Когда большая пушная зверюга поскреблась в двери людского общежития на планете Земля, я самым бессовестным образом маялся от безделья на работе. Ничто не предвещало в тот день … да-да, ведь зачин и у мелких трагедий из тупых телепередач и у глобальных катастроф из реальности выглядит одинаково незатейливо. Уж поверьте. А что, собственно говоря, должно было предвещать?
Добавить в моё избранное
180 мин, 32 сек 4489
— Ты шапку одень.
— Зачем? Мне не холодно.
— Ради меня. Волосы дыбом — это смешно и страшно. Могу не выдержать.
Парень совсем без чувства юмора — посмотрел на меня как на дурака. Такому начни про зомби правду выкладывать, по доброте душевной в «дурку» отвезет и сдаст с рук на руки санитарам. Но ниче-ниче, щас отойдет, тут-то мы его и огорошим известием нехорошим.
— А насчет волос мысль. — Иван вдруг одной рукой провел по отросшему ежику волос. Может сначала в парикмахерскую?
Да запросто. Ближайшая цирюльня находилась совсем недалеко, вот только пробки на улицах образовались не ко времени. Пока пробирались по запруженному Проспекту Мира до парикмахерской, я в двух словах изложил Ивану положение дел, смягчая формулировки. А он сделал вид, что поверил. Даже не особо удивился. Ну, зомби и зомби, че такого? Вот если бы марсиане или честные чиновники другое дело.
Пока наша «газелька» медленно двигалась в пробке, я оставил Ивана наедине с размышлениями о настоящем и будущем и добежал до продовольственного киоска.
— Мы не работаем! Учет! — Выкрикнула продавщица мне в лицо и в спины двум стандартно экипированным типчикам: в левой руке — бутылка водки, в правой — полторашка пива, в зубах сигаретка. Прожигателей жизни, значит, обслуживаем, а прилично одетых молодых людей нет? Я расплылся в обаятельнейшей из своих улыбок и достал «котлету» денег. Пятьсот рублей сунул ей со словами«Это вам лично» и снова улыбнулся. Глазки у тетеньки сразу потеплели и голос смягчился, словно это не я перед ней расшаркивался, а ее первая любовь с восьмым марта поздравила. И ничего, что с опозданием на две недели.
— Чего вам? У нас нету почти ничего. Хозяин звонил — запретил продавать… отдельные группы товаров.
Я окинул взором полки. Вино водочная секция пострадала больше других. Хлеба тоже не было ни крошки. Колбасная витрина непривычно голая. Вода, пиво еще есть, чипсы и прочая ерунда тоже.
— Мне сигарет. — Я ткнул пальцем в пачку, какую Ваня при мне выкинул в урну. — Блок. Если можно.
— Можно. Повезло вам, вчера завоз был.
— Тогда два.
Продавщица пожала плечами. Некурящая торговка — редкость. А курящая должна сразу сообразить, что курево в Омской области вдоль дорог не растет, зато алчущих заморского зелья хренова туча. Да чего я всех по себе меряю? Она же уверена, что трудности временные. У нее тут даже телека нету, может и не знает толком, что на улице происходит. Особенно если с Ночной Смены сидит.
— А что у вас еще есть? Лапша быстрого приготовления? Там пюрешка в стаканчиках? Давайте. Арахис? Много есть? Тоже давайте. Шоколад. И шоколад возьму. И чипсы. И чай с кофием в пакетиках тоже.
Перехватив мой взгляд, устремленный на щербатый ряд бутылок с алкоголем, она запротестовала:
— Хозяин водку строго настрого запретил. — Сказала и тут же бросилась прятать пузыри под прилавок. Ох уж эти женщины!
Какой хозяин у нее, однако, прошарливый. И, похоже, тоже некурящий. Водка в России в свое время потверже доллара валютой была. Многие уже позабыли те времена, а вот кое-кто еще помнит. Ладно, водки у меня дома полный бар. Возьмем водички еще и пивка, обмыть появление напарника с ним самим. А еще остатки зажигалок. Я, как бывший манагер и начинающий выживальщик могу добыть огонь трением трусов об ягодицы, но очень уж хлопотное это дело.
Я расплатился и в две ходки перетащил добро в машину, продвинувшуюся в потоке за все время на полсотни метров, не больше. Второй ходкой утащил блок минералки и блок двухлитровок дешевого:-((( пиваса. После меня продавщица заперла дверь на засов, отшив троих потенциальных покупателей за раз.
Всю добычу скидал в кабину, чтобы не возиться с будкой посреди дороги. Напарник обрадовался сигаретам как ребенок, но прежде, чем вскрыть блок, вежливо спросил разрешение.
— Тебе папа с мамой не говорили, что курить вредно? В киосках полки уже пустые, не знаешь, почему? Да бери-бери. Я сам не курю, тебе взял.
От моих слов напарник сделался грустным и некурящим. Положил пачку в карман и нос повесил. Чтобы снять напряжение я включил магнитолу.
Опа! А покойный экспедитор оказался тот еще затейник: динамики выдали знакомые ритмы «I Will Survive». Переполняющая меня радость по поводу неплохих итогов вчерашнего дня и успешного начала сегодняшнего спровоцировала меня подпевать.
Иван очень странно и очень внимательно на меня посмотрел, благо затор на дороге позволял — пропускали колонну из мигающего и орущего сиреной «ментовоза» и машины с надписью«Спецмедслужба». Сам от себя не ожидал певческого демарша. Я — парнишка не из стеснительных, но обычно прилюдно не пою. То есть я вообще не припомню, чтобы в трезвом уме что-то пел со времен уроков музыки в школе. Но в тот день меня просто распирало от энергии и какого-то воодушевления, что ли. Душа попросила спеть, а то, что песня не пацанская попалась, в том нет моей вины нисколечко.
— Зачем? Мне не холодно.
— Ради меня. Волосы дыбом — это смешно и страшно. Могу не выдержать.
Парень совсем без чувства юмора — посмотрел на меня как на дурака. Такому начни про зомби правду выкладывать, по доброте душевной в «дурку» отвезет и сдаст с рук на руки санитарам. Но ниче-ниче, щас отойдет, тут-то мы его и огорошим известием нехорошим.
— А насчет волос мысль. — Иван вдруг одной рукой провел по отросшему ежику волос. Может сначала в парикмахерскую?
Да запросто. Ближайшая цирюльня находилась совсем недалеко, вот только пробки на улицах образовались не ко времени. Пока пробирались по запруженному Проспекту Мира до парикмахерской, я в двух словах изложил Ивану положение дел, смягчая формулировки. А он сделал вид, что поверил. Даже не особо удивился. Ну, зомби и зомби, че такого? Вот если бы марсиане или честные чиновники другое дело.
Пока наша «газелька» медленно двигалась в пробке, я оставил Ивана наедине с размышлениями о настоящем и будущем и добежал до продовольственного киоска.
— Мы не работаем! Учет! — Выкрикнула продавщица мне в лицо и в спины двум стандартно экипированным типчикам: в левой руке — бутылка водки, в правой — полторашка пива, в зубах сигаретка. Прожигателей жизни, значит, обслуживаем, а прилично одетых молодых людей нет? Я расплылся в обаятельнейшей из своих улыбок и достал «котлету» денег. Пятьсот рублей сунул ей со словами«Это вам лично» и снова улыбнулся. Глазки у тетеньки сразу потеплели и голос смягчился, словно это не я перед ней расшаркивался, а ее первая любовь с восьмым марта поздравила. И ничего, что с опозданием на две недели.
— Чего вам? У нас нету почти ничего. Хозяин звонил — запретил продавать… отдельные группы товаров.
Я окинул взором полки. Вино водочная секция пострадала больше других. Хлеба тоже не было ни крошки. Колбасная витрина непривычно голая. Вода, пиво еще есть, чипсы и прочая ерунда тоже.
— Мне сигарет. — Я ткнул пальцем в пачку, какую Ваня при мне выкинул в урну. — Блок. Если можно.
— Можно. Повезло вам, вчера завоз был.
— Тогда два.
Продавщица пожала плечами. Некурящая торговка — редкость. А курящая должна сразу сообразить, что курево в Омской области вдоль дорог не растет, зато алчущих заморского зелья хренова туча. Да чего я всех по себе меряю? Она же уверена, что трудности временные. У нее тут даже телека нету, может и не знает толком, что на улице происходит. Особенно если с Ночной Смены сидит.
— А что у вас еще есть? Лапша быстрого приготовления? Там пюрешка в стаканчиках? Давайте. Арахис? Много есть? Тоже давайте. Шоколад. И шоколад возьму. И чипсы. И чай с кофием в пакетиках тоже.
Перехватив мой взгляд, устремленный на щербатый ряд бутылок с алкоголем, она запротестовала:
— Хозяин водку строго настрого запретил. — Сказала и тут же бросилась прятать пузыри под прилавок. Ох уж эти женщины!
Какой хозяин у нее, однако, прошарливый. И, похоже, тоже некурящий. Водка в России в свое время потверже доллара валютой была. Многие уже позабыли те времена, а вот кое-кто еще помнит. Ладно, водки у меня дома полный бар. Возьмем водички еще и пивка, обмыть появление напарника с ним самим. А еще остатки зажигалок. Я, как бывший манагер и начинающий выживальщик могу добыть огонь трением трусов об ягодицы, но очень уж хлопотное это дело.
Я расплатился и в две ходки перетащил добро в машину, продвинувшуюся в потоке за все время на полсотни метров, не больше. Второй ходкой утащил блок минералки и блок двухлитровок дешевого:-((( пиваса. После меня продавщица заперла дверь на засов, отшив троих потенциальных покупателей за раз.
Всю добычу скидал в кабину, чтобы не возиться с будкой посреди дороги. Напарник обрадовался сигаретам как ребенок, но прежде, чем вскрыть блок, вежливо спросил разрешение.
— Тебе папа с мамой не говорили, что курить вредно? В киосках полки уже пустые, не знаешь, почему? Да бери-бери. Я сам не курю, тебе взял.
От моих слов напарник сделался грустным и некурящим. Положил пачку в карман и нос повесил. Чтобы снять напряжение я включил магнитолу.
Опа! А покойный экспедитор оказался тот еще затейник: динамики выдали знакомые ритмы «I Will Survive». Переполняющая меня радость по поводу неплохих итогов вчерашнего дня и успешного начала сегодняшнего спровоцировала меня подпевать.
Иван очень странно и очень внимательно на меня посмотрел, благо затор на дороге позволял — пропускали колонну из мигающего и орущего сиреной «ментовоза» и машины с надписью«Спецмедслужба». Сам от себя не ожидал певческого демарша. Я — парнишка не из стеснительных, но обычно прилюдно не пою. То есть я вообще не припомню, чтобы в трезвом уме что-то пел со времен уроков музыки в школе. Но в тот день меня просто распирало от энергии и какого-то воодушевления, что ли. Душа попросила спеть, а то, что песня не пацанская попалась, в том нет моей вины нисколечко.
Страница 31 из 50
