Май-июнь 1998. На профессионального киллера Павла Тумасова после очередного выполненного «заказа» начинается охота. Скрываясь от преследователей, Павел уезжает в родной Баку. Там он узнает, что его племянница, с которой он разговаривал пару дней назад по телефону, на самом деле уже год как погибла в автокатастрофе. Расследуя причины ее гибели, Павел погружается в криминальную жизнь города и сталкивается с каннибалами…
Добавить в моё избранное
238 мин, 25 сек 3080
Они раскрывают иные грани. В свою очередь эта картина написана не в старомодном, а в классическом стиле. Паш, принеси виноград. У меня от созерцания этого старика с дыней самой есть так захотелось! — расхохоталась Татьяна.
— Сейчас схожу. — Павел потянулся и вальяжно отправился на кухню. Открыв кран, он положил гроздья в дуршлаг для промывки, а сам достал из внутреннего кармана джинсовки рацию.
— Внимание, начинаем. — негромко, но отчетливо произнес он.
— Держи! — принес он Татьяне полную тарелку.
Она взяла с тарелки гроздь и стала шустро ее ощипывать. — Какой сладкий. — отметила Татьяна, положив в рот сразу несколько ягод.
Раздалась мягкая трель звонка, совершенно не похожая на услышанный Павлом ранее сигнал.
— Кто это еще? — скривилась Татьяна, жуя виноград.
— Без понятия. Может, кто-нибудь из твоих студентов? — пожал плечами Павел.
— Да какие там студенты, — Татьяна необычно решительно направилась к выходу. — сейчас посмотрим.
Уже на пороге она повернула голову и окинула оценивающим взглядом поверх Павла мастерскую. И скрылась за дверью.
Какое-то мгновение Павел стоял на месте, переводя дыхание и прислушиваясь, а затем рванулся в дальний конец мастерской, неряшливо завешанный тканью, где он ощутил в предыдущий раз непонятный холод из стены. Ткань держалась снизу на петлях, которые были закреплены на вмурованных в стену металлических штырьках. Павел снял петли с них — ткань моментально съехала вверх, под потолок, обнажив стену, выложенную крупными синими и белыми плитами в шахматном порядке. Ничего себе обивка, подумал Павел.
Время!
Время!!
Время!!!
Павел взглянул на часы — у него в запасе не более трех минут, несмотря на весь артистизм и обаяние Николая. Искать нужно, искать!
Павел стал стучать по квадратам — там пустое пространство. Он постучал правее — уже глухая стена. Где-то должна быть дверь. Но где золотой ключик от этой двери?
Время!
Время!!
Время!!!
У него осталось пара минут, не больше! Он осмотрелся по сторонам. Голые выкрашенные стены, ничего подозрительного.
Это должно быть что-то простое. Что-то одновременно сложное и простое. Чтобы можно было попасть к тайнику в любом состоянии. Чтобы не забыть путь к нему.
Искать нужно, искать!
Он обратил внимание на странно расцарапанную обычную электрическую розетку внизу напротив декорированной стенки. Люди не любят нагибаться?
Он подскочил к розетке, нагнулся на корточки. Действительно, вся в странных царапинах, словно ее ковыряли. Павел достал перочинный нож и поддел розетку. Та неожиданно поддалась. Выдвинув ее вперед, Павел увидел крохотный выступ, вроде рычажка.
Он двинул его. Один из синих квадратов на стене автоматически сдвинулся немного в сторону и обнажил прямоугольную металлическую планку с ярко-красным пятнышком на нем.
Ничего себе!
Павел знал, что это такое. Биометрический замок. Замок по отпечатку пальца.
Глава двадцать четвертая
С улицы донесся веселый голос Татьяны.
Сколько у Павла было времени? Да не было у него времени вообще! Но за эти… семнадцать мгновений он успел броситься назад к розетке, переключить рычажок — панель въехала на место, розетку затолкнуть назад в гнездо… ну и он чуть не забыл — прыгнул и притянул ткань назад. А затем воспользовался старым как мир приемом — переключением внимания человека на другой объект.
Поэтому, когда Татьяна снова вошла в мастерскую, она увидела Павла, держащего кисть в одной руке, бокал вина — в другой и деловито смешивающего краски на палитре.
— Павел! — возмущенно воскликнула она с порога. — Кто позволил?! Немедленно прекрати!
— А почему? — залихватски обронил Тумасов. — У меня тоже есть идеи по поводу этой картины…
Татьяна подошла к Павлу и решительно отобрала у него кисть и краски.
— Если хочешь порисовать, есть у меня акварель, есть гуашь, могу принести. Но не лезь, пожалуйста, в работу мастера.
Она кинула в него виноградиной. Павел, смеясь, отошел к столу и налил себе вина.
— Не вмешивайся в работу своими лапами. — видно было, что она еще не успокоилась.
На мольберте быстро появлялись новые мазки. Темные тона искусно перемежались со светлыми. Наконец картина была закончена.
— У тебя нет еще выпить? — спросила Татьяна.
— Конечно. — Павел разлил вино по стаканам. — Кто это там был?
Они чокнулись с легким звоном.
— Какой-то долговязый чудак заблудился. — улыбнулась Татьяна. — Ему надо в бывший санаторий КГБ, а он сюда приперся. Просто проехал поворот. Забавный мужик.
— Да…
Они перешли в гостиную. Татьяна начала быстро распаковывать принесенные продукты, накрывать стол. Павел был задумчив. Жевал сыр, не ощущая вкуса, пил вино, не чувствуя букета.
— Сейчас схожу. — Павел потянулся и вальяжно отправился на кухню. Открыв кран, он положил гроздья в дуршлаг для промывки, а сам достал из внутреннего кармана джинсовки рацию.
— Внимание, начинаем. — негромко, но отчетливо произнес он.
— Держи! — принес он Татьяне полную тарелку.
Она взяла с тарелки гроздь и стала шустро ее ощипывать. — Какой сладкий. — отметила Татьяна, положив в рот сразу несколько ягод.
Раздалась мягкая трель звонка, совершенно не похожая на услышанный Павлом ранее сигнал.
— Кто это еще? — скривилась Татьяна, жуя виноград.
— Без понятия. Может, кто-нибудь из твоих студентов? — пожал плечами Павел.
— Да какие там студенты, — Татьяна необычно решительно направилась к выходу. — сейчас посмотрим.
Уже на пороге она повернула голову и окинула оценивающим взглядом поверх Павла мастерскую. И скрылась за дверью.
Какое-то мгновение Павел стоял на месте, переводя дыхание и прислушиваясь, а затем рванулся в дальний конец мастерской, неряшливо завешанный тканью, где он ощутил в предыдущий раз непонятный холод из стены. Ткань держалась снизу на петлях, которые были закреплены на вмурованных в стену металлических штырьках. Павел снял петли с них — ткань моментально съехала вверх, под потолок, обнажив стену, выложенную крупными синими и белыми плитами в шахматном порядке. Ничего себе обивка, подумал Павел.
Время!
Время!!
Время!!!
Павел взглянул на часы — у него в запасе не более трех минут, несмотря на весь артистизм и обаяние Николая. Искать нужно, искать!
Павел стал стучать по квадратам — там пустое пространство. Он постучал правее — уже глухая стена. Где-то должна быть дверь. Но где золотой ключик от этой двери?
Время!
Время!!
Время!!!
У него осталось пара минут, не больше! Он осмотрелся по сторонам. Голые выкрашенные стены, ничего подозрительного.
Это должно быть что-то простое. Что-то одновременно сложное и простое. Чтобы можно было попасть к тайнику в любом состоянии. Чтобы не забыть путь к нему.
Искать нужно, искать!
Он обратил внимание на странно расцарапанную обычную электрическую розетку внизу напротив декорированной стенки. Люди не любят нагибаться?
Он подскочил к розетке, нагнулся на корточки. Действительно, вся в странных царапинах, словно ее ковыряли. Павел достал перочинный нож и поддел розетку. Та неожиданно поддалась. Выдвинув ее вперед, Павел увидел крохотный выступ, вроде рычажка.
Он двинул его. Один из синих квадратов на стене автоматически сдвинулся немного в сторону и обнажил прямоугольную металлическую планку с ярко-красным пятнышком на нем.
Ничего себе!
Павел знал, что это такое. Биометрический замок. Замок по отпечатку пальца.
Глава двадцать четвертая
С улицы донесся веселый голос Татьяны.
Сколько у Павла было времени? Да не было у него времени вообще! Но за эти… семнадцать мгновений он успел броситься назад к розетке, переключить рычажок — панель въехала на место, розетку затолкнуть назад в гнездо… ну и он чуть не забыл — прыгнул и притянул ткань назад. А затем воспользовался старым как мир приемом — переключением внимания человека на другой объект.
Поэтому, когда Татьяна снова вошла в мастерскую, она увидела Павла, держащего кисть в одной руке, бокал вина — в другой и деловито смешивающего краски на палитре.
— Павел! — возмущенно воскликнула она с порога. — Кто позволил?! Немедленно прекрати!
— А почему? — залихватски обронил Тумасов. — У меня тоже есть идеи по поводу этой картины…
Татьяна подошла к Павлу и решительно отобрала у него кисть и краски.
— Если хочешь порисовать, есть у меня акварель, есть гуашь, могу принести. Но не лезь, пожалуйста, в работу мастера.
Она кинула в него виноградиной. Павел, смеясь, отошел к столу и налил себе вина.
— Не вмешивайся в работу своими лапами. — видно было, что она еще не успокоилась.
На мольберте быстро появлялись новые мазки. Темные тона искусно перемежались со светлыми. Наконец картина была закончена.
— У тебя нет еще выпить? — спросила Татьяна.
— Конечно. — Павел разлил вино по стаканам. — Кто это там был?
Они чокнулись с легким звоном.
— Какой-то долговязый чудак заблудился. — улыбнулась Татьяна. — Ему надо в бывший санаторий КГБ, а он сюда приперся. Просто проехал поворот. Забавный мужик.
— Да…
Они перешли в гостиную. Татьяна начала быстро распаковывать принесенные продукты, накрывать стол. Павел был задумчив. Жевал сыр, не ощущая вкуса, пил вино, не чувствуя букета.
Страница 55 из 70
