Ушедшие однажды

Он много ел. Разве есть это грех? У многих людей еда становится последней радостью в жизни. Разве Бог может наказать за этот безобидный способ скрасить грустное одиночество. У некоторых поглощение и приготовление пищи это настоящая наука и искусство. Есть люди просто повернутые на приготовлении еды, и их можно назвать одаренными самим Богом. К тому же если бы люди не любили готовить и не любили поесть, то не было бы всего ресторанного бизнеса и всей торговли.

Медсестра? Милая добрая девушка. О ней только хорошее говорили. Не понимаю, в чем можно было ее уличить. Самозабвенно ухаживала за больными, всегда спокойная, улыбчивая, выслушает, поговорит по душам. Любимого человека нет, поскольку все силы отдавала работе. Жила одна в общежитии для медработников. Родители проживают в Саратове. Подруги по этажу отзывались только положительно. Господи, неужели ты был настолько занят, что допустил убийство этого ангела. И это справедливо, что какой-то маньяк вершит свое правосудие прикрываясь Твоим именем и за счет невинных душ? Ты что же расположен к нему больше чем к его жертвам?

С Богом не поспоришь. Утихни.

Каипкулова? Добропорядочная мать семейства, попала в больницу из-за глубокой депрессии. У нее умер годовалый ребенок. Несчастная женщина. Вероятно, что убийца просто перепутал ее со Зверевой.

Если так разбирать каждого человека, то перебить полагается всех через одного. Остановимся на том, что убийца просто свихнулся на религиозной почве. В таком случае его жертвой может стать любой. Все бы ничего, если бы не упоминание покойной жены Зверева. Жанны. Она чудным образом спасла девушку от душегуба. Но не стоит отрицать, что больное воображение Лили могло выдать вымысел за действительность. Годовщина смерти. Все мысли о покойной. Во время стресса срабатывает в голове предохранитель и бац, Жанна оживает и спасает беднягу. А паренек-то занервничал, когда сестра обмолвилась о покойной. Занервничал так, словно это и впрямь могло произойти. К тому же Латунин все время пытался что-то сказать, только не хватало духу. Когда он узнал о чем пойдет речь, то тоже забеспокоился, так же как и Алеша. Так словно вернулось то, над чем никто не властен. А потом так вообще предостерег об опасности. Выходит, чутье майора подсказывало правильно, в центре всей паутины была Лили Зверева. И она не случайная жертва обстоятельств, а ключевая фигура всей игры.

Зазвонил телефон. Звонил долго и упорно, зная, что майор не с радостью кинется принимать звонок.

— Слушаю, — ответил Крюков.

— Это Жуков.

— Еще один труп?

— Нет. Я тут кое-что проверил. Получается очень интересная картина. В казни Мясника участвовало тринадцать человек. Я проследил их потомков. — Жуков был явно взволнован новыми фактами. Его голос вздрагивал, то торопился, то задумчиво замолкал. — Некоторые умерли бездетными, некоторых я не нашел, но некоторых навестил наш Мясник. Гасанов, тот без кожи. Его прадед был организатором казни. Виктор Рязанов. Рыбаков Роман. Каипкулова. Их предки отловили маньяка и казнили. После того как его четвертовали, Мясник был еще жив и отрубил ему голову некий Кузнецов Василий Иннокентиевич. До самой последней минуты Мясник клялся, что свершит свою месть над каждым из них. Есть еще три фамилии, но я пока не обнаружил их потомков. Думаю, им тоже угрожает опасность.

— А при чем тут Зверева?

— Я не знаю. Ее предки не замешаны в казни Мясника. Скорее всего, охота была на Рязанова, а Зверева случайно попалась под руку, так же как медсестра и парень, спасший вам жизнь. Думаю надо отыскать, чьим прадедом был Кузнецов. Мясник не оставит его в покое.

Тревожно поглядывая на свое отражение, Крюков угрюмо обдумал услышанное. Слишком много совпадений в версии о мести Мясника, и было уже нелепо отрицать, что эти два случая не связаны между собой.

— Не надо его искать, — решил майор, — займись лучше остальными. И проверь, не было ли детей у Мясника. Возможно, наш убийца из его родни.

— Но как же, — от подобных поручений Паша явно вскочил с места, — кто-то из потомков Кузнецова в большой опасности. Что если это дети?

— Это не дети, Паша, — он помолчал, обдумывая, и добавил, — это я.

— Что?

— Я бы и не вспомнил, если бы ты не назвал фамилию. Моя прабабка забрала детей и ушла от мужа, взяв свою девичью фамилию. Никто никогда не говорил причину разрыва их счастливого брака, но мне известно, что прабабка очень боялась за жизнь детей всего нашего рода. Став жутко набожной, она в итоге свихнулась, и все время бубнила про Божий суд и клеймо смерти на всех наших поколениях.

— Она боялась, что однажды Мясник вернется? — подхватил воодушевленный Жуков.

— Паша ты слишком много смотришь телевизор. Займись лучше делом, и найди остальных.

— Минутку подождите…

Крюков слышал, как в кабинет к Жукову кто-то вошел, они коротко переговорили.

— Что там?