Живые среди Мертвых

Парень покусывал нижнюю губу, словно пытался откусить от нее кусочек, но каким бы это не было смешным зрелищем, ночная дорога требовала внимательности, а когда взор капитана вновь вернулся на нее, то перед его носом возник человек. Посреди дороге стояла старуха, по крайней мере, так показалось Погорелову. Он резким движением вывернул руль вправо, и «УАЗ» проехал в сантиметре от женщины.

— Твою же мать! — Выругался он и остановил машину, чтобы убедиться, что не зацепил старуху.

Рядом сидел ошеломленный Иван. К его стрессу перед заданием добавился еще и мандраж от чуть не случившейся аварии.

— Я убью эту клячу, если она жива! — Виталий обернулся назад, чтобы посмотреть как там старуха.

Старуха, как ни в чем небывало, перешла дорогу и остановилась. Она посмотрела на полицейский автомобиль и после недолгих раздумий направилась к нему шаркающей походкой.

Первым из машины вышел Погорелов, а следом за ним и двое напарников.

— Мэм, вы целы? — Спросил он. — С вами все в порядке?

Но старуха не отвечала. Она молча направлялась к полицейским, протягивая к ним руки.

— Это ненормальная еще и обниматься вздумала? — Процедил Виталий. — Если что, в постель с ней ляжешь ты, стажер.

Погорелов пошел на встречу старухи. Его беспокоил тот факт, что она ничего не говорила, но, тем не менее, что-то от них хотела.

— Мэм, вам требуется помощь? — Капитан подошел ближе, а когда оказался на расстоянии достаточном, чтобы рассмотреть старуху лучше, то мгновенно отпрыгнул от нее назад. — Твою же мать! — Фраза вырвалась из его груди, сливаясь в одно непонятное слово.

Погорелов попятился назад, в то время как старуха продолжала наступать. Он услышал, как она издавала внутриутробный звук, схожий с рыком собаки. Иван и Виталий подбежали к капитану. Иван держал наготове пистолет и был готов применить его в любую минуту, если бы ему только дали повод.

— Какого хрена здесь происходит? — прокричал он, направляя дуло пистолета на старуху.

Капитану не пришлось отвечать, стоило лишь старухи подойти к ним ближе, как перед ними предстала женщина, плоть которой разлагалась. Лицо ее было обезображено настолько, что с трудом можно было понять, где заканчивается нос и начинаются губы.

— Боже мой! — У Виталия перехватило дыхание.

— Мэм! — Прокричал Погорелов. — Я приказываю вам остановиться! Стойте на месте, и мы вам ничего не сделаем.

Но старуха не внимала их словам, наступая ближе. Полицейским же приходилось отступать обратно к своему автомобилю.

— Мэм, — продолжал капитан, — я буду вынужден применить оружие, если вы не остановитесь.

Погорелов достал из кобуры пистолет и, сняв его с предохранителя, навел на старуху.

— Да стреляй ты уже в нее. — Прошептал Виталий. — Неужели ты не видишь, что она ненормальная. Стоит ей подойти ближе, и она набросится на нас. Не дай Бог заразит чем-то!

Погорелов не спешил применять оружие. Угрозы для их жизни пока не было. В конце концов, это была просто старуха, пусть даже и ненормальная.

— Мэм, я прошу вас, остановитесь, и я обещаю не причинить вам вреда.

На этот раз она словно услышала его слова и встала как вкопанная. Руки ее медленно, будто это доставляло ей боль, опустились, а голова наклонилась в бок. Рот ее зашевелился. Она пыталась что-то сказать, но изо рта доносились только нечленораздельные звуки. Это раздражало ее, она начала дергаться, напрягая сильнее свои скулы, и тут Погорелову показалось, что он разобрал пару слов, сказанных старухой.

— Вы все умрете. — Повторил он за ней. — Вы все здесь умрете.

Иван испуганно смотрел на своего капитана, смотрел, как тот завороженно повторяет эту фразу, словно заклинание.

— Вы все здесь умрете! — На этот раз фраза из уст старухи прозвучала очень четко, что все смогли ее услышать. — Вы все здесь умрете! — Закричала она и бросилась на полицейских, вновь вытянув свои руки.

Погорелов не успел понять, что старуха нападет, как она вцепилась своими зубами ему в горло и принялась грызть его шею. Раздался громкий вопль капитана, от чего Иван, который пятился назад, упал на землю.

Капитан пытался оттолкнуть от себя старуху, но ничего не получалось. Ее натиск был не подавляем, а собственные силы стали его покидать вместе с пролитой кровью.

Раздался пистолетный выстрел, и старуха отпустила Погорелова. Она посмотрела своими желтыми глазами в глаза Виталия и облизнулась, слизав кровь с губ.

Виталий выстрелил еще раз, прямиком в сердце, но и это не остановило старуху. Рыча, она попятилась на него в предвкушении, что сейчас откусит кусок его свежей плоти.

Дрожащий палец раз за разом нажимал на спусковой крючок. Шесть громкий выстрелов разнеслись эхом по ночному селу. Где-то далеко в лесу поднялась стая птиц с насиженных мест и, напуганная выстрелами, с криком улетела.