Одному маленькому мальчику, по имени Джимм, неустанно казалось, что его преследуют змеи. Две змеи ползут за ним по пятам. Но это не простые змеи. Джимм был уверен, что это пришельцы из той летающей тарелки, которая приснилась ему прошлой ночью…
Добавить в моё избранное
142 мин, 43 сек 10296
— Меня давно ещё убивали, — он даже сделал ехидную улыбку на своём, и без того зловещем, лице, — раз пять, или десять, точно не припомню. А сейчас мне нужно быть с тобой откровенным…
— Что вам надо? — шёпотом перебил его Эдди.
— Вопрос сейчас находится не во мне, — перебил его старик, — а в тебе!
— Что? — не понял он.
— Сейчас объясню, — сказал старик, — но для начала ты должен впустить меня.
— Как это, впустить? — выдавил он из себя каким-то ослабленным голосом.
— Обыкновенно: открыть окно и впустить. — В этой фразе не было ничего пугающего, ничего принуждающего, даже ничего сверх«внушительного, но прозвучала она как заклинание.»
Через несколько секунд старик оказался в комнате Эдди.
— Итак, — заговорил старик, — вопрос сейчас состоит в том, чего хочешь ты, а не чего мне надо.
— А теперь поясните мне свой вопрос, — напомнил ему Эдди, — как обещали.
— Пояснить? — переспросил старик и сотворил на своём лукавом лице такую ухмылку, которая преобразила его в самого натурального дьявола. — А ты сначала посмотри на свою подружку.
Произнёс он это так, что Эдди совершенно ничего не оставалось делать, кроме того, чтоб встрепенуться заранее от того ужаса, на который старик намекнул своим видом.
— Посмотри-посмотри, — повторил старик каким-то жутким голосом, — а потом поясню, может быть.
— Что значит, может быть? — возразил Эдди уже сдавленным голосом.
— Если выслушать сможешь, — ответил старик совершенно замогильным голосом, — если состояние позволит.
И Эдди как-то нехотя переводил свой взгляд в ту сторону, где должна находиться его подружка.
— Ну и что? — спросил он после того, как ничего необычного не заметил.
Тинна спала, как и прежде, но одеялом она была накрыта полностью (как покойник).
— А то, — ответил ему старик, — что ты ещё не посмотрел на неё.
— Как это, не посмотрел?!
— Ты взглянул только поверх одеяла, — заметил ему старик, и голос его опять стал каким-то терроризирующим, — откуда ты знаешь, что находится под одеялом?
— А что там ещё может находиться, кроме как… — прервал его взгляд старика, который менял эти взгляды, как хамелеон — цвет кожи, так часто, что уже можно и помереть от скуки, привыкнув к этому однообразию. Но взгляд был совершенно новым, это был предостерегающий взгляд. Однако, в дальнейших словах старика не было совершенно никакого предостережения:
— Ну что же, — произнёс он несколько злорадным голосом, — раз ты так считаешь, то вперёд! Но помни, что отвечу я на все твои вопросы после того, как ты посмотришь на того, кто находится под одеялом.
— А если там вообще никого нет?
— Тогда я тебе тоже кое-что скажу.
— Ну, тогда будем считать, что там нет никого, что там просто куча тряпья, или…
— Считать будешь ты сам, — резко перебил его старик, — и не здесь, а у себя в школе, сколько будет два плюс два.
Эдди хотел сказать ещё что-нибудь такое, отчего у старика уши так бы повяли, что вообще отвалились бы. Но так быстро подобрать два-три подходящих слова не так-то легко, особенно, находясь в положении Эдди… Короче говоря, Эдди побрёл по направлению, которое ему предоставил старик; с такой физиономией, будто прежде получил под зад хорошего пинка, который им придал ему некоторую скорость.
Под одеялом так и продолжало лежать нечто, составляющее собой нормальный объём тела одиннадцатилетней девочки. И всякому, чьё воображение начинает переходить границы реальностей, оно явно не понравилось бы. А Эдди уже вошёл в их число, и тут же, как только поднял одеяло… отлетел в сторону с воплем ужаса.
Одеяло осталось на том месте, где Эдди освободил его несколько резким движением. И до пояса открытой осталась лежать девочка, чем-то напоминающая собой Тинну, если не обращать внимание на некоторые искажения лица — слегка походящего на бесовскую маску.
— Ну как, приятель? — поинтересовался старик у только что успокоившегося Эдди, — что скажешь?
— Что с ней случилось? — выдавил он из себя так, будто вопрос старика прозвучал не для него.
— А этого я тебе не скажу, — мрачно ответил он. — Пока не скажу.
— Ты лучше ответь мне по этому поводу, — повторил старик свой прежний вопрос, — что ты об этом думаешь?
Над ответом Эдди очень долго думал и, в конце концов (вид у него был такой, словно его осенило), кое-что сказал:
— По-моему, вы обещали мне, что ответите на все мои вопросы, если я посмотрю на то, «что находится под одеялом».
— Ну что ж, — усмехнулся старик, будто только и ждал этого момента, — пожалуй, кое-что я тебе всё-таки расскажу. — После этой фразы лицо его внезапно помрачнело.
А Эдди слушал. Что ему ещё оставалось делать? Слушал, даже несмотря на то, что рассказ оказался очень коротким.
— Что вам надо? — шёпотом перебил его Эдди.
— Вопрос сейчас находится не во мне, — перебил его старик, — а в тебе!
— Что? — не понял он.
— Сейчас объясню, — сказал старик, — но для начала ты должен впустить меня.
— Как это, впустить? — выдавил он из себя каким-то ослабленным голосом.
— Обыкновенно: открыть окно и впустить. — В этой фразе не было ничего пугающего, ничего принуждающего, даже ничего сверх«внушительного, но прозвучала она как заклинание.»
Через несколько секунд старик оказался в комнате Эдди.
— Итак, — заговорил старик, — вопрос сейчас состоит в том, чего хочешь ты, а не чего мне надо.
— А теперь поясните мне свой вопрос, — напомнил ему Эдди, — как обещали.
— Пояснить? — переспросил старик и сотворил на своём лукавом лице такую ухмылку, которая преобразила его в самого натурального дьявола. — А ты сначала посмотри на свою подружку.
Произнёс он это так, что Эдди совершенно ничего не оставалось делать, кроме того, чтоб встрепенуться заранее от того ужаса, на который старик намекнул своим видом.
— Посмотри-посмотри, — повторил старик каким-то жутким голосом, — а потом поясню, может быть.
— Что значит, может быть? — возразил Эдди уже сдавленным голосом.
— Если выслушать сможешь, — ответил старик совершенно замогильным голосом, — если состояние позволит.
И Эдди как-то нехотя переводил свой взгляд в ту сторону, где должна находиться его подружка.
— Ну и что? — спросил он после того, как ничего необычного не заметил.
Тинна спала, как и прежде, но одеялом она была накрыта полностью (как покойник).
— А то, — ответил ему старик, — что ты ещё не посмотрел на неё.
— Как это, не посмотрел?!
— Ты взглянул только поверх одеяла, — заметил ему старик, и голос его опять стал каким-то терроризирующим, — откуда ты знаешь, что находится под одеялом?
— А что там ещё может находиться, кроме как… — прервал его взгляд старика, который менял эти взгляды, как хамелеон — цвет кожи, так часто, что уже можно и помереть от скуки, привыкнув к этому однообразию. Но взгляд был совершенно новым, это был предостерегающий взгляд. Однако, в дальнейших словах старика не было совершенно никакого предостережения:
— Ну что же, — произнёс он несколько злорадным голосом, — раз ты так считаешь, то вперёд! Но помни, что отвечу я на все твои вопросы после того, как ты посмотришь на того, кто находится под одеялом.
— А если там вообще никого нет?
— Тогда я тебе тоже кое-что скажу.
— Ну, тогда будем считать, что там нет никого, что там просто куча тряпья, или…
— Считать будешь ты сам, — резко перебил его старик, — и не здесь, а у себя в школе, сколько будет два плюс два.
Эдди хотел сказать ещё что-нибудь такое, отчего у старика уши так бы повяли, что вообще отвалились бы. Но так быстро подобрать два-три подходящих слова не так-то легко, особенно, находясь в положении Эдди… Короче говоря, Эдди побрёл по направлению, которое ему предоставил старик; с такой физиономией, будто прежде получил под зад хорошего пинка, который им придал ему некоторую скорость.
Под одеялом так и продолжало лежать нечто, составляющее собой нормальный объём тела одиннадцатилетней девочки. И всякому, чьё воображение начинает переходить границы реальностей, оно явно не понравилось бы. А Эдди уже вошёл в их число, и тут же, как только поднял одеяло… отлетел в сторону с воплем ужаса.
Одеяло осталось на том месте, где Эдди освободил его несколько резким движением. И до пояса открытой осталась лежать девочка, чем-то напоминающая собой Тинну, если не обращать внимание на некоторые искажения лица — слегка походящего на бесовскую маску.
— Ну как, приятель? — поинтересовался старик у только что успокоившегося Эдди, — что скажешь?
— Что с ней случилось? — выдавил он из себя так, будто вопрос старика прозвучал не для него.
— А этого я тебе не скажу, — мрачно ответил он. — Пока не скажу.
— Ты лучше ответь мне по этому поводу, — повторил старик свой прежний вопрос, — что ты об этом думаешь?
Над ответом Эдди очень долго думал и, в конце концов (вид у него был такой, словно его осенило), кое-что сказал:
— По-моему, вы обещали мне, что ответите на все мои вопросы, если я посмотрю на то, «что находится под одеялом».
— Ну что ж, — усмехнулся старик, будто только и ждал этого момента, — пожалуй, кое-что я тебе всё-таки расскажу. — После этой фразы лицо его внезапно помрачнело.
А Эдди слушал. Что ему ещё оставалось делать? Слушал, даже несмотря на то, что рассказ оказался очень коротким.
Страница 18 из 39
