Всадники

Все кругом сидели тихо, не произнося ни слова, лишь мои шаги гулко разносились по залу. Вдруг неожиданно для всех я сошел с красного ковра и беззвучно присел на первую скамью у распятия. Я закинул ногу на ногу и опустил взгляд в пол, тут же зал позади меня недовольно загудел, но быстро затих, когда величественные двери собора захлопнулись сами собой. Я не поднимая головы, улыбнулся. Мне была смешна трусливость этих людей, они меня раздражали. Несколько минут все было тихо. Я поднял взгляд на статую Святой Марии, белый мрамор святился оттенками красного в свете горящих вокруг свечей. Через несколько секунд до меня донесся пронзительный крик, но я даже не обернулся. Преподобный, наконец, оторвался от своей молитвы и поднял взгляд на распятие перед собой, его глаза расширись от ужаса. Он испуганно отступил назад. Позади меня закричало несколько женщин, они вскочили со скамеек и бросились к выходу.

Это происки сатаны! — закричал кто-то сзади.

Я подло улыбнулся, посмотрев на статую Девы Марии, по ее мраморной коже скатывались кровавые слезы.

В этом зале грешник! — закричал преподобный, осматривал зал перед собой и тут его взгляд остановился на мне. В отличии от остальных людей, которые кричали и бегали по залу, потому что величественные двери собора не хотели открываться, я сидел спокойно, смотря на распятие. Я перевел взгляд на священника, в его глазах я видел испуг.

Ты… — глухо произнес он, указывая на меня, но я только улыбнулся ему и сказал:

Это кара господня, а если кто-то и грешник здесь, то это ты.

Демон!

Сын сатаны!

Я не обращал внимания на крики и возгласы позади. Мимо меня даже пролетело что-то, видимо кто-то из присутствующих в заме швырнул в меня каким-то предметом. Но я продолжил сидеть на скамейке не сводя взгляда с преподобного.

Ты демон! — панически кричал священник, отступая назад. — как ты посмел заявиться в священное место?

Я улыбнулся, не замечая, что моя улыбка далеко не милая и дружелюбная, я скалился, словно демон желающий заполучить очередную человеческую душу. Преподобный в ужасе подался назад. Подавив подлый смешок, я вновь заговорил с ним:

Скажите преподобный… оу, по-моему, с моей стороны будет не вежливо не называть вас по имени. Прошу прощения…

Я поднялся со скамьи и на мгновение, посмотрев назад, продолжил разговор:

Отец Филиган… вы помните вашу дочь? Маленькую девочку, которую вы безжалостно избили по полусмерти? Вы даже не соизволили прейти к ней в больницу и сознаться в совершенном вами преступлении… вы просто бросили ее умирать.

Я на мгновение замолчал, подло посматривая назад, желая увидеть, как мои слова отразились на лицах людей. Все в зале расширенными от удивления глазами смотрели на священника, иногда посматривая на меня. Получив удлидворение от увиденного, я повернулся к священнику и снова продолжил с ним разговор:

Вы можете сказать, что не понимаете, о чем я говорю, но она вас помнит и хочет, чтобы вы сполна поплатились за боль, которую ей причинили. Отец Филиган… напомните нам, что вы сказали той испуганной девочке, когда избили ее до полусмерти? Скажите, … я хочу это услышать, … все хотят это слышать!

Священник молчал. Выражение его лица тут же изменилось, он уже не был испуганным служителем, он уже полный ненависти смотрел на меня.

Он демон! — вскликнул он, указывая на меня — не неужели вы верите его словам? Он хочет затмить ваш разум и забрать ваши души в ад!

Я устало вздохнул, обернувшись назад, я увидел, как все недовольно гудят, и машут руками, указывая на меня.

«Вот сукин сын! Как же он меня достал!» — устало думал я, вновь обернувшись к священнику, я долго молчал, слушая его проповедование, меня это сильно раздражало, если бы не ее приказы, то я бы уже давно свернул ему шею. — Мерзкая тварь, которая по пьяни чуть не убила свою дочь, а после того как осознал что сделал, скрылся, оставив девочку умирать. И этот подонок смеет что-то говорить о Боге?
И тут я услышал ее отчетливый голос в своей голове:

Виктор, не зачем ждать. Сделай, так как считаешь нужным. Путь он почувствует мою боль.

В тот момент я не слышал ничего кроме ее голоса, который словно музыка прозвучал в моей голове, мое лицо стало мраморным, на котором застыла маска гнева. Встретившись взглядом со священником, я медленно вынул меч. Он даже не успел закричать, как лезвие разрезало воздух, лишив его ног. Священник рухнул на пол, пронзительно крича от боли. Все вокруг с паническими криками бросились к дверям, но они не смогли выйти, ибо я не давал дверям открыться.

Нет! — кричал священник, он с ужасом наблюдал, как я опустил меч, как его собственная кровь скатывалась по лезвию. В помещении стали медленно гаснуть свечи, одна за другой. Священник смотрел на меня чуть ли не плача от страха. Тень скрывала мои глаза, под длинными прядями волос, не позволяя ему видеть мои полные злости глаза.