Я бегу по темному каменному коридору. Эхо быстрых шагов выдает мое присутствие, и он догонит, он знает, где я. Но если я не буду бежать, то он найдет еще быстрее и будет только хуже. Игра… Это просто игра для него. Для меня — выживание. Но я бы не отказалась от быстрой смерти. Вот только стоит мне об этом заикнуться и вместо смерти мне подарят еще большее желание уйти в небытие без надежды на избавление.
Добавить в моё избранное
122 мин, 33 сек 19124
— Глупая, — ухмыльнулся Михаил. — Я этого не говорил. А кто, по-твоему, разделил существовавший мир? Кто установил новые порядки? И имен у них масса, но какое правильное? Называй так, как тебе хочется, суть одна.
— А цель? Какую демоны преследуют цель? Зачем им души? — неужели я это спросила? Все, я совсем сбрендила, раз начинаю верить в эту чепуху.
— Власть, детка. И сила. А вообще, никто не знает точно. Наше дело — служить, а не задавать вопросы. Это привилегия смертных. Но суд также никто не отменял. Душу после смерти тела разложат на составляющие. Какая чаша больше наполнится, туда и попадет душа. Мы должны помочь душе набраться нужного опыта.
— Значит, я должна служить демонам? Почему им?
— Если честно, я не понимаю. Обычно, когда человек узнает, что он должен служить тьме, у него даже нет сомнений в правильности этого решения. Он открыт злу. Но ты… Ты сопротивляешься, ты слишком… светлая. На первый взгляд. Но, видимо, в тебе есть силы деморрцев, темные силы. И твоя душа приняла их тьму. Ты ведь злая девочка на самом деле, да?
Михаил оторвался от стола и медленной плавной походкой двинулся ко мне.
— Это неправда! — прошептала, отодвигаясь вглубь каменного ложа.
— Почему ты так уверена? — он оперся руками о край, нависнув надо мной. — Скажи, тебе ведь было приятно, когда Лилит ласкала твое тело? А внимание Асмодея? Не всегда ведь оно было ужасно? Признайся хотя бы самой себе. В тебе есть порочное зло…
Воспоминания внезапно накрыли с головой. Чувство неги, стоны, мои просьбы ярко всплыли в сознании. Но это была не я! Я не владела собой! Или все же…
— А месть твоим обидчикам? Ты готова подставить вторую щеку? Детка, я отращу ангельские крылья и поцеплю на рога нимб, если это так.
Он говорил, а перед глазами проносились лица всех тех, кто безумно раздражал, заставляя пакостить и мстить в ответ. Школьные недруги, институтские завистницы, эта сучка Маринка! Я не жалела! А затем перед глазами появился Витька, моя первая любовь, студент и потрясный парень. Я чувствовала его шею в своих руках, слышала его хрипы…
— Вот видишь. Какие ангелы, Машенька? Твое место с нами. А они умеют только врать, дарить ложные надежды, вести людей к погибели! Ты ведь и сама теперь можешь проанализировать их поступки в твоей собственной жизни. Захотел — спас, не захотел — даже не появился. Да? Было такое? Твоего отца ведь тоже никто не спас, а может еще и подставил…
Я сжала ладони в кулаки, невидяще глядя перед собой. Он прав, он во всем прав! Но если у меня были ложные воспоминания об Антоне, то… Кое-какая догадка позволила взять себя в руки.
— А что делаете вы? — мне хватило смелости посмотреть в его глаза. — Или мне нужно всадить в бедро какой-нибудь светлый ножичек, чтобы вернуть еще какие-нибудь воспоминания?
— О, Машуня, наше дело — наказание! Мы дарим шанс очистить душу в огне страданий. Без нас равновесие было бы нарушено. А если душа слабая, то чья в том вина? Конечный выбор ведь все равно за человеком. Мы только предоставляем этот выбор.
— А я? А где мой выбор?
— Ты ведь здесь? Значит, ты его уже сделала. Ты ведь чувствовала, что готова подчиниться Асмодею? Он твой хозяин, как и Лилит. Прими это.
Страх снова прошел по позвоночнику. Я закрыла уши ладонями, больше не желая слушать.
— Это не правда, все ложь, все сон. Я проснусь! Проснусь! — зажмурившись, я мотала головой из стороны в сторону.
— Нет, Маша, — мои ладони отвели в стороны, больно сжимая, а взгляд поймали, словно в капкан, мерцающие черные глаза Михаила. — Это правда. И ты должна принять ее. Ты — зло. Ты его часть. И ты должна служить ему. Только так ты сможешь выйти отсюда и вернуться домой. Только так ты сможешь вновь увидеть своих родных. Или ты хочешь, чтобы из-за твоего упрямства они погибли?
Я замерла. То, что подкинуло мое сознание, было ужасно. Неживое тело мамы, неподвижный брат. Мой любимый маленький Мишка… Неужели ради их благополучия я должна стать таким же монстром?
В глазах мужчины я увидела свое отражение. Так четко, словно смотрелась в зеркало. Бледное лицо, темные огромные глаза, почти черные. Нечеловеческие, ненастоящие. А ведь они были прозрачными, как небо… Отражение улыбнулось, снисходительно, будто говоря, что я еще просто маленькая и глупенькая, но скоро все пойму. А потом я увидела всю себя, обнаженную, невероятно соблазнительную, какой никогда не была, а за спиной распахнулись черные кожистые крылья с острыми шипами.
— Это не я!!!
Обновление 18-19.11
Мой крик оказался тоже нечеловеческим, как и сила, с которой я оттолкнула Михаила, вскакивая с каменного возвышения. За спиной жалобно звякнули цепочки, и я ощутила незнакомую тяжесть, из-за которой не сразу удалось найти равновесие. Неужели то, что я увидела в глазах Михаила, правда? Нет, это не я… Не я!
— А цель? Какую демоны преследуют цель? Зачем им души? — неужели я это спросила? Все, я совсем сбрендила, раз начинаю верить в эту чепуху.
— Власть, детка. И сила. А вообще, никто не знает точно. Наше дело — служить, а не задавать вопросы. Это привилегия смертных. Но суд также никто не отменял. Душу после смерти тела разложат на составляющие. Какая чаша больше наполнится, туда и попадет душа. Мы должны помочь душе набраться нужного опыта.
— Значит, я должна служить демонам? Почему им?
— Если честно, я не понимаю. Обычно, когда человек узнает, что он должен служить тьме, у него даже нет сомнений в правильности этого решения. Он открыт злу. Но ты… Ты сопротивляешься, ты слишком… светлая. На первый взгляд. Но, видимо, в тебе есть силы деморрцев, темные силы. И твоя душа приняла их тьму. Ты ведь злая девочка на самом деле, да?
Михаил оторвался от стола и медленной плавной походкой двинулся ко мне.
— Это неправда! — прошептала, отодвигаясь вглубь каменного ложа.
— Почему ты так уверена? — он оперся руками о край, нависнув надо мной. — Скажи, тебе ведь было приятно, когда Лилит ласкала твое тело? А внимание Асмодея? Не всегда ведь оно было ужасно? Признайся хотя бы самой себе. В тебе есть порочное зло…
Воспоминания внезапно накрыли с головой. Чувство неги, стоны, мои просьбы ярко всплыли в сознании. Но это была не я! Я не владела собой! Или все же…
— А месть твоим обидчикам? Ты готова подставить вторую щеку? Детка, я отращу ангельские крылья и поцеплю на рога нимб, если это так.
Он говорил, а перед глазами проносились лица всех тех, кто безумно раздражал, заставляя пакостить и мстить в ответ. Школьные недруги, институтские завистницы, эта сучка Маринка! Я не жалела! А затем перед глазами появился Витька, моя первая любовь, студент и потрясный парень. Я чувствовала его шею в своих руках, слышала его хрипы…
— Вот видишь. Какие ангелы, Машенька? Твое место с нами. А они умеют только врать, дарить ложные надежды, вести людей к погибели! Ты ведь и сама теперь можешь проанализировать их поступки в твоей собственной жизни. Захотел — спас, не захотел — даже не появился. Да? Было такое? Твоего отца ведь тоже никто не спас, а может еще и подставил…
Я сжала ладони в кулаки, невидяще глядя перед собой. Он прав, он во всем прав! Но если у меня были ложные воспоминания об Антоне, то… Кое-какая догадка позволила взять себя в руки.
— А что делаете вы? — мне хватило смелости посмотреть в его глаза. — Или мне нужно всадить в бедро какой-нибудь светлый ножичек, чтобы вернуть еще какие-нибудь воспоминания?
— О, Машуня, наше дело — наказание! Мы дарим шанс очистить душу в огне страданий. Без нас равновесие было бы нарушено. А если душа слабая, то чья в том вина? Конечный выбор ведь все равно за человеком. Мы только предоставляем этот выбор.
— А я? А где мой выбор?
— Ты ведь здесь? Значит, ты его уже сделала. Ты ведь чувствовала, что готова подчиниться Асмодею? Он твой хозяин, как и Лилит. Прими это.
Страх снова прошел по позвоночнику. Я закрыла уши ладонями, больше не желая слушать.
— Это не правда, все ложь, все сон. Я проснусь! Проснусь! — зажмурившись, я мотала головой из стороны в сторону.
— Нет, Маша, — мои ладони отвели в стороны, больно сжимая, а взгляд поймали, словно в капкан, мерцающие черные глаза Михаила. — Это правда. И ты должна принять ее. Ты — зло. Ты его часть. И ты должна служить ему. Только так ты сможешь выйти отсюда и вернуться домой. Только так ты сможешь вновь увидеть своих родных. Или ты хочешь, чтобы из-за твоего упрямства они погибли?
Я замерла. То, что подкинуло мое сознание, было ужасно. Неживое тело мамы, неподвижный брат. Мой любимый маленький Мишка… Неужели ради их благополучия я должна стать таким же монстром?
В глазах мужчины я увидела свое отражение. Так четко, словно смотрелась в зеркало. Бледное лицо, темные огромные глаза, почти черные. Нечеловеческие, ненастоящие. А ведь они были прозрачными, как небо… Отражение улыбнулось, снисходительно, будто говоря, что я еще просто маленькая и глупенькая, но скоро все пойму. А потом я увидела всю себя, обнаженную, невероятно соблазнительную, какой никогда не была, а за спиной распахнулись черные кожистые крылья с острыми шипами.
— Это не я!!!
Обновление 18-19.11
Мой крик оказался тоже нечеловеческим, как и сила, с которой я оттолкнула Михаила, вскакивая с каменного возвышения. За спиной жалобно звякнули цепочки, и я ощутила незнакомую тяжесть, из-за которой не сразу удалось найти равновесие. Неужели то, что я увидела в глазах Михаила, правда? Нет, это не я… Не я!
Страница 31 из 34
