— Свет, я замерзла, и кушать хочется… — подергала за рукав свою подругу низенькая светловолосая девушка.
Добавить в моё избранное
253 мин, 0 сек 3123
Между тем девушка продолжала молча жевать свою нижнюю губу, ее явным видом что-то беспокоило, настолько, что она даже стала выглядеть маленькой запуганной девочкой, без какой либо воинственности. Парень так же мог поклясться, что в этом нет вины черноты ночного леса, где луна больше не ласкала его с недавних пор чувствительную кожу, она больше не смотрела на него своим материнским взором, обещая освобождение от муки.
— Света, — позвал он, и девушка резко обернулась, всем телом, словно маленькая хищница. — Что происходит, и куда мы идем?
— Это пока не важно, — как-то рассеянно проговорила она, снова шагая вперед. — Нас главное отойти нужно подальше от дома и людей.
Они продолжали шагать, пока не наткнулись на какую-то поляну, среди которой стоял гладкий камень, похож на жертвенный стол. Его полностью заливала полная луна, призывая подойти двух своих детей. Словно заворожены, они подошли ближе к камню, от которого странным образом пахло волками, такими же, как и они сами. Этот запах заставил юную волчицу напрячься, словно она увидела смертельного врага. Гарик только недоуменно вертел головой туда-сюда, не особо понимая, чем ему так не понравился запах свежей травы. Додумать мысль некто из них не успел, так как парня скрутило в три погибели, и он повалился на землю, держась за живот.
Света подлетела к нему и не дала стукнуться головой об мелкие камни. Она слышала, как тошнотворный хруст происходил из ребер парня, который смотрел то на нее, то на Мать-Луну. Всем чем могла помочь она ему, она помогала, крепко прижимала к себе, прося прощение и плача. Она виновата ведь в его боле, и сожалела сильно об этом.
Гарик раз за разом цеплялся за ласковые руки девушки, гладившие его по волосам, нехотя он царапал ее когтями, которые только-только показались на свет. Парень не кричал от боли, он упрямо трепел жгучую агонию, стиснув накрепко зубы. Неожиданно для обеих его рука хрустнула, необъяснимым образом вывихнулась, повисла на коже. Медленно она начала менять свою форму, удлиняясь. Тоже произошло с ногами, они переломались один из моментов, и потом кости медленно становились на свои места. Вскоре свете пришлось встать и отойти от полу волка, получеловека. Дальше процесс становился более не уловимым для обеих ошарашенных душ.
— О Боги, — прошептала заплаканная девушка, утирая кровь с руки. — Прости меня… я… Прости…
Парень в ответ что-то взвыл непонятное для нее, завершая последнюю фазу. Длинная шерсть блестела в лучах луны, а глаза изучали маленькое тело девушки, еще толком не зная как обращаться с ней, загрызть или обнять. Он отметил, как девушка дрожала перед ним, ее заглушали слезы, такие искрение… перемешались с ее кровью, которая так манила его теперь. Гарик поднялся с земли, разминая руки и шею, тело еще ныло от мук, сквозь которые его пронесли две женщины, безжалостные и нежные. Он завыл на Мать-Луну, благодаря ее за помощь.
Света быстро превратилась в волчицу, теперь уже точно зная, чья это была территория, и от понимания не приносило радости. Тем не менее, противится древнему призыву, она не могла. Два воя возвысились над лесной тишиной. Оба воя были нежны и даже любовными. Песня Волка отличалась от песни Волчицы, он пел грубоватым голосом самца, чувствовалась и власть и могущество, сила которую природа подарила только самцам. Волчица же пела нежно и ласково, чуть тоньше, чем ее приятель.
Неловкий хруст под ногами дикого и сильного зверя отвлек двух новых хищников, они вместе посмотрели вглубь леса. Шерсть на загривке стала дыбом, уголки губ полезли, вверх обнажая острые как кинжалы клыки. Как более старший охотник, Волчица по праву вступила вперед и пригнулась, готовясь к убийственному прыжку. Молодой оборотень повторил за ней все движения, еще покачиваясь от тяжести собственного тела. Они не стали грозно рычать, это удел домашних собак, охранявших хозяйское добро. Настоящие охотники тихие и смертоносны. Вскоре зоркие глаза двух оборотней уловили мелькнувшую тень, и больше не осталось сомнений, что за ними наблюдали. Самка кинулась вперед, а за ней сразу самец. Могучие лапы вырывали траву с земли, сокращая расстояние между ними и их жертвой.
Навстречу оборотням кинулись четыре существа похожие на их самих. Псы выглядели в точности, как и Волчица с Волком, быстрые хищники бежали на чужаков, не взирая ни на что. Запоздало сообразив бывшие люди, резко развернулись, бросаясь бежать от неясных созданий. От них не пахло людьми, то были чистые яростные звери, забывшие даже о звериных законах. Один из них застал Волчицу врасплох, сбив ее с лап. Они кубарем повалились на землю, и забыв о своем человеческом Я, девушка со всей силы вгрызлась в шею зверя, пытаясь высвободится, пока тот ее царапал длинными когтями по животу. Зверь завыл на секунду, клацнув зубами около ее уха, Волчица выдрала кусок плоти, умываясь грязной кровью, черной от столетий скитаний в виде зверя. Он забарахтался над ней и обмяк, испустив последние насущные дела.
— Света, — позвал он, и девушка резко обернулась, всем телом, словно маленькая хищница. — Что происходит, и куда мы идем?
— Это пока не важно, — как-то рассеянно проговорила она, снова шагая вперед. — Нас главное отойти нужно подальше от дома и людей.
Они продолжали шагать, пока не наткнулись на какую-то поляну, среди которой стоял гладкий камень, похож на жертвенный стол. Его полностью заливала полная луна, призывая подойти двух своих детей. Словно заворожены, они подошли ближе к камню, от которого странным образом пахло волками, такими же, как и они сами. Этот запах заставил юную волчицу напрячься, словно она увидела смертельного врага. Гарик только недоуменно вертел головой туда-сюда, не особо понимая, чем ему так не понравился запах свежей травы. Додумать мысль некто из них не успел, так как парня скрутило в три погибели, и он повалился на землю, держась за живот.
Света подлетела к нему и не дала стукнуться головой об мелкие камни. Она слышала, как тошнотворный хруст происходил из ребер парня, который смотрел то на нее, то на Мать-Луну. Всем чем могла помочь она ему, она помогала, крепко прижимала к себе, прося прощение и плача. Она виновата ведь в его боле, и сожалела сильно об этом.
Гарик раз за разом цеплялся за ласковые руки девушки, гладившие его по волосам, нехотя он царапал ее когтями, которые только-только показались на свет. Парень не кричал от боли, он упрямо трепел жгучую агонию, стиснув накрепко зубы. Неожиданно для обеих его рука хрустнула, необъяснимым образом вывихнулась, повисла на коже. Медленно она начала менять свою форму, удлиняясь. Тоже произошло с ногами, они переломались один из моментов, и потом кости медленно становились на свои места. Вскоре свете пришлось встать и отойти от полу волка, получеловека. Дальше процесс становился более не уловимым для обеих ошарашенных душ.
— О Боги, — прошептала заплаканная девушка, утирая кровь с руки. — Прости меня… я… Прости…
Парень в ответ что-то взвыл непонятное для нее, завершая последнюю фазу. Длинная шерсть блестела в лучах луны, а глаза изучали маленькое тело девушки, еще толком не зная как обращаться с ней, загрызть или обнять. Он отметил, как девушка дрожала перед ним, ее заглушали слезы, такие искрение… перемешались с ее кровью, которая так манила его теперь. Гарик поднялся с земли, разминая руки и шею, тело еще ныло от мук, сквозь которые его пронесли две женщины, безжалостные и нежные. Он завыл на Мать-Луну, благодаря ее за помощь.
Света быстро превратилась в волчицу, теперь уже точно зная, чья это была территория, и от понимания не приносило радости. Тем не менее, противится древнему призыву, она не могла. Два воя возвысились над лесной тишиной. Оба воя были нежны и даже любовными. Песня Волка отличалась от песни Волчицы, он пел грубоватым голосом самца, чувствовалась и власть и могущество, сила которую природа подарила только самцам. Волчица же пела нежно и ласково, чуть тоньше, чем ее приятель.
Неловкий хруст под ногами дикого и сильного зверя отвлек двух новых хищников, они вместе посмотрели вглубь леса. Шерсть на загривке стала дыбом, уголки губ полезли, вверх обнажая острые как кинжалы клыки. Как более старший охотник, Волчица по праву вступила вперед и пригнулась, готовясь к убийственному прыжку. Молодой оборотень повторил за ней все движения, еще покачиваясь от тяжести собственного тела. Они не стали грозно рычать, это удел домашних собак, охранявших хозяйское добро. Настоящие охотники тихие и смертоносны. Вскоре зоркие глаза двух оборотней уловили мелькнувшую тень, и больше не осталось сомнений, что за ними наблюдали. Самка кинулась вперед, а за ней сразу самец. Могучие лапы вырывали траву с земли, сокращая расстояние между ними и их жертвой.
Навстречу оборотням кинулись четыре существа похожие на их самих. Псы выглядели в точности, как и Волчица с Волком, быстрые хищники бежали на чужаков, не взирая ни на что. Запоздало сообразив бывшие люди, резко развернулись, бросаясь бежать от неясных созданий. От них не пахло людьми, то были чистые яростные звери, забывшие даже о звериных законах. Один из них застал Волчицу врасплох, сбив ее с лап. Они кубарем повалились на землю, и забыв о своем человеческом Я, девушка со всей силы вгрызлась в шею зверя, пытаясь высвободится, пока тот ее царапал длинными когтями по животу. Зверь завыл на секунду, клацнув зубами около ее уха, Волчица выдрала кусок плоти, умываясь грязной кровью, черной от столетий скитаний в виде зверя. Он забарахтался над ней и обмяк, испустив последние насущные дела.
Страница 49 из 69
