Нанизаны звуки на тонкую нить. Ты можешь связать меня, можешь убить. Меня это вовсе не будет смущать. Я может быть даже не буду кричать… Fleur — «Жертва».
Добавить в моё избранное
208 мин, 52 сек 3808
Что прозошло? Что со вторым корпусом? Ведь огонь не мог переметнуться туда, слишком далеко.
— В том-то и дело,-расширила Аня глаза,-весь четвертый блок выгорел полностью, те, кто там находился — сгорели! Никто не выжил, представляешь? И психи и дежурный врач, спавший в процедурной. Он просто угорел, задохнулся! Ох, Соня, это кошмар какой-то! Слава богу, кроме него сотрудников в корпусе не было, а то жертв могло бы быть и больше. Сейчас на месте пожарища работают эксперты и я слышала, что по предварительной версии это поджог. Хотя и так понятно, что таких совпадений не бывает, но кому нужно было поджигать морг и отделение с психами-овощами? Что это за маньяк такой?
— Не знаю, Аня, сама в шоке,-соврала я, — что же теперь будет?
— Черт его знает,-вздохнула медсестра,-но думаю, ничего хорошего. Сотрудников по одному допрашивают все утро, нам за пьянку начальство такой нагоняй вставило и боюсь, это не конец. Не думаю, конечно, что они решатся уволить весь средний и младший мед персонал, но накажут по-любому.
Меня тоже допросила полиция, не особо дотошно, но страху я натерпелась уйму. Наконец отпустили и я отправилась работать. Примерно в середине рабочего дня меня вызвали вниз в вестибюль, я спустилась и увидела двоих полицейских.
— Гражданка Лесникова,-начал один из них,-проедемте с нами в отдел, у нас возникло к вам несколько вопросов.
— Каких еще вопросов?-не на шутку перепугалась я,-меня допросили утром, я все рассказала, что вам еще нужно?
— Всего лишь несколько вопросов,-заговорил второй,-не заставляйте нас применять силу, пройдемте.
— Можно я хотя бы переоденусь и заберу сумочку?-спросила я.
— Да, конечно,-кивнул первый полицейский,-я поднимусь с вами.
И он шагал за мной по пятам, не оставляя ни на минуту. Я сняла халат, схватила сумку и поехала с полицейскими. В отделе меня сразу препроводили к следователю, представившись Николаем Георгиевичем, он задал первый вопрос:
— Софья Александровна, скажите, куда вы ездили на своей машине из клиники в половине второго ночи?
— С чего вы взяли, что я вообще куда-то ездила?-резко бросила я.
— Вопросы здесь задаю я,-мягко ответил следователь,-и если спрашиваю, значит есть основания. Вашу машину зафиксировали камеры наружного наблюдения у ворот больницы и на възде на шоссе. В час двадцать семь вы выехали, но через короткий промежуток времени, а именно в два тридцать четыре вернулись на территорию клиники. Так где вы были, куда ездили?
— Ах это,-сделала я вид, будто припоминаю,-ездила развеяться. Как вы уже знаете, тем вечером мы с коллегами отмечали радостное событие и я нехорошо себя почувствовала, вот и решила проехаться по ночному городу, прийти в себя.
— Вы в нетрезвом состоянии сели за руль?-вкрадчиво задал вопрос Николай Георгиевич.
— Да я не пила практически, не особо это дело люблю.
— Вы куда-нибудь заезжали? Где-нибудь останавливались?
— Нет, просто каталась по городу,-ответила я.
— А у меня другие сведения,-открыл какую-то папку следователь,-вот, в один час пятьдесят девять минут вас зафиксировала камера наблюдения, установленная на заправке, где вы приобрели две канистры с бензином, не заправили машину, а именно наполнили канистры. Работник заправки хорошо вас запомнил и описал, так зачем вам бензин, Софья Аександровна?
— Про запас,-с досадой сказала я, — вообще, больше без адвоката я ни слова не скажу и дайте мне позвонить, я имею на это право!
— Да пожалуйста,-улыбнувшись протянул мне мобильник Николай Георгиевич.
Я набрала Сашин номер, он тут же ответил:
— Ты где? Я приехал в клинику, а медсестра на посту сказала, что тебя менты увезли и телефон отключен!
— Саша, приезжай скорей,-чуть не плакала я, — у меня большие неприятности.
Я сказала адрес отдела, где нахожусь, Александр пообещал быстро приехать и положил трубку.
— Советую вам сотрудничать со следствием,-забирая сотовый сказал следователь,-против вас слишком много неопровержимых улик.
— Никаких улик против меня у вас нет,-посмотрела я на следака,-а то, что я купила про запас бензин еще ни о чем не говорит! Я автовладелец, имею машину, она ездит на топливе, вот и все! И предъявить мне вам нечего!
— Как хотите, можете упираться, -хмыкнул Николай Георгиевич,-но я докажу вашу причастность к поджогу…
— Доказывайте! Это ваша работа! А пока не доказали, нечего мне тут указывать и обвинять черт знает в чем!
Саша, как и обещал, приехал быстро, в сопровождении адвоката, который выслушав следователя разбил в пух и прах его обвинение и Николаю Георгиевичу пришлось отпустить меня под подписку о не выезде. Мы с Сашей молча приехали домой и на пороге квартиры столкнулись с Николаем Георгиевичем и двумя оперативниками. Следователь сунул нам с Александром под нос какую-то бумажку, пояснив, что это ордер на обыск.
— В том-то и дело,-расширила Аня глаза,-весь четвертый блок выгорел полностью, те, кто там находился — сгорели! Никто не выжил, представляешь? И психи и дежурный врач, спавший в процедурной. Он просто угорел, задохнулся! Ох, Соня, это кошмар какой-то! Слава богу, кроме него сотрудников в корпусе не было, а то жертв могло бы быть и больше. Сейчас на месте пожарища работают эксперты и я слышала, что по предварительной версии это поджог. Хотя и так понятно, что таких совпадений не бывает, но кому нужно было поджигать морг и отделение с психами-овощами? Что это за маньяк такой?
— Не знаю, Аня, сама в шоке,-соврала я, — что же теперь будет?
— Черт его знает,-вздохнула медсестра,-но думаю, ничего хорошего. Сотрудников по одному допрашивают все утро, нам за пьянку начальство такой нагоняй вставило и боюсь, это не конец. Не думаю, конечно, что они решатся уволить весь средний и младший мед персонал, но накажут по-любому.
Меня тоже допросила полиция, не особо дотошно, но страху я натерпелась уйму. Наконец отпустили и я отправилась работать. Примерно в середине рабочего дня меня вызвали вниз в вестибюль, я спустилась и увидела двоих полицейских.
— Гражданка Лесникова,-начал один из них,-проедемте с нами в отдел, у нас возникло к вам несколько вопросов.
— Каких еще вопросов?-не на шутку перепугалась я,-меня допросили утром, я все рассказала, что вам еще нужно?
— Всего лишь несколько вопросов,-заговорил второй,-не заставляйте нас применять силу, пройдемте.
— Можно я хотя бы переоденусь и заберу сумочку?-спросила я.
— Да, конечно,-кивнул первый полицейский,-я поднимусь с вами.
И он шагал за мной по пятам, не оставляя ни на минуту. Я сняла халат, схватила сумку и поехала с полицейскими. В отделе меня сразу препроводили к следователю, представившись Николаем Георгиевичем, он задал первый вопрос:
— Софья Александровна, скажите, куда вы ездили на своей машине из клиники в половине второго ночи?
— С чего вы взяли, что я вообще куда-то ездила?-резко бросила я.
— Вопросы здесь задаю я,-мягко ответил следователь,-и если спрашиваю, значит есть основания. Вашу машину зафиксировали камеры наружного наблюдения у ворот больницы и на възде на шоссе. В час двадцать семь вы выехали, но через короткий промежуток времени, а именно в два тридцать четыре вернулись на территорию клиники. Так где вы были, куда ездили?
— Ах это,-сделала я вид, будто припоминаю,-ездила развеяться. Как вы уже знаете, тем вечером мы с коллегами отмечали радостное событие и я нехорошо себя почувствовала, вот и решила проехаться по ночному городу, прийти в себя.
— Вы в нетрезвом состоянии сели за руль?-вкрадчиво задал вопрос Николай Георгиевич.
— Да я не пила практически, не особо это дело люблю.
— Вы куда-нибудь заезжали? Где-нибудь останавливались?
— Нет, просто каталась по городу,-ответила я.
— А у меня другие сведения,-открыл какую-то папку следователь,-вот, в один час пятьдесят девять минут вас зафиксировала камера наблюдения, установленная на заправке, где вы приобрели две канистры с бензином, не заправили машину, а именно наполнили канистры. Работник заправки хорошо вас запомнил и описал, так зачем вам бензин, Софья Аександровна?
— Про запас,-с досадой сказала я, — вообще, больше без адвоката я ни слова не скажу и дайте мне позвонить, я имею на это право!
— Да пожалуйста,-улыбнувшись протянул мне мобильник Николай Георгиевич.
Я набрала Сашин номер, он тут же ответил:
— Ты где? Я приехал в клинику, а медсестра на посту сказала, что тебя менты увезли и телефон отключен!
— Саша, приезжай скорей,-чуть не плакала я, — у меня большие неприятности.
Я сказала адрес отдела, где нахожусь, Александр пообещал быстро приехать и положил трубку.
— Советую вам сотрудничать со следствием,-забирая сотовый сказал следователь,-против вас слишком много неопровержимых улик.
— Никаких улик против меня у вас нет,-посмотрела я на следака,-а то, что я купила про запас бензин еще ни о чем не говорит! Я автовладелец, имею машину, она ездит на топливе, вот и все! И предъявить мне вам нечего!
— Как хотите, можете упираться, -хмыкнул Николай Георгиевич,-но я докажу вашу причастность к поджогу…
— Доказывайте! Это ваша работа! А пока не доказали, нечего мне тут указывать и обвинять черт знает в чем!
Саша, как и обещал, приехал быстро, в сопровождении адвоката, который выслушав следователя разбил в пух и прах его обвинение и Николаю Георгиевичу пришлось отпустить меня под подписку о не выезде. Мы с Сашей молча приехали домой и на пороге квартиры столкнулись с Николаем Георгиевичем и двумя оперативниками. Следователь сунул нам с Александром под нос какую-то бумажку, пояснив, что это ордер на обыск.
Страница 44 из 56
