Игрушка без упаковки

«Странно», подумала я, взяла со стола канцелярский нож и всунула его в щель, где виднелся язычок замка. Там что-то щелкнуло и ящик поддался. Я выдвинула его, но никакой бумаги, нужной мне, не нашла, тут лежал лишь белый конверт без опознавательных знаков, больше ничего. Я вытащила его и заглянула внутрь. В нем находилась толстая пачка фотографий. Не утерпев, я вынула фото и начала смотреть, то, что увидела, повергло меня в полный шок. На снимках были запечатлены трое человек — мужчина, женщина и маленький мальчик лет четырех. Но не это поразило меня, совсем не это! Женщина, как две капли воды похожая на меня, или я на нее! Та же, чье фото вклеено в мой паспорт! Как такое может быть? Как? Я полностью была копией его жены! От цвета волос до кончика носа! Меня начало трясти, значит все это время Александр создавал из меня франкенштейн своей мертвой жены? Он велел сшить меня по ее образу и подобию? Я подбежала к зеркалу и уставилась на свое отражение. Да, Саша создал из меня ее! Каждая черточка, каждый изгиб! Я чертов клон его погибшей жены!

Меня охватила злость, обида, отчаянье! Он настоящий псих! Зачем ему это? Что за безумная игра?! Я бесцельно металась по квартире и пыталась переварить информацию. Главное теперь понять, что мне со всем этим делать. Будто страшный сон, такого не бывает в реальной жизни! Немного успокоившись, я все же решила не говорить Александру о том, что узнала, что ж, поиграем в игру, только теперь не по его правилам! Я спрятала назад конверт, вернула замок на место и плюнув на реферат бездумно уставилась в экран телевизора. Он монотонно что-то бубнил, но я никак не могла уловить суть репортажа. Вроде кто-то кого-то зверски убил, полиция объявила вознаграждение тому, кто располагает хоть какой-то полезной информацией в отношении преступника. Очередные криминальные новости, ясно. Я схватила пульт пощелкала каналы, вот, мультики в самый раз, не в настроении я сейчас слушать всякие страсти.

***

Кап-кап-кап… Падают капельки алого цвета на кафельный пол. Она устала… Смежила веки… Красивая. Я прикоснулся большим пальцем к ее скуле и провел по контуру лица до подбородка. Она дернулась и застонала, приоткрыв глаза.

— Потерпи, малышка, скоро все кончится, -прошептал я,-скоро ты ничего не будешь чувствовать.

Я потянул за рычаг и тело девушки мгновенно взлетело на цепях к потолку. Ее кукольные ножки оказались прямо перед моим лицом. Ухоженные пальчики, розовые пяточки. Я взял ее ступни в руки и поцеловал каждый пальчик этих славных ножек. Ими просто грех ходить по земле, такие должны быть помещены под стекло, дабы удобно было любоваться. Я взял широкий скотч, обмотал щиколотки, чтобы она не начала ненароком болтать ножками в разные стороны, придвинул столик с инструментами поближе и предупредил:

— Придется немножко потерпеть, маленькая,-я не хочу испортить такие чудные ножки обычной бензопилой, получится грубо и ошметки мяса повсюду, а нам это не нужно, ведь верно?

Придвинул таз, чтобы окончательно не залить пол стекающей кровью, взял острый кривой нож и снова прокомментировал для нее:

— Сначала я надрежу по кругу плоть, а кость распилю напильником и все у нас будет ровно и аккуратно.

Девушка задергалась и начала вопить, да так мерзко, что это слышалось сквозь скотч, налепленный на ее губах. Я старался на обращать внимания, принялся резать плоть. Сначала одну ножку, медленно, аккуратно, это было сложновато, так как даже связанными ногами он дрыгала будь здоров. Но я опытен в этом деле, потому довольно быстро справился с одной ступней и перешел ко второй. Справившись с обеими, взял напильник и быстро перепилил обе ноги. К тому моменту девушка отключилась, тем самым не мешая мне. Когда ступни были отделены от ее ног, я прижег раны и соорудил две культи, чтобы она не умерла раньше времени от потери крови. Спустил цепь ниже, ее лицо оказалось на уровне с моим. Дал понюхать нашатырь со словами:

— Нет, детка, сейчас не время спать, очнись.

Она открыла глаза и застонала.

— Так-то лучше,-похвалил я,-если бы ты не орала, я б снял скотч со рта, но к сожалению, ты громко визжишь, а я этого не переношу, так что придется оставить.

Я взглянул в ее наполненные страхом глаза. В них плескался ужас, как же я хочу обладать этими глазами. Взял длинную спицу и аккуратно, чтобы не повредить красоту, извлек по очереди оба глаза под бешеный крик девчонки. Бросил их в банку с формалином, чтобы не испортились и вновь вгляделся, наводя ёмкость на свет. Ужас навеки отпечатался в этих зрачках. Отставив банку, взял нож, мягко ввел его в плоть, туда, где начинается солнечное сплетение и повел остриё вниз, разрезая кожу до самого лобка.

— Вот я и добрался до твоего внутреннего мира, девочка,-усмехнулся я. Ничего выдающегося, как ты думала, все как у всех-кишки и суповой набор.

Она задергалась в предсмертных конвульсиях, опорожнился кишечник и я понял, что все…