Даже из-за звериной формы существа Александр не стал сомневаться в его разумности, подсознательно чувствуя исходившую от него мудрость. Он знал, что во вселенной человечество — не единственная разумная раса, и догадывался, что в прошлой жизни сам обитал не на этой планете, но не рассчитывал встретиться с настоящими иными наяву, во плоти, да ещё и в такой обыденной обстановке.
Добавить в моё избранное
164 мин, 57 сек 17268
— Если ты подозреваешь меня в сговоре со врагами, спроси мою сестру, она объяснит подробнее, — крылатый показал на белогривую, действительно похожую на него чем-то, та согласно подняла кисточку хвоста:
— Нам сейчас лучше взять деструкторов тёплыми и спасти нашу страну.
— Анепут, лети с ними, проконтролируй, — бросила ей Инанна, сама покинув пирамиду в противоположном направлении.
Александр отлетал под сильным впечатлением от происходившего. Новый мир не переставал озадачивать. Яркая фурия с рогами на голове и копытами на задних лапах — что за биологическая несуразность? Такая внешность больше бы подошла хаотическим последователям Баотаса, но её обладательница руководила не священными органами, а худо-бедно организованным городом. Правда, оставался открытым вопрос о её влиятельности. Будь она абсолютной, разрешила ли бы выступать с речью Зорату? А внезапно прилетевшей светлой — прощать резкое поведение только за честное слово Варшана? В чём вообще она видела разницу между Маррут и той, которую пыталась привести в жертву? Кстати, если бы светлую-жертву не увели раньше, Маррут могла бы разъяриться ещё больше… Кстати, куда ту несчастную увели? Погонят ли на бойню снова? Ну и мир у крылатых… никакой романтики.
— Лети впереди, — Варшан вывел Александра из задумчивости, опускаясь и приотставая, чтобы дать Варладу вести к месту назначения. — Я, в отличии от этой кобылы, тебе верю, поэтому расскажи подробно, что нас ожидает.
Маррут и Анепут так же навострили уши, при полёте откинутые назад, чтобы ветер не задувал в голову. Но Александр ещё долго подыскивал нужные слова. Волнение от последнего диалога ещё не прошло, и его просят вспоминать ещё более страшный момент жизни. Наверное, самый страшный.
— Если честно, я не знаю точно, все ли драконы там погибли… А кроме драконов, там были и… не знаю, кем являются уроды-насекомые, которые чуть не скормили меня толстому клубку из глаз и щупалец, что начал пожирать своих последователей. Кажется, это кошмарное существо называется навом, — Варлад вспомнил термин, употреблённый его подругой, о которой почему-то упоминать до сих пор не хотелось. — Для него построили целый храм в скрытой долине. Я попал в неё по подземному ходу, но, пока кружил над утёсами, не смог найти её с воздуха, хотя шёл я под землёй недолго.
— Хорошо спрятались, — пробормотала Анепут, потом громче спросив Варшана: — Действительно, как вы так быстро узнали о происходящих проблемах?
— Повезло стать одним из первых свидетелей… — Чёрно-белый принялся за рассказ.
На одном из огромных неровных утёсов Карей пустоши стояли два мохнатых дракона, они смотрели издали на трупы сородичей, что лежали на раскалённых камнях пустыни, складываясь в разомкнутую пентаграмму — символ разрушающей тьмы. Вот что осталось от каравана одного из них. Женщин и детей, конечно, не тронули, но от них нельзя было ничего добиться. Страх довёл их до немоты, а на мордах, прямо поверх рта и глаз, были отлиты золотом абишайские глифы. Этим несчастным помогала женщина, казавшаяся на всём этом печальном фоне и жестоких событиях неуместно-прекрасной со своими хромовой шерстью и золотой гривой.
— Так меня встречает родина, — смотря вниз, задумчиво произнёс чёрный крылатый с белыми брюхом и каймой на ушах. Второй, коричневый со шлейфами — тот, кто и был гачтарём каравана — был не менее, даже более подавлен зрелищем, но сломанные жизни словно не заботили его, мрачнели перед испепеляющей будущее перспективой собственной смерти.
— О том, что налоги собраны, в Утград уже доложили… В Хроне не хватит средств на второй сбор, а этот украден деструкторами… Гархан из володов, а ты знаешь, что они делают, когда расстроены. Если завтра я не получу откуда-то кристаллов на сто пятьдесят душ, они заберут мою. Во мне явно меньше ценности и больше вины, чем в целом городе.
— Варшан, это ужасное место, — златогривая подлетела к чёрно белому, тот поднял на неё голову и прищурился:
— Ты сама сюда прилетела, я могу в любой момент отвезти тебя назад.
В ответ монолитно-синие со светящимся белым зрачком глаза серебристой взглянули на него так строго, что Варшан понял, что она не отступится. Тогда он к ней подошёл и обнял крыльями:
— Мы их исправим.
Коричневый в раздражении и нетерпении зацарапал камень до искр. Сейчас явно было не время для нежностей. Варшан обратил на него внимание и отпустил свою девушку:
— Что такое было в твоём караване, Равлакс, что на него обратили внимание служители ярящегося хаоса? Простым грабежом они не промышляют.
— Что было, того нет, — Равлакс нервно взмахнул хвостом. — Добытые в шахтах камни, которые идут на оболочку денег. Деструкторам выгоден беспорядок от подрыва авторитетов.
— Как они выглядели и куда скрылись? — После того, как всем выжившим была оказана помощь, хромовая начала думать о мести и восстановлении справедливости.
— Нам сейчас лучше взять деструкторов тёплыми и спасти нашу страну.
— Анепут, лети с ними, проконтролируй, — бросила ей Инанна, сама покинув пирамиду в противоположном направлении.
Александр отлетал под сильным впечатлением от происходившего. Новый мир не переставал озадачивать. Яркая фурия с рогами на голове и копытами на задних лапах — что за биологическая несуразность? Такая внешность больше бы подошла хаотическим последователям Баотаса, но её обладательница руководила не священными органами, а худо-бедно организованным городом. Правда, оставался открытым вопрос о её влиятельности. Будь она абсолютной, разрешила ли бы выступать с речью Зорату? А внезапно прилетевшей светлой — прощать резкое поведение только за честное слово Варшана? В чём вообще она видела разницу между Маррут и той, которую пыталась привести в жертву? Кстати, если бы светлую-жертву не увели раньше, Маррут могла бы разъяриться ещё больше… Кстати, куда ту несчастную увели? Погонят ли на бойню снова? Ну и мир у крылатых… никакой романтики.
— Лети впереди, — Варшан вывел Александра из задумчивости, опускаясь и приотставая, чтобы дать Варладу вести к месту назначения. — Я, в отличии от этой кобылы, тебе верю, поэтому расскажи подробно, что нас ожидает.
Маррут и Анепут так же навострили уши, при полёте откинутые назад, чтобы ветер не задувал в голову. Но Александр ещё долго подыскивал нужные слова. Волнение от последнего диалога ещё не прошло, и его просят вспоминать ещё более страшный момент жизни. Наверное, самый страшный.
— Если честно, я не знаю точно, все ли драконы там погибли… А кроме драконов, там были и… не знаю, кем являются уроды-насекомые, которые чуть не скормили меня толстому клубку из глаз и щупалец, что начал пожирать своих последователей. Кажется, это кошмарное существо называется навом, — Варлад вспомнил термин, употреблённый его подругой, о которой почему-то упоминать до сих пор не хотелось. — Для него построили целый храм в скрытой долине. Я попал в неё по подземному ходу, но, пока кружил над утёсами, не смог найти её с воздуха, хотя шёл я под землёй недолго.
— Хорошо спрятались, — пробормотала Анепут, потом громче спросив Варшана: — Действительно, как вы так быстро узнали о происходящих проблемах?
— Повезло стать одним из первых свидетелей… — Чёрно-белый принялся за рассказ.
На одном из огромных неровных утёсов Карей пустоши стояли два мохнатых дракона, они смотрели издали на трупы сородичей, что лежали на раскалённых камнях пустыни, складываясь в разомкнутую пентаграмму — символ разрушающей тьмы. Вот что осталось от каравана одного из них. Женщин и детей, конечно, не тронули, но от них нельзя было ничего добиться. Страх довёл их до немоты, а на мордах, прямо поверх рта и глаз, были отлиты золотом абишайские глифы. Этим несчастным помогала женщина, казавшаяся на всём этом печальном фоне и жестоких событиях неуместно-прекрасной со своими хромовой шерстью и золотой гривой.
— Так меня встречает родина, — смотря вниз, задумчиво произнёс чёрный крылатый с белыми брюхом и каймой на ушах. Второй, коричневый со шлейфами — тот, кто и был гачтарём каравана — был не менее, даже более подавлен зрелищем, но сломанные жизни словно не заботили его, мрачнели перед испепеляющей будущее перспективой собственной смерти.
— О том, что налоги собраны, в Утград уже доложили… В Хроне не хватит средств на второй сбор, а этот украден деструкторами… Гархан из володов, а ты знаешь, что они делают, когда расстроены. Если завтра я не получу откуда-то кристаллов на сто пятьдесят душ, они заберут мою. Во мне явно меньше ценности и больше вины, чем в целом городе.
— Варшан, это ужасное место, — златогривая подлетела к чёрно белому, тот поднял на неё голову и прищурился:
— Ты сама сюда прилетела, я могу в любой момент отвезти тебя назад.
В ответ монолитно-синие со светящимся белым зрачком глаза серебристой взглянули на него так строго, что Варшан понял, что она не отступится. Тогда он к ней подошёл и обнял крыльями:
— Мы их исправим.
Коричневый в раздражении и нетерпении зацарапал камень до искр. Сейчас явно было не время для нежностей. Варшан обратил на него внимание и отпустил свою девушку:
— Что такое было в твоём караване, Равлакс, что на него обратили внимание служители ярящегося хаоса? Простым грабежом они не промышляют.
— Что было, того нет, — Равлакс нервно взмахнул хвостом. — Добытые в шахтах камни, которые идут на оболочку денег. Деструкторам выгоден беспорядок от подрыва авторитетов.
— Как они выглядели и куда скрылись? — После того, как всем выжившим была оказана помощь, хромовая начала думать о мести и восстановлении справедливости.
Страница 15 из 47
