Ночью Сессиль проснулась. Только глаза не открывай, — посоветовала она себе, повернулась, натянула одеяло на голову. Коленки к животу, ладонь под щеку. Свернуться калачиком, притвориться, что не просыпалась.
Добавить в моё избранное
181 мин, 32 сек 17872
— Что я садист, что ли? Ты меня, между прочим, тоже своим взглядом чуть не раздавила. А Дуг с Марианной вообще молчали бы после старухи Блюм!
— Что ты сказал? — тихо, почти шепотом, спросил Дуг, и взгляд его стал грозным.
— Да что слышал!— оттолкнувшись от стены, с вызовом воззрился на него Саймон.
Взгляды их встретились. Было видно, как наливаются они тяжестью и гневом. Марианна, во всяком случае, это увидела. Представила, что будет дальше. Вскочила и, сама не понимая, что делает, изо всех сил толкнула Саймона на Дуга.
Получилась, как будто Саймон летит на Дуга с кулаками. Дуг увернулся и ткнул Саймона в живот. Тот, сгибаясь, зацепил Дуга по скуле. Оба, придя в себя, уставились на Марианну:
— Ты чего? Зачем?
— А это чтобы вы пар выпустили, — заявила Марианна, спокойно садясь на стул. — Вы что не поняли, что ваши кулаки ерунда по сравнению с вашими взглядами? Еще секунда и один бы упал с пропоротой шеей, а другой с пробитой головой.
Дуг потер скулу. Саймон пошупал живот. Переглянулись и захохотали:
— А здорово ты нас, Марианна!
— Классное средство!
— Значит, теперь, чуть кто на ком фиксируется, тут же хлопаем по затылку…
— … и обходимся без жертв!
— Ну, хватит ржать! — вскочила возмущенная Лора. — Там, за дверью, между прочим, Тони. И еще не известно, выкарабкается он или нет. На него, кстати, никто не смотрел и плохо о нем не думал.
Дуг вспомнил, о чем говорил ему Тони. Стало не до смеха.
— Теперь вы все поняли? — спросил он ребят, коротко пересказав разговор с Тони без моральных подробностей. — Наши мысли ранят не только окружающих, но и нас самих.
— Так что же нам делать? — совсем потерялась Лора.
— Разойтись по домам, запереться в своих комнатах, принять успокоительное. Ни с кем не разговаривать и ни о чем не думать.
— И сколько так можно продержаться? — недовольно спросил Саймон.
— Времени у нас мало, — согласился Дуг.
— А все-таки — сколько, — настаивала Лора.
Дуг переглянулся с Марианной:
— Сегодня ночью я навещу Чезвиков и свяжусь с вами. На всякий случай снотворным не злоупотребляйте. Включите звонки мобильников на полную громкость.
— А удар у тебя ничего, — хлопнул себя по животу Саймон. И спросил нерешительно: — Пошли что ли, Кейт?
— Без меня, Саймон, — мотнула головой Кейт. — Нам пока лучше не быть вместе.
Саймон побрел понуро по коридору. Лора, вытряхнув из пузырька на ладонь пару успокоительных таблеток, забросила их в рот. Сказала скороговоркой:
— Пока, Марианна. Кстати, может, тебе лучше сегодня в моей комнате не ночевать?
Кейт на прощанье сунула Дугу несколько листков из книги.
— Прочти обязательно. Здесь про странные случаи убийств без орудий преступлений в нашем округе.
— Классная у нас теперь компания, — грустно заметила Марианна, когда они с Дугом остались в больничном холле вдвоем. А когда выходили из больницы, спросила: -А ты ничего там не забыл, Дуг?
Она могла не уточнять. Он понял, что она говорит о его матери. Они теперь понимали друг друга без лишних слов.
— Не сейчас, — покачал головой Дуг.
Только портретов Таккера в материалах, нарытых Тони, они не нашли. Поэтому каждый представлял себе его по-своему.
Для Марианны он был высоким, худощавым, с длинным лицом безобразно большим лбом, провалившимися щеками и черным сжигающим взглядом из под густых бровей. В общем, типичный бас-гитарист рок-группы с сатанинским уклоном. Дуг, напротив представлял себе такого закомплексованного недомерка в очках, с дурацким гогочущим смехом. Что-то вроде Вуди Алена, мечтающего отомстить миру за все свои уродства.
На самом деле неизвестно, как выглядел Эдмонд Таккер на исходе тридцатых годов, но типом он был малоприятным, это точно. Отличный рисовальщик и график. Зарабатывал на жизнь комиксами. Одно время работал в группе художников-аниматоров на студии Уолта Диснея. Постоянно со всеми ссорился и ругался. Считал, что коллеги не способны по достоинству оценить его талант. Что ему завидуют и затирают.
Эдмонд Таккер действительно был наделен даром редким и преждевременным. Он специализировался по разного рода злодеям и представителям темных сил. Созданные им фантастические чудища, Франкенштейны, Дракулы, черные маги, ведьмы и злые волшебники, мультипликационные псы, собаки, пантеры и гуси детей приводили в ужас, а на взрослых действовали угнетающе. Их все время приходилось подправлять другим художникам — затушевывать зловещий блеск в глазах, подчищать омерзительные улыбки, разбавлять слишком густую кровь на клыках, закрашивать мерзкие волосатые бородавки. Таккер злился, скандалил, кричал, что редакторы студий и журналов понятия не имеют, каким должно быть лицо Зла и что их злодеи ненастоящие, и это просто профанация искусства.
— Что ты сказал? — тихо, почти шепотом, спросил Дуг, и взгляд его стал грозным.
— Да что слышал!— оттолкнувшись от стены, с вызовом воззрился на него Саймон.
Взгляды их встретились. Было видно, как наливаются они тяжестью и гневом. Марианна, во всяком случае, это увидела. Представила, что будет дальше. Вскочила и, сама не понимая, что делает, изо всех сил толкнула Саймона на Дуга.
Получилась, как будто Саймон летит на Дуга с кулаками. Дуг увернулся и ткнул Саймона в живот. Тот, сгибаясь, зацепил Дуга по скуле. Оба, придя в себя, уставились на Марианну:
— Ты чего? Зачем?
— А это чтобы вы пар выпустили, — заявила Марианна, спокойно садясь на стул. — Вы что не поняли, что ваши кулаки ерунда по сравнению с вашими взглядами? Еще секунда и один бы упал с пропоротой шеей, а другой с пробитой головой.
Дуг потер скулу. Саймон пошупал живот. Переглянулись и захохотали:
— А здорово ты нас, Марианна!
— Классное средство!
— Значит, теперь, чуть кто на ком фиксируется, тут же хлопаем по затылку…
— … и обходимся без жертв!
— Ну, хватит ржать! — вскочила возмущенная Лора. — Там, за дверью, между прочим, Тони. И еще не известно, выкарабкается он или нет. На него, кстати, никто не смотрел и плохо о нем не думал.
Дуг вспомнил, о чем говорил ему Тони. Стало не до смеха.
— Теперь вы все поняли? — спросил он ребят, коротко пересказав разговор с Тони без моральных подробностей. — Наши мысли ранят не только окружающих, но и нас самих.
— Так что же нам делать? — совсем потерялась Лора.
— Разойтись по домам, запереться в своих комнатах, принять успокоительное. Ни с кем не разговаривать и ни о чем не думать.
— И сколько так можно продержаться? — недовольно спросил Саймон.
— Времени у нас мало, — согласился Дуг.
— А все-таки — сколько, — настаивала Лора.
Дуг переглянулся с Марианной:
— Сегодня ночью я навещу Чезвиков и свяжусь с вами. На всякий случай снотворным не злоупотребляйте. Включите звонки мобильников на полную громкость.
— А удар у тебя ничего, — хлопнул себя по животу Саймон. И спросил нерешительно: — Пошли что ли, Кейт?
— Без меня, Саймон, — мотнула головой Кейт. — Нам пока лучше не быть вместе.
Саймон побрел понуро по коридору. Лора, вытряхнув из пузырька на ладонь пару успокоительных таблеток, забросила их в рот. Сказала скороговоркой:
— Пока, Марианна. Кстати, может, тебе лучше сегодня в моей комнате не ночевать?
Кейт на прощанье сунула Дугу несколько листков из книги.
— Прочти обязательно. Здесь про странные случаи убийств без орудий преступлений в нашем округе.
— Классная у нас теперь компания, — грустно заметила Марианна, когда они с Дугом остались в больничном холле вдвоем. А когда выходили из больницы, спросила: -А ты ничего там не забыл, Дуг?
Она могла не уточнять. Он понял, что она говорит о его матери. Они теперь понимали друг друга без лишних слов.
— Не сейчас, — покачал головой Дуг.
Только портретов Таккера в материалах, нарытых Тони, они не нашли. Поэтому каждый представлял себе его по-своему.
Для Марианны он был высоким, худощавым, с длинным лицом безобразно большим лбом, провалившимися щеками и черным сжигающим взглядом из под густых бровей. В общем, типичный бас-гитарист рок-группы с сатанинским уклоном. Дуг, напротив представлял себе такого закомплексованного недомерка в очках, с дурацким гогочущим смехом. Что-то вроде Вуди Алена, мечтающего отомстить миру за все свои уродства.
На самом деле неизвестно, как выглядел Эдмонд Таккер на исходе тридцатых годов, но типом он был малоприятным, это точно. Отличный рисовальщик и график. Зарабатывал на жизнь комиксами. Одно время работал в группе художников-аниматоров на студии Уолта Диснея. Постоянно со всеми ссорился и ругался. Считал, что коллеги не способны по достоинству оценить его талант. Что ему завидуют и затирают.
Эдмонд Таккер действительно был наделен даром редким и преждевременным. Он специализировался по разного рода злодеям и представителям темных сил. Созданные им фантастические чудища, Франкенштейны, Дракулы, черные маги, ведьмы и злые волшебники, мультипликационные псы, собаки, пантеры и гуси детей приводили в ужас, а на взрослых действовали угнетающе. Их все время приходилось подправлять другим художникам — затушевывать зловещий блеск в глазах, подчищать омерзительные улыбки, разбавлять слишком густую кровь на клыках, закрашивать мерзкие волосатые бородавки. Таккер злился, скандалил, кричал, что редакторы студий и журналов понятия не имеют, каким должно быть лицо Зла и что их злодеи ненастоящие, и это просто профанация искусства.
Страница 43 из 52
