В прятки с вампирами

— Против них у тебя нет шансов.

Я не стала с ним спорить, говорить о фамильяре и уроках чародейства. Если он уверен в моей беспомощности — это только на руку.

— Так ты можешь найти Иона?

Он утвердительно кивнул.

— Но не собираюсь этого делать.

— И не надо. А что ты можешь рассказать о моей предшественнице Юлии Кравцовой?

— Столько вопросов, — усмехнулся он. — Я не хочу говорить о ней.

— Она умерла. Стала жертвой Пса. А Мария Серова, которая не так давно отправилась на тот свет? Я видела тебя в день, когда она якобы перерезала себе вены.

— Саша, я отлично понимаю, куда ты клонишь. По большому счету плевать, что ты обо мне думаешь, или в чем подозреваешь. Так что я, пожалуй, пойду.

— Если бы тебе было действительно наплевать, вряд ли ты сейчас разговаривал со мной.

— Человеку не под силу понять, что значит кровавая связь. Я не могу так просто взять и разорвать ее. Иначе давно бы это сделал.

— Почему ты запретил Иону пить мою кровь?

— Он не рассказывал тебе?

— Я… я не спрашивала. Не думаю, что это та тема, которую он бы хотел обсуждать.

— А я-то думал, что между вами царит идиллия и взаимопонимание, — хохотнул он. — Пожалуй, отвечу на этот вопрос. Прежде всего, обычно обмен кровью у вампиров происходит между создателем и творением. Как тебе известно, чтобы произошла мгновенная регенерация — вампир кусает человека, только после этого кровь не-мертвого приобретает для человека целебные свойства. С вампирами тоже самое. И как м-мм… побочное действие такого обмена — между кусающим и укушенным устанавливается кровавая связь. В случае меня и Иона — эта связь односторонняя, так как я не позволил ему укусить себя при обмене кровью. Благодаря этому, я обладаю некоторой властью над ним. Для него я, как второй создатель. Попытайся он убить меня, я бы обратил его действия против него самого. Что касается нашей с тобой связи. Если Ион укусит тебя, то приобретет над тобой контроль. Как кукловод, я не смогу оставить это просто так. Собственнический инстинкт не позволит.

— Отлично! Значит я твоя собственность?! — возмутилась я.

— Рад, что до тебя дошло. А теперь, мне пора уходить. Я и так уделил тебе больше времени, чем планировал.

— Но я еще не закончила!

— Поговорим как-нибудь в другой раз. Возможно. — И добавил: — Прекрати заниматься глупостями и не связывайся с охотниками.

— Это приказ?

— Это совет.

Олег ушел. Ушел и оставил меня в растерянности от нашего разговора.

Ругая себя, на чем свет стоит, я закрыла бар, сдала ключи охраннику и отправилась домой.

Сегодня я узнала нечто новое о вампирах. А именно, что отношения между создателем и творением очень похожи на отношения кукловода с марионеткой. Хотя в первом случае, если творение укусит создателя, то сможет приобрести над ним некоторую власть. Например, отслеживать место нахождения создателя и возможно другие штучки, о которых вампиры не трубят на каждом углу. Это как взаимопроникновение. В случае же если марионетка укусит кукловода — ничего не произойдет, ведь она всего лишь человек. Хм… Но ведь я не человек! Я чародейка. Что будет, если я не просто выпью его крови, а именно укушу?

Перед мысленным взором возникла картинка: вот я, потрясая кулаками, бегу за Олегом, который против того, чтобы его кусали. В итоге загоняю его в темный претемный переулок и…

М-да, сомневаюсь, что такое когда-нибудь произойдет. А если произойдет, то вряд ли даст преимущество над ним. Конечно, он не сказал, но подозреваю, здесь роль играет не только укус. Возраст вампира. Чем он старше, тем сильнее.

К черту Олега! К черту вообще всех вампиров. Ион — исключение. Лучше помечтаю о чем-нибудь приятном. Например, о горячей ванне и кружке ароматного свежесваренного кофе.

Ну да, конечно, мечтать не вредно. Оказавшись на пороге родной квартиры, я смогла лицезреть черноволосого незнакомца, нежно так посапывающего в обнимку с моей дверью.

— Эй! — окликнула я его, отойдя немного в сторону и вытянув левую руку с нэцкэ, болтающейся на цепочки браслета. Если он надумает причинить мне вред, его ожидает горячий прием фамильяра.

Незнакомец, приподняв голову, уставился на меня мутным взором. Лишь теперь я признала в нем Женю — бывшего парня Лерки. Симпатичный малый. Правда, сейчас от его красоты мало что осталось. Черные волосы всклокочены, физиономию украшает трехдневная щетина, грязная одежда, а про запах, пожалуй, промолчу.

— Жень, что произошло? — встревожено поинтересовалась я. Все-таки, как-то странно видеть на пороге человека, которого до этого видела раза три. Два раза из них, по телевизору. Женя телерепортер. — Давай-ка поднимайся, я тебе помогу.

Парень встал, кряхтя и неразборчиво бормоча себе под нос. Видимо, ругался, что его потревожили.