В небольшом кабинете сидели двое мужчин и обсуждали детали предстоящего задания…
Добавить в моё избранное
195 мин, 42 сек 18057
— Что-то мне не очень хорошо, — пожаловался рядовой, через двадцать минут скитаний по территории базы. — Голова кружиться.
— Может от падения? — предположил Игорь.
— Возможно.
— Что мы вообще тут делаем? — Спросил старшина, через десять минут
— Командование приказало провести разведку построек, не более того, нужно установить, насколько они прочны и возможно ли в будущем, воспользоваться их содержимым.
Отряд приблизился к входу довольно большого по размерам пакгауза и собирался войти внутрь, когда рядовой Покровский, потеряв сознание, упал на асфальт.
— Что такое, — подбежал к нему старшина, снял перчатку и проверил пульс. — Ба, капитан да у него жар, градусов под сорок не меньше!
— Этого нам еще только не хватало, — недовольно произнес капитан. — Посадите его к стене.
Геннадий и старшина оттащили Покровского к стене и усадили. Через пять минут он пришел в сознание, стащил с себя противогаз и произнес:
— Все капитан, каюк мне. Вот, передайте жене и дочери в бункере, — он протянул небольшой сверток.
— Что ты, потерпи, сейчас отнесем тебя в бункер и вылечим.
— Нет, капитан, поздно уже, — едва произнося последние слова, закончил он. А затем потерял сознание. Через пятнадцать минут рядовой Покровский скончался от внутреннего кровоизлияния в мозг, о чем свидетельствовало кровотечение из ушей, носа и глаз.
— Эх, Женя, Женя. Не надо было тебе идти с нами. Старшина, Геннадий, похороните его.
Боевой дух группы был однозначно подорван. А вскоре начался дождь и отряду пришлось ютиться в пакгаузе, благо излучение было в пределах нормального. Через час ливень стих,
и отряд направился назад к месту встречи и завершению этого абсурдного задания.
Добравшись до назначенной точки маршрута они не нашли сводного отряда.
— Пройдемся по соседним постройкам. Быть может, они укрывались от дождя, как и мы, — сказал капитан. Обойдя торговый комплекс, они зашли в каждый из трех подъездов, казалось бы, чудом уцелевшей шестнадцатиэтажки. Внутри было пусто. Счетчик молчал, не предупреждая об опасности. Зашли даже в еще один торговый комплекс дальше по улице.
— Капитан, может, они уже вернулись в бункер? — спросил наконец Игорь.
— Вполне возможно. Возвращаемся.
До входа в бункер оставалось всего пол километра. Минуя завалы, трещины в покрытии дороги они шли назад.
— Капитан, я не знаю что это, но фильтры тут не помогают, — сказав это, старшина снял маску. Из носа шла кровь, десны кровоточили, окрашивая зубы.
— Живо в бункер! — скомандовал капитан. Он ускорил шаг, практически срываясь на бег. До гаражного кооператива оставалось около двухсот метров, когда ничего не говоря, Геннадий рухнул замертво.
— Нет, Гена! — кинулся к нему Игорь, но было уже поздно. Признаки полностью совпадали с признаками скончавшегося ранее Евгения. И тут до капитана дошло то, что ранее не укладывалось в голове. Постройки во всем районе остались целы, потому что их не бомбили, а распылили над районом химическое оружие!
— Капитан, разреши я останусь, похороню парнишку? — тяжело дыша, произнес старшина. Лицо его было бледным, а кровь не прекращала течь, вдобавок открылось кровотечение и из ушей. Капитану было тяжело принимать такое решение, но все было очевидно. Это какое-то биологическое оружие и они ему ничем не помогут.
— Разрешаю, — выдавил из себя капитан.
— Прощайте мужики, — произнес старшина, после чего потащил Геннадия в сторону панельной девятиэтажки. Проводив его взглядом, капитан и Игорь рванули, к входу в бункер, истратив все силы. Поднимаясь по ступеням в предбанник, капитана повело в сторону и он, сильно приложившись головой о косяк, потерял сознание.
— Александр Николаевич, — его кто-то тармашил. Александр Николаевич. Держитесь, я приведу помощь.
— Давай Семенов, веди — пробормотал капитан.
Он извлек из планшета свой журнал и внес заметку по сегодняшнему дню. А затем опять потерял сознание. Когда он в очередной раз пришел в себя, то оказался сидячим за столом. В дальнем углу комнаты находились его вещи и он, шатаясь, пошел к ним.
«14:05. Игорь до сих пор не вернулся. Мне становиться все хуже???:?? Часы встали. Скорее всего, помощи уже не будет. С трудом удается писать. Думаю, это моя последняя запись. Я — командир группы разведки номер три — Бойков Александр Николаевич. Год 2013. Август. Тринадцатый день после удара. Прощайте»…
Последняя запись была очень неразборчивой, и Виктор, закончив читать, закрыл журнал.
— Ужасно, — прошептал Дмитрий.
— Саша, Виктор, — раздался встревоженный голос Павла. Товарищи мгновенно развернулись на голос, вскинув оружие. Но тревога оказалась ложной. В дальнем углу комнаты, за вторым столом, на полу сидел скелет.
— Может от падения? — предположил Игорь.
— Возможно.
— Что мы вообще тут делаем? — Спросил старшина, через десять минут
— Командование приказало провести разведку построек, не более того, нужно установить, насколько они прочны и возможно ли в будущем, воспользоваться их содержимым.
Отряд приблизился к входу довольно большого по размерам пакгауза и собирался войти внутрь, когда рядовой Покровский, потеряв сознание, упал на асфальт.
— Что такое, — подбежал к нему старшина, снял перчатку и проверил пульс. — Ба, капитан да у него жар, градусов под сорок не меньше!
— Этого нам еще только не хватало, — недовольно произнес капитан. — Посадите его к стене.
Геннадий и старшина оттащили Покровского к стене и усадили. Через пять минут он пришел в сознание, стащил с себя противогаз и произнес:
— Все капитан, каюк мне. Вот, передайте жене и дочери в бункере, — он протянул небольшой сверток.
— Что ты, потерпи, сейчас отнесем тебя в бункер и вылечим.
— Нет, капитан, поздно уже, — едва произнося последние слова, закончил он. А затем потерял сознание. Через пятнадцать минут рядовой Покровский скончался от внутреннего кровоизлияния в мозг, о чем свидетельствовало кровотечение из ушей, носа и глаз.
— Эх, Женя, Женя. Не надо было тебе идти с нами. Старшина, Геннадий, похороните его.
Боевой дух группы был однозначно подорван. А вскоре начался дождь и отряду пришлось ютиться в пакгаузе, благо излучение было в пределах нормального. Через час ливень стих,
и отряд направился назад к месту встречи и завершению этого абсурдного задания.
Добравшись до назначенной точки маршрута они не нашли сводного отряда.
— Пройдемся по соседним постройкам. Быть может, они укрывались от дождя, как и мы, — сказал капитан. Обойдя торговый комплекс, они зашли в каждый из трех подъездов, казалось бы, чудом уцелевшей шестнадцатиэтажки. Внутри было пусто. Счетчик молчал, не предупреждая об опасности. Зашли даже в еще один торговый комплекс дальше по улице.
— Капитан, может, они уже вернулись в бункер? — спросил наконец Игорь.
— Вполне возможно. Возвращаемся.
До входа в бункер оставалось всего пол километра. Минуя завалы, трещины в покрытии дороги они шли назад.
— Капитан, я не знаю что это, но фильтры тут не помогают, — сказав это, старшина снял маску. Из носа шла кровь, десны кровоточили, окрашивая зубы.
— Живо в бункер! — скомандовал капитан. Он ускорил шаг, практически срываясь на бег. До гаражного кооператива оставалось около двухсот метров, когда ничего не говоря, Геннадий рухнул замертво.
— Нет, Гена! — кинулся к нему Игорь, но было уже поздно. Признаки полностью совпадали с признаками скончавшегося ранее Евгения. И тут до капитана дошло то, что ранее не укладывалось в голове. Постройки во всем районе остались целы, потому что их не бомбили, а распылили над районом химическое оружие!
— Капитан, разреши я останусь, похороню парнишку? — тяжело дыша, произнес старшина. Лицо его было бледным, а кровь не прекращала течь, вдобавок открылось кровотечение и из ушей. Капитану было тяжело принимать такое решение, но все было очевидно. Это какое-то биологическое оружие и они ему ничем не помогут.
— Разрешаю, — выдавил из себя капитан.
— Прощайте мужики, — произнес старшина, после чего потащил Геннадия в сторону панельной девятиэтажки. Проводив его взглядом, капитан и Игорь рванули, к входу в бункер, истратив все силы. Поднимаясь по ступеням в предбанник, капитана повело в сторону и он, сильно приложившись головой о косяк, потерял сознание.
— Александр Николаевич, — его кто-то тармашил. Александр Николаевич. Держитесь, я приведу помощь.
— Давай Семенов, веди — пробормотал капитан.
Он извлек из планшета свой журнал и внес заметку по сегодняшнему дню. А затем опять потерял сознание. Когда он в очередной раз пришел в себя, то оказался сидячим за столом. В дальнем углу комнаты находились его вещи и он, шатаясь, пошел к ним.
«14:05. Игорь до сих пор не вернулся. Мне становиться все хуже???:?? Часы встали. Скорее всего, помощи уже не будет. С трудом удается писать. Думаю, это моя последняя запись. Я — командир группы разведки номер три — Бойков Александр Николаевич. Год 2013. Август. Тринадцатый день после удара. Прощайте»…
Последняя запись была очень неразборчивой, и Виктор, закончив читать, закрыл журнал.
— Ужасно, — прошептал Дмитрий.
— Саша, Виктор, — раздался встревоженный голос Павла. Товарищи мгновенно развернулись на голос, вскинув оружие. Но тревога оказалась ложной. В дальнем углу комнаты, за вторым столом, на полу сидел скелет.
Страница 40 из 57
