Проклятая

Еще и эта Вера! И чего она не в духе? Аня уж точно не оценит по достоинству этот жест с поглаживанием руки Веры. Он сделал еще глоток чая. Изумительного чая, который могла готовить только Вера.

Прошло всего пятнадцать минут, когда Аня вернулась назад.

— Что-то ты быстро, — взглянув на часы, сказал Рыбин.

— Поехали. Меня тут больше ничего не держит.

— У вас там все нормально прошло? — Рыбин встал.

Аня посмотрела на него умоляющим взглядом и вдруг вновь разревелась.

— Ну тише-тише-тише, — он подошел к ней и обнял Аня не стала сопротивляться.

— У него крыша поехала, — прохрипела она.

— У него шок, — возразил Рыбин. — Это пройдет.

Старший лейтенант коснулся его руки.

— Что такое?

— Он очень просил вас зайти, — прошептал старлей. — У вас еще есть пара минут.

— Ты его не отвел в камеру? — нахмурился участковый.

— Нет. Он не буйный, вроде. И вроде, как ваш друг.

— Сейчас, — после короткой заминки сказал Рыбин и прошел за старлеем.

Сергей вскочил со стула, когда Рыбин зашел в подсобку. Они пожали друг другу руки. Участковый вновь ужаснулся тому, как Сергей выглядит. В отличии от Ани он полностью понимал, кто перед ним стоит. Этот человек убил мать. Пусть это был нервный срыв, временное помутнение или как это еще назвать, но это не оправдывает его. Поэтому Рыбин старался держаться как можно холоднее.

— Ты чего-то хотел? — спросил он.

— Да. Одна просьба, Андрей. Последняя просьба.

— Что за просьба?

— Я… Только что я не правильно себя вел, — Сергей спрятал взгляд в пол. — И… В общем, она думает, что я полный псих.

— Чего ты хочешь, Сергей?

— Ради того, что мы с тобой пережили. Если в тебе наша дружба оставила хоть какой-то след… Помоги мне.

— В чем? — Рыбина начали раздражать эти разговоры вокруг да около.

— Присмотри за ней, пока она не уедет.

— За это не беспокойся. С ней ничего не произойдет.

— Ты меня не понял, — мне нужны стопроцентные гарантии. Ты должен проверить ее ночью. Я знаю, что она не послушает меня. Я повел себя, как полный кретин. Она думает, что я психопат. Но ей нельзя там ночевать. Напросись к ней в гости. Мать ведь привезут домой на ночь?

— Да.

— Вот видишь? Если она останется, ей грозит опасность.

— На ночь я не буду напрашиваться. Она меня уже отшила.

— Андрей, — Сергей выдержал паузу. — Приди и навести ее ночью. Это не шутка. Ей угрожает опасность. Ночью в дом могут ворваться.

— Кто? Ты забыл о чем-то нам рассказать?

— А если я скажу, что да. Ты сможешь организовать у меня дома засаду на ночь?

— Я вообще ничего не смогу. Я — участковый. Но могу оповестить определенные службы, если у тебя действительно что-то важное.

— Но ведь они не поставят засаду?

— Нет. Для чего?

— Тогда загляни ты ночью и убедись, что с Аней все в порядке. Иначе я расскажу о ремонте машины.

Кровь мгновенно прилила к лицу. Участковый почувствовал неприятный холодок, покрывший его гусиной кожей.

— Что ты сказал?

— Андрей. Просто приди и посмотри. Если Аня спокойно уедет из деревни, то можешь забыть о том, что я тебе сказал. Никто и никогда не узнает о том, что тогда случилось.

— Не нужно мне угрожать, Сергей. Ты забываешь, кто я. С твоей сестрой ничего не случиться. Я прослежу за этим.

Участковый развернулся и вышел из подсобки. Сергея вывели сразу же за ним.

— Андрей!

Рыбин обернулся.

— Спасибо тебе за все.

Андрей прошел дальше. Он был зол на Сергея. В памяти вновь всплыла неприятная история с отморозками. Одному из них удалось выхватить пистолет участкового. Отморозок убежал. Не долго думая, Рыбин сел за руль своей машины. Разговор с отморозком был коротким. Глухой стук, разбитое стекло и помятый бампер. Если с последними двумя вещами разобрался Сергей, то участковому пришлось приложить немало усилий, чтобы утрясти случай с глухим стуком и тяжелым сотрясением мозга. Дело можно было утрясти вполне официально, если бы оружие оказалось табельным. Вот только табельного оружия у него не было, а в связи с ростом неприязни к профессии «родину защищать» Андрею просто необходим«ствол».

И сейчас Сергей грозил вылить все наружу. Что у него вообще в голове? О какой опасности он говорит? Единственная опасность, угрожавшая Ане, шла сейчас по направлению к своей камере. А если он прав?

С этими мыслями он зашел в кабинет, в котором сейчас сидела Аня. Она уже пила чай. Самый вкусный чай в мире. Она мило улыбнулась Андрею. Под глазами до сих пор была размазана тушь.

О, Боже, какая же она красивая! Я обязательно проверю ночью, все ли с ней в порядке. Обещаю, Сергей.

Сергей сидел на стуле возле кровати матери и тупо смотрел в одну точку в полу.