Сколько я читал и фанфиков, и оригинальных произведений о попаданцах в другие миры или времена, а почти в каждом всё начиналось с описания смерти — зачастую с особым смакованием. Возможно, так автор старается показать, что дальше в сюжете будет кровавая жесть, и привлечь её любителей?
Добавить в моё избранное
202 мин, 0 сек 22884
Ксо, продолжала, продолжала. Опять забыла, хотя почти уже перестала сбиваться.
Прихватив с собой лопату, Куруми вышла из комнаты. Ох… А мне теперь ещё и переодеваться. И в туалет сходить… Вчера я была слишком уставшей, чтобы особо задумываться об этом, а сейчас каждая грёбаная мысль о моих физиологических проблемах заставляет казаться себе извращенцем. Блин… Уже извращенкой.
Есть в этом какая-то грустная ирония. Читала я много и книг, и фанфиков про попаданцев, но именно попаданцев со сменой пола не любила — всегда было подозрение, что извращённый автор решит сменить персонажу не только пол, но и ориентацию вместе с ним. Вот уж точно ни за что на свете! Тем более, когда вокруг полно красивых девушек моего возраста…
Впрочем, вряд ли я буду привлекать их в этом теле. Да, грёбаное невезение!
Хотя ладно, не до девушек. Тут бы выжить и наладить хоть какой-то быт, а потом думать о всяких мелочах. Да и остальным сейчас, подозреваю, совсем не до романтики.
Когда я выходила, Юри всё ещё продолжала спать.
— Привет, — поздоровалась я, найдя, наконец, остальных. Говорить «доброе утро» сейчас явно не стоило.
Многие ещё не вставали — в небольшой столовой я увидела только Мегуми, Куруми, Саюри с Исаму, Акину, Нацуми и Еширо. Учительница была с синяками под глазами и даже немного пошатывалась, заторможено повернувшись на приветствие. Похоже, она ещё и не ложилась — то ли не смогла заснуть, то ли посчитала своим долгом дежурить, пока спали ученики.
Чёрт, когда вижу их лица, едва сдерживаюсь, чтобы самой не заплакать, как девчонка. Хотя да… Я теперь и есть девчонка. Впрочем, это всё равно не повод лить слёзы.
— Да, Такаяма-сан, — запоздало отозвалась Сакура-сенсей. Вслед за ней отреагировали и другие.
Подойдя ближе, я ощутила, как от запаха пищи скрутило живот. Я была голодна настолько, что сожрала бы и мертвеца, наверное. Хотя, я надеюсь, они всё же не зомбятину приготовили. Должны же в бункере храниться нормальные припасы.
— Еда… Кажется, я безумно голодна, — протянула я, вдыхая аромат чего-то острого. — На всех хватит?
— Да, Мидори, — глухо ответила Куруми, угрюмо глядя на какую-то вермишель, намотанную на палочки.
Кстати, смогу я ими пользоваться? Наверное, да. Всё же проблем с координацией в новом теле не возникало.
— Я ненадолго, — вначале зайду в туалет и переоденусь. Да и умыться тоже стоило бы.
Надевая бельё Мидори, я действительно виделась себе извращенкой. Хотя без него было ещё хуже. Моё тело казалось заметно чувствительнее прошлого, особенно грудь. Без лифчика, в одной майке и свитере, каждое движение вызывало лишние ощущения, далеко не всегда приятные. Это у девушек всё время так, или не повезло конкретно мне?
Вчера было не до того, чтобы разбираться, а вот сейчас… Да уж, а мне теперь так жить. Конечно, это далеко не худшее, что могло случиться — я рада, что не умерла окончательно, а уж на фоне смерти смена пола кажется мелочью. И всё равно до сих пор голова идёт кругом! И мыслить о себе в женском роде непривычно.
Так, может, ну его нафиг?
Хотя… Ладно. Со временем я должна привыкнуть. А считать себя по-прежнему парнем, переселившись в тело девушки — верный путь к шизофрении, как мне кажется. Она самая и есть: видеть одно, а думать совсем другое.
Переодевалась я в кабинке туалета, тут же рядом и умылась. Над раковиной висело зеркало… А физиономия у меня довольно-таки уныло выглядит. И волосы растрёпанные со сна. Впрочем, приглажу кое-как и ладно — они всё равно короткие, а не как у Куруми, Юри или Мегуми. Меньше проблем с причёской.
Когда я вернулась, народа за столами стало заметно больше. Появилась Накадзима с обеими подругами, заспанная Юки, не хватало пока только Шина и Юри. Школьники мрачно ковырялись в тарелках, какого-либо разговора у них не завязалось.
Ну да. Вчера был ужас и кошмар, а сейчас, в безопасности, они задумываются о будущем. И лучше уж так, чем впадать в истерики. Хотя и они неизбежны, по крайней мере, у некоторых.
— Итадакимас, — глядя на тарелку, безразличным голосом сказала я.
А еда, кажется, была тем самым японским раменом, хотя не уверена точно. Спросить об этом позднее можно только у тех, кто в курсе «амнезии». Что касается палочек — как оказалось, орудую ими я вполне сносно. Вначале пришлось покрутить их в руке, пока они не заняли привычное положение, но потом вышло вполне удобно.
За столами ученики иногда перебрасывались тихими репликами, но разговора так и не возникало. Мегуми, видно, уже поев, стояла поодаль у стены и нервно теребила руки. Как мне показалось, она чего-то ждала.
Когда появился вначале Шин, а потом всё ещё заплаканная Юри, учительница наконец-то собралась с силами.
— Ребята, я предлагаю, — она немного стушевалась, когда на неё посмотрели все и сразу, и выставила перед собой листы бумаги, до того лежавшие на столе рядом, — предлагаю собрать идеи того, что нам делать дальше.
Прихватив с собой лопату, Куруми вышла из комнаты. Ох… А мне теперь ещё и переодеваться. И в туалет сходить… Вчера я была слишком уставшей, чтобы особо задумываться об этом, а сейчас каждая грёбаная мысль о моих физиологических проблемах заставляет казаться себе извращенцем. Блин… Уже извращенкой.
Есть в этом какая-то грустная ирония. Читала я много и книг, и фанфиков про попаданцев, но именно попаданцев со сменой пола не любила — всегда было подозрение, что извращённый автор решит сменить персонажу не только пол, но и ориентацию вместе с ним. Вот уж точно ни за что на свете! Тем более, когда вокруг полно красивых девушек моего возраста…
Впрочем, вряд ли я буду привлекать их в этом теле. Да, грёбаное невезение!
Хотя ладно, не до девушек. Тут бы выжить и наладить хоть какой-то быт, а потом думать о всяких мелочах. Да и остальным сейчас, подозреваю, совсем не до романтики.
Когда я выходила, Юри всё ещё продолжала спать.
— Привет, — поздоровалась я, найдя, наконец, остальных. Говорить «доброе утро» сейчас явно не стоило.
Многие ещё не вставали — в небольшой столовой я увидела только Мегуми, Куруми, Саюри с Исаму, Акину, Нацуми и Еширо. Учительница была с синяками под глазами и даже немного пошатывалась, заторможено повернувшись на приветствие. Похоже, она ещё и не ложилась — то ли не смогла заснуть, то ли посчитала своим долгом дежурить, пока спали ученики.
Чёрт, когда вижу их лица, едва сдерживаюсь, чтобы самой не заплакать, как девчонка. Хотя да… Я теперь и есть девчонка. Впрочем, это всё равно не повод лить слёзы.
— Да, Такаяма-сан, — запоздало отозвалась Сакура-сенсей. Вслед за ней отреагировали и другие.
Подойдя ближе, я ощутила, как от запаха пищи скрутило живот. Я была голодна настолько, что сожрала бы и мертвеца, наверное. Хотя, я надеюсь, они всё же не зомбятину приготовили. Должны же в бункере храниться нормальные припасы.
— Еда… Кажется, я безумно голодна, — протянула я, вдыхая аромат чего-то острого. — На всех хватит?
— Да, Мидори, — глухо ответила Куруми, угрюмо глядя на какую-то вермишель, намотанную на палочки.
Кстати, смогу я ими пользоваться? Наверное, да. Всё же проблем с координацией в новом теле не возникало.
— Я ненадолго, — вначале зайду в туалет и переоденусь. Да и умыться тоже стоило бы.
Надевая бельё Мидори, я действительно виделась себе извращенкой. Хотя без него было ещё хуже. Моё тело казалось заметно чувствительнее прошлого, особенно грудь. Без лифчика, в одной майке и свитере, каждое движение вызывало лишние ощущения, далеко не всегда приятные. Это у девушек всё время так, или не повезло конкретно мне?
Вчера было не до того, чтобы разбираться, а вот сейчас… Да уж, а мне теперь так жить. Конечно, это далеко не худшее, что могло случиться — я рада, что не умерла окончательно, а уж на фоне смерти смена пола кажется мелочью. И всё равно до сих пор голова идёт кругом! И мыслить о себе в женском роде непривычно.
Так, может, ну его нафиг?
Хотя… Ладно. Со временем я должна привыкнуть. А считать себя по-прежнему парнем, переселившись в тело девушки — верный путь к шизофрении, как мне кажется. Она самая и есть: видеть одно, а думать совсем другое.
Переодевалась я в кабинке туалета, тут же рядом и умылась. Над раковиной висело зеркало… А физиономия у меня довольно-таки уныло выглядит. И волосы растрёпанные со сна. Впрочем, приглажу кое-как и ладно — они всё равно короткие, а не как у Куруми, Юри или Мегуми. Меньше проблем с причёской.
Когда я вернулась, народа за столами стало заметно больше. Появилась Накадзима с обеими подругами, заспанная Юки, не хватало пока только Шина и Юри. Школьники мрачно ковырялись в тарелках, какого-либо разговора у них не завязалось.
Ну да. Вчера был ужас и кошмар, а сейчас, в безопасности, они задумываются о будущем. И лучше уж так, чем впадать в истерики. Хотя и они неизбежны, по крайней мере, у некоторых.
— Итадакимас, — глядя на тарелку, безразличным голосом сказала я.
А еда, кажется, была тем самым японским раменом, хотя не уверена точно. Спросить об этом позднее можно только у тех, кто в курсе «амнезии». Что касается палочек — как оказалось, орудую ими я вполне сносно. Вначале пришлось покрутить их в руке, пока они не заняли привычное положение, но потом вышло вполне удобно.
За столами ученики иногда перебрасывались тихими репликами, но разговора так и не возникало. Мегуми, видно, уже поев, стояла поодаль у стены и нервно теребила руки. Как мне показалось, она чего-то ждала.
Когда появился вначале Шин, а потом всё ещё заплаканная Юри, учительница наконец-то собралась с силами.
— Ребята, я предлагаю, — она немного стушевалась, когда на неё посмотрели все и сразу, и выставила перед собой листы бумаги, до того лежавшие на столе рядом, — предлагаю собрать идеи того, что нам делать дальше.
Страница 30 из 57
