дома, то магазин, то библиотека, терпеливо, словно сторожевой пес, ждало свою хозяйку потайное храмовое подземелье, по-прежнему полное жутких секретов земной наместницы Гекаты. Ни лопата археолога, ни ковш экскаватора, ни гусеницы бульдозера так и не коснулись этого хранилища древнего колдовства, которое умело защищать свои тайны.
Ниса нашла это место легко — несмотря на то, что теперь над мастерской возвышался какой-то дом культуры. Он был сразу же выкуплен краем у муниципальных властей и без особой шумихи был передан в ведение комитета по популяризации и реконструкции исторического наследия. Нанятые по приказу Хачемукова рабочие спустились в подвал и начали копать в том месте, которое указала им Ниса. Прорыв два метра они наткнулись на глубокий ход, выложенный черным камнем. Расчищая его, они прокопали до самой потайной комнаты … где и нашли свою смерть от охранных чар и за две тысячи лет не потерявших свою силу. Только после этой искупительной жертвы Гекате, Ниса вступила во владение своим прежним жилищем.
С тех пор она редко появлялась оттуда, исключая те случаи, когда ей нужно было лично проконтролировать действия своей куклы — Плотникова. Сама же Ниса погрузилась в изучение своих табличек. Здесь, среди магических предметов и снадобий, собранных ею по всей империи, дело шло лучше, хотя и все равно не так споро, как хотелось бы эллинке.
Регулярно к ней приезжал Олег, чтобы доложить о том, как идут дела. Вот и сейчас он стоял у входа и напряженно вглядывался в темный, пахнущий сыростью вход.
— Ниса ты здесь?— неуверенно спросил он.
— Здесь, здесь — послышался знакомый голос — Подожди, сейчас будет светло.
Неожиданно вокруг него разлился сумрачный зеленый свет. Олег оглянулся — с каждым днем Ниса добавляла в облик комнаты что-то новое, и ему всегда было интересно. Это было просторное помещение, дальние стены которого терялись во мраке. Призрачный зеленый свет струился из какого-то большого полупрозрачного шара стоявшего на большой подставке, напоминавшей невысокую колонну.
Ниса вернулась домой. Древний город, в котором она некогда появилась на свет, сейчас было невозможно узнать — с тех пор как Ниса была предательски отравлена и заточена под землей, Горгиппия много раз разрушалась и отстраивалась, меняла имена и хозяев, пока, наконец, не перешла под российское владычество. Сейчас же Ниса испытывала к этому шумному курортному городу лишь брезгливое отвращение — даже большее чем к Южгороду, который, по крайней мере, жрица не знала другим. Однако в бывшей Горгиппии сохранилось, то, ради чего Ниса была готова преодолеть свое омерзение — ее собственная колдовская мастерская
Когда жрецы пантикапейского храма Гекаты избавились от соперницы, они вспомнили и о храме в Горгиппии, по слухам до сих пор полного зловещих и пугающих тайн. Боясь всего, что связано с Нисой, Савромат и Статира попытались разрушить храм. Боспорский царь прислал своих гоплитов, которые должны были вынести из храма все более или менее ценное, а само здание сжечь. Но первого, кто попытался взломать запертую дверь храма, постигла столь ужасная смерть, что остальные солдаты наотрез отказались приближаться к стенам проклятого строения. Все попытки жрецов Гекаты снять защитные чары оказались безуспешными — храм ни за что не хотел отдавать своих секретов. Исчерпав все средства, Савромат приказал сжечь храм, однако даже самые горючие жидкости которыми обильно поливали храм, упорно не желали возгораться. Вместо этого сгорели несколько рабов, на которых без всякой видимой причины перекинулось пламя. Поняв тщетность своих попыток, Савромат и Статира оступились от Горгиппского храма, поняв, что теперь его защищает сама Геката. До конца своих дней они жили в страхе — им стало ясно, что Ниса погребена не навечно, что настанет время и она вновь вернется в мир живых. Они были правы, хотя и не подозревали, сколько ей придется ждать этого часа.
Никто из жителей полиса так и не посмел приблизиться к гнезду сил зла. Рядом с ним никто не селился, напротив, все скорей пытались перебраться в другие районы города, подальше от проклятого места. Постепенно квартал, где стоял храм опустел. Все вздохнули с облегчением, когда с гор сошел оползень и святилище Гекаты, вместе со всеми остальными строениями оказалось погребено под тоннами земли и камней.
Вскоре начались нашествия варваров, город неоднократно разрушался, и всем уже стало не до древних страхов. Когда, наконец на месте Горгиппии появилось постоянное поселение, дурная слава того места, где был храм, давно и прочно забылась. Мало кто подозревал, что в глубине небольшого холма, на котором периодически возникали то частные дома, то магазин, то библиотека, терпеливо, словно сторожевой пес, ждало свою хозяйку потайное храмовое подземелье, по-прежнему полное жутких секретов земной наместницы Гекаты. Ни лопата археолога, ни ковш экскаватора, ни гусеницы бульдозера так и не коснулись этого хранилища древнего колдовства, которое умело защищать свои тайны.
Ниса нашла это место легко — несмотря на то, что теперь над мастерской возвышался какой-то дом культуры. Он был сразу же выкуплен краем у муниципальных властей и без особой шумихи был передан в ведение комитета по популяризации и реконструкции исторического наследия. Нанятые по приказу Хачемукова рабочие спустились в подвал и начали копать в том месте, которое указала им Ниса. Прорыв два метра они наткнулись на глубокий ход, выложенный черным камнем. Расчищая его, они прокопали до самой потайной комнаты … где и нашли свою смерть от охранных чар и за две тысячи лет не потерявших свою силу. Только после этой искупительной жертвы Гекате, Ниса вступила во владение своим прежним жилищем.
С тех пор она редко появлялась оттуда, исключая те случаи, когда ей нужно было лично проконтролировать действия своей куклы — Плотникова. Сама же Ниса погрузилась в изучение своих табличек. Здесь, среди магических предметов и снадобий, собранных ею по всей империи, дело шло лучше, хотя и все равно не так споро, как хотелось бы эллинке.
Регулярно к ней приезжал Олег, чтобы доложить о том, как идут дела. Вот и сейчас он стоял у входа и напряженно вглядывался в темный, пахнущий сыростью вход.
— Ниса ты здесь?— неуверенно спросил он.
— Здесь, здесь — послышался знакомый голос — Подожди, сейчас будет светло.
Неожиданно вокруг него разлился сумрачный зеленый свет. Олег оглянулся — с каждым днем Ниса добавляла в облик комнаты что-то новое, и ему всегда было интересно. Это было просторное помещение, дальние стены которого терялись во мраке. Призрачный зеленый свет струился из какого-то большого полупрозрачного шара стоявшего на большой подставке, напоминавшей невысокую колонну.
Страница 53 из 71
