— Простите, — подошёл к проводящим медовый месяц молодожёнам какой-то юноша, — у вас сигаретки не найдётся?
Добавить в моё избранное
165 мин, 33 сек 2626
— молниеносно достал «сынок» из стола фотографию. Это была та самая — «Ночнушка»!
— О, проклятие, — прорычала Алёна. — Ну почему я её не придушила?!
— Отец изменял моей матери с этой шль… С этой женщиной! Я не мог вынести бардака, творящегося в нашей семье и должен был уйти!
— Это провокация! — стонала Лена, вне себя от душащей её ярости. — Она нас оболгала! Эта дрянь… Она Вам сказала, что трахалась с Оль… С МОИМ МУЖЕМ!
— ПРЕКРАТИТЕ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАТЬСЯ!
Обвинитель был весь в слезах. Его душила какая-то страшная горечь.
— А сестрёнку-то свою ты нашёл?! — не выдержал Олег. Слова сами вырвались из его горла. — А то я могу дать адресок… Успеть! Пока меня не… Пока меня не приговорили!
Одним словом, между Олегом и человеком, который назвался его сыном, получался какой-то беспробудный скандал. Вся надежда на Алёну. Может, ей одной удастся его унять…
— Ну, ладно, — сказала она «сыну»-обвинителю. — С этой женщиной, с которой Ваш отец изменял Вашей матери, неважно. Но как же мальчик?
— Какой ещё мальчик? — на какое-то время перестал сынок брызгать слезами…
— Я так понимаю, — начала объяснять Лена, — эту женщину, виновницу Вашей исковерканной судьбы, Вы тоже арестовали… Но что Вы сделали с мальчиком. С нами ещё мальчик ехал!
— Мальчик? — нахмурился обвинитель. Он не вспоминал — он не находился, что сказать.
— Почему нас задержал дорожный патруль по подозрению, что мы похитили этого мальчика? А? Сейчас-то вы уже убедились, что мы его не похитили! Навели все справки?
— Подождите… Я вас что-то не понимаю, — замямлил обвинитель.
— А что тут непонятного? Вы говорите, что меня отпускаете, по причине невиновности. Я хочу, чтобы вы вернули мне мальчика, который с нами ехал.
Вот так! Обвинитель настраивался на то, что канальи начнут хитрить; так и этак выворачиваться. Но то, что сказала ему эта женщина, совершенно непохоже на шантаж. Что же это тогда происходит? Может, они вправду ни в чём не виноваты, потому что прибыли из прошлого? Но ведь это же невозможно! Нет-нет, всё не так просто. Надо ещё подумать какое-то время…
Обвинитель решил вернуть их назад в камеру. Туда, откуда доставили их по его приказу.
Единственная удача, которую ему довелось осуществить в этот тяжёлый-непростой день, позаботиться, чтобы в «обезьяннике» не было Бориса. Пусть насильно, но его перевели в изолятор. Обвинитель ненавидел халатность, тем более бездарность в соблюдении закона. Но день как-то с утра не задался. — «Наверно, встал не с той ноги. Подожду до завтра, может, всё само наладится». — Прогуливался на своём кораблике, как обычно, утренняя прогулка. Но какого чёрта эти негодяи попались именно ему?! Почему эти говнюки с яхты не забросили их на ту баржу, про которую они болтали по рации! Тогда бы они прямиком попали в лапы обвинителю…
«Вот срака! Я же ещё чему-то ужасно обрадовался, увидя их рожи! Сразу, как-то, не врубился, что эти гнусные твари выглядят в два, а то и даже в три раза моложе! Но мне ведь было не до этого, когда полные штаны радости! Я должен был задуматься, что мне делать с негодяями, которые устроили себе пластические операции — поменяли лица на» уменьшенные образцы«! Искать клинику? С ног собьёшься! Вот я бы и взгрустнул».
Пока обвинитель кусал локти от досады, Олегу чисто случайно вспомнилось что-то крайне интересное. До этого он сидел в глубоких раздумьях, а сейчас обратился к своей Алёне.
— Послушай! — опередила она его. — А ведь, то, в чём он нас обвиняет, это же полный абсурд, правильно? Если он уверен, что ты изменял тебе с… этой… тёлкой, сколько же ей лет было в те годы??
— Это ерунда! — отмахнулся Олег. — Не забивай себе этой «тёлкой» даже голову! Я тебя другое хотел спросить…
— Но постой! Как же ерунда?! Ведь это же очень важно…
— Ну, что «важно»? — промычал он устало от её озабоченности.
— Почему ты считаешь, что это ерунда?
— Ты помнишь, я тебе звонил на Стасов мобильник? Когда я был там, то кое-что узнал.
— Ну, помню. Я тогда на тебя ругалась, чтобы ты не лез в эти «посудины» и поскорее возвращался.
— Так вот, я тебе сказал, что инопланетяне послали вам своего двойника. Как ты думаешь, кто это был?
— Кто… Ну, не знаю…
— А ты не находишь подозрительным, что, сразу, как я тебе это сказал, наша стройная леди куда-то заторопилась? Как ты думаешь, где она была и что там делала?
— Ты что, хочешь сказать, что она и есть тот «клон», о котором ты говорил??
— Я тебе ничего не говорил. Но говорю сейчас: не забивай этой девушкой себе голову. Тебе же легче будет! Дело очень мутное…
— Ну ладно. Что ты там хотел у меня спросить?
— Ты помнишь, — начал Олег, — как-то раз ты мне показывала записку, найденную в пластиковой бутылке?
— Записку? — не поняла та.
— О, проклятие, — прорычала Алёна. — Ну почему я её не придушила?!
— Отец изменял моей матери с этой шль… С этой женщиной! Я не мог вынести бардака, творящегося в нашей семье и должен был уйти!
— Это провокация! — стонала Лена, вне себя от душащей её ярости. — Она нас оболгала! Эта дрянь… Она Вам сказала, что трахалась с Оль… С МОИМ МУЖЕМ!
— ПРЕКРАТИТЕ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАТЬСЯ!
Обвинитель был весь в слезах. Его душила какая-то страшная горечь.
— А сестрёнку-то свою ты нашёл?! — не выдержал Олег. Слова сами вырвались из его горла. — А то я могу дать адресок… Успеть! Пока меня не… Пока меня не приговорили!
Одним словом, между Олегом и человеком, который назвался его сыном, получался какой-то беспробудный скандал. Вся надежда на Алёну. Может, ей одной удастся его унять…
— Ну, ладно, — сказала она «сыну»-обвинителю. — С этой женщиной, с которой Ваш отец изменял Вашей матери, неважно. Но как же мальчик?
— Какой ещё мальчик? — на какое-то время перестал сынок брызгать слезами…
— Я так понимаю, — начала объяснять Лена, — эту женщину, виновницу Вашей исковерканной судьбы, Вы тоже арестовали… Но что Вы сделали с мальчиком. С нами ещё мальчик ехал!
— Мальчик? — нахмурился обвинитель. Он не вспоминал — он не находился, что сказать.
— Почему нас задержал дорожный патруль по подозрению, что мы похитили этого мальчика? А? Сейчас-то вы уже убедились, что мы его не похитили! Навели все справки?
— Подождите… Я вас что-то не понимаю, — замямлил обвинитель.
— А что тут непонятного? Вы говорите, что меня отпускаете, по причине невиновности. Я хочу, чтобы вы вернули мне мальчика, который с нами ехал.
Вот так! Обвинитель настраивался на то, что канальи начнут хитрить; так и этак выворачиваться. Но то, что сказала ему эта женщина, совершенно непохоже на шантаж. Что же это тогда происходит? Может, они вправду ни в чём не виноваты, потому что прибыли из прошлого? Но ведь это же невозможно! Нет-нет, всё не так просто. Надо ещё подумать какое-то время…
Обвинитель решил вернуть их назад в камеру. Туда, откуда доставили их по его приказу.
Единственная удача, которую ему довелось осуществить в этот тяжёлый-непростой день, позаботиться, чтобы в «обезьяннике» не было Бориса. Пусть насильно, но его перевели в изолятор. Обвинитель ненавидел халатность, тем более бездарность в соблюдении закона. Но день как-то с утра не задался. — «Наверно, встал не с той ноги. Подожду до завтра, может, всё само наладится». — Прогуливался на своём кораблике, как обычно, утренняя прогулка. Но какого чёрта эти негодяи попались именно ему?! Почему эти говнюки с яхты не забросили их на ту баржу, про которую они болтали по рации! Тогда бы они прямиком попали в лапы обвинителю…
«Вот срака! Я же ещё чему-то ужасно обрадовался, увидя их рожи! Сразу, как-то, не врубился, что эти гнусные твари выглядят в два, а то и даже в три раза моложе! Но мне ведь было не до этого, когда полные штаны радости! Я должен был задуматься, что мне делать с негодяями, которые устроили себе пластические операции — поменяли лица на» уменьшенные образцы«! Искать клинику? С ног собьёшься! Вот я бы и взгрустнул».
Пока обвинитель кусал локти от досады, Олегу чисто случайно вспомнилось что-то крайне интересное. До этого он сидел в глубоких раздумьях, а сейчас обратился к своей Алёне.
— Послушай! — опередила она его. — А ведь, то, в чём он нас обвиняет, это же полный абсурд, правильно? Если он уверен, что ты изменял тебе с… этой… тёлкой, сколько же ей лет было в те годы??
— Это ерунда! — отмахнулся Олег. — Не забивай себе этой «тёлкой» даже голову! Я тебя другое хотел спросить…
— Но постой! Как же ерунда?! Ведь это же очень важно…
— Ну, что «важно»? — промычал он устало от её озабоченности.
— Почему ты считаешь, что это ерунда?
— Ты помнишь, я тебе звонил на Стасов мобильник? Когда я был там, то кое-что узнал.
— Ну, помню. Я тогда на тебя ругалась, чтобы ты не лез в эти «посудины» и поскорее возвращался.
— Так вот, я тебе сказал, что инопланетяне послали вам своего двойника. Как ты думаешь, кто это был?
— Кто… Ну, не знаю…
— А ты не находишь подозрительным, что, сразу, как я тебе это сказал, наша стройная леди куда-то заторопилась? Как ты думаешь, где она была и что там делала?
— Ты что, хочешь сказать, что она и есть тот «клон», о котором ты говорил??
— Я тебе ничего не говорил. Но говорю сейчас: не забивай этой девушкой себе голову. Тебе же легче будет! Дело очень мутное…
— Ну ладно. Что ты там хотел у меня спросить?
— Ты помнишь, — начал Олег, — как-то раз ты мне показывала записку, найденную в пластиковой бутылке?
— Записку? — не поняла та.
Страница 41 из 46
