Проклятая

На самом деле кол нужен, чтобы парализовать упыря. Им прибивают тварь к полу, чтобы та не сопротивлялась, пока ей отрубают голову. Или же прибивают к нижней доске гроба, чтобы тот не мог выбраться.

Весь день он готовился. Прибил к стенам в зале длинные плафоны с отражателями (зал был самой подходящей комнатой, так как здесь было достаточно места и провода от генератора проходили сюда) и вставил в них лампы. К сожалению, проводов оказалось недостаточно и выключатель пришлось повесить у самого отверстия в потолке. Несколько ламп он подключил к генератору, остальные — аккумуляторам. К нормальному источнику подсоединять побоялся: кто знает, когда упырь заявится. Может, ему вздумается прийти как раз в то время, когда свет будет отключен. Еще раз все проверил. Работает.

— Ну, держись, тварь, — сквозь зубы прошипел он.

Еще раз покушал сверху за столом, листая «Физику для чайников» и раздел«Лучи и свет». Он вдруг вспомнил, как Аню, его сестру всегда раздражала его дотошность. Однажды они поссорились из-за совершенно глупой на его взгляд причины: он пытался разузнать откуда в такой глубинки, как эта взялся двухэтажный дом. И зачем он нужен с двумя этажами так далеко от населенного пункта? Почему так далеко — понятно, но ведь два этажа ставят, дабы сберечь место. Этого здесь не требовалось — места более, чем достаточно. Его любопытство непонятным образом задевало Аню и она, в конце концов, попросила Сергея не позорить ее при друзьях своими «ботанскими замашками». Она сказала тогда: «Ты — четырнадцатилетний мальчик и тебя должны интересовать девчонки, кино и остальные развлечения, а не история какого-то захолустья». С тех пор Сергей какое-то время стеснялся своих интересов, но в тайне от сестры все-таки узнал, что дом сделали таким из-за моды на все европейское, присущей тем временам. Барин недавно вернулся из Европы и построенный им дом был по его словам частичкой привезенной им из его прошлого. Чтобы ты сказала сейчас, Аня, подумал он.

Мысли о сестре вернули его в реальный мир. А если не получится? Это не игра. Ценой всему этому — жизнь. Сергей вдруг подумал, что его тело найдут через несколько дней. Сын убит парализованной матерью — отличный заголовок для первой полосы бульварного листка.

Он спустился вниз и снял трубку телефона. По памяти набрал номер — это был единственный номер, который он знал наизусть — и нажал на сброс. Посидел немного и набрал снова. После нескольких гудков он уже хотел положить трубку, но на той стороне ответили:

— Да?

— Привет, — он улыбнулся. — Как дела?

— Привет, — сначала голос был удивленный, потом стал веселым. — А кто это?

— Сергей.

— Серега! Ты что ли? Как ты? Как мать?

— Нормально. Просто решил узнать, как ты. Все в порядке?

Что же ты делаешь, думал он. Не вздумай прощаться раньше времени! Все будет хорошо! Главное — не вздумай прощаться!

— Да. Что-то голос у тебя странный. Все в порядке? Точно?

— Да, конечно. Все нормально. Я… Я просто хотел узнать, как ты, — повторился он. — Извини. Счастливо… — и добавил: — Я… Я люблю тебя.

Он положил трубку и выругался. Все-таки попрощался! Плохая примета. Очень плохая примета хоронить себя раньше времени.

Он еще раз все проверил. Работает. Принес топор из дровника и положил у дивана в зале. Приготовил ружье, распятье. Осталось только ждать. И уповать на Бога…

Мать стояла на четвереньках и смотрела на Аню. Как только Аня высунула лицо, старуха закричала и поползла к проему.

Аня начала отползать от двери. Дыхание участилось. Она громко разревелась. Боль в ноге ушла на задний план, оставив место лишь животному страху, который давил на затылок и низ живота. В глазах потемнело.

Злобное оскаленное лицо показалось в проеме. Старуха видела ее, сомневаться не приходилось. Она рычала и пыталась заползти в комнату. Но что-то мешало ей. Она словно уперлась в невидимую преграду. Она отползла назад. Как оказалось для разгона. Рванула вперед, но что-то вновь не дало войти ей.

Аня посмотрела наверх. Над дверным проемом висело распятье. Она сначала не поверила, что дело именно в нем, но старуха тоже неестественно вывернула голову и посмотрела на крест. Она зарычала. Распятье не давало ей пройти внутрь. Аня вспомнила старый фильм о Вие и вздрогнула. Она почувствовала страшную дрожь в локтях и потеряла равновесие. Упала и больно ударилась подбородком об пол. Снова поднялась. Со слезами на глазах она смотрела на монстра в проходе. Ритм дыхания восстанавливался. На выдохе она шумно задерживала дыхание. Старуха смотрела на нее еще несколько секунд и внезапно потеряла интерес. Отступив в глубь коридора, она исчезла из вида. Аня громко выпустила воздух из легких.

Мысли в голове начали обретать кое-какой порядок. Она вспомнила слова Сергея о том, что ей не следует ночевать тут, и крепко выругалась. Он говорил о ком-то. Где-то глубоко внутри поселился страх.