Придерживаясь рукою за облезшие перила, Лариса, переступая мусор, спустилась на первый этаж. Девушка остановилась возле разрисованной всякими нецензурными надписями стены, глядя в треснутое зеркало, которое осталось от прежних времён. Её глаза пристально изучали собственное отражение, как будто видели в первый раз. Впрочем, наверное, так и было. Ведь каждый день, это новая жизнь. Не знаешь, как её проживёшь, и доживёшь ли до вечера?
Добавить в моё избранное
112 мин, 0 сек 16415
— Хм… — Задумался Марк. — Давай, наверное, к блокпосту. Ну, к тому, который ведёт из города, выходя на юг.
Кивнув, Юля, набрав скорость, помчалась по дороге, всё ещё до конца не веря в произошедшее. Её спокойная жизнь раскололась на два осколка. До и после. Первое, конечно же, ей нравилось гораздо больше.
— А здесь нет никакой паники, — заметил Лунатик, глядя на мелькающие за окном дома.
И действительно. Люди вели себя спокойно, как будто ничего не произошло. Кто-то сидел на террасе за столиком, читая газету. Две девчонки, которым было лет по десять, играли с надувным мячом.
— Скоро будет, — заверил товарища Марк. — Они просто слишком далеко живут от ворот. Ведь это самая середина города чистюль.
— Эх, жаль. Сколько добра пропадает.
Марк внимательным образом разглядывал Юлю, конечно же, со спины. Его взор остановился на длинных ногах, на руках с отличным маникюром. Таких девушек в трущобах было не найти. В основном там были наркоманки, или шлюхи, которые часто болели гнилью. Хотя, чего можно было ожидать от такого образа жизни, где повсюду была грязь.
«Им бы слепнуть в грязи,»
Ползать в грязи, в грязи и забыться.
Не видеть бы Солнце ни разу,
Не подставлять косым дождям лица«…»
Ему вспомнилась эта песня, которую довелось услышать в одном из баров, когда Марк убегал из дома в те моменты, когда отец нажирался и принимался колотить всех, кого видел. Первое время, он пытался сопротивляться отцу, но не видя поддержки со стороны матери, в конце концов, наплевал на всё это. Ему просто стало все равно. Когда отец приходил пьяным, или под действием порошка, Марк разворачивался и уходил из дома, оставаясь ночевать у своих друзей, или у шлюх. Возвращаясь утром, он видел побои на теле матери. Очередной фингал под глазом, или сломанная рука. Но Марк больше не был маленьким мальчиком. Он плевал на родителей, как это делали многие дети, живя в трущобах. И да, Марк бы никогда не вернулся бы за отцом. Да и не за кем другим. У него никогда не было семьи. Только он один, и больше никого.
— Подъезжаем, — объявила Юля, выводя Марка из своих мыслей.
Вздрогнув, Марк осмотрелся. Так и было. Впереди находился блокпост, который к удивлению никем не охранялся. Люди и техника отсутствовали. Можно было выезжать без проблем.
— Куда они делись? — поинтересовался Лунатик.
— Сбежали, — коротко ответил Марк, выходя из машины.
— Ты куда? — воззрился на него приятель.
— Посмотрю внутри. Может, что-нибудь интересное найду.
Но Марка ждало разочарование. Шкафчики оказались пустыми. Да и понятное дело. Вряд ли нормальный человек в такое время оставит оружие. Собрав всё, военные сбежали, сев на транспорт.
Побродив ещё несколько минут, Марку ничего не оставалось, как покинуть пустое помещение. Пнув пустой ящик, он вышел наружу, останавливаясь и прислушиваясь. До слуха долетела стрельба. Похоже, что теперь весь город чистюль был обьят паникой.
— Куда сейчас? — открыв окно, спросил Лунатик.
— Из города.
Поменявшись с приятелем местами, Марк кивнул на дорогу. Покосившись на него, Юля повела автомобиль прочь от блокпоста. Они проезжали мимо заводов, из труб которых по-прежнему валил густой и едкий дым. Забор, здания и всё вокруг находилось в чёрном налёте. Пахло не слишком приятно, чем-то химическим.
Им понадобилось ещё минут двадцать, чтобы выбраться из зоны, где располагались заводы. Оказавшись на трассе, Юля остановила автомобиль, упершись мордой в багажник другой машины. Стало ясно, что проезда дальше нет. Толпы спасающихся людей, в основном из трущоб, направлялись как можно дальше от города, стремясь не ясно куда.
— И что будем делать?
Марк покачал головой.
— Объехать это скопление машин не выйдет. Придётся шагать на своих двоих, как это делают другие.
Марк выбрался из уютного салона, к которому начал привыкать, и зашагал вперёд, вливаясь в толпу беженцев.
Беженцев было не так уж и много. Может сотня, или две. Почти каждый тащил на себе мешок с чем-либо. Скудные пожитки, которые удалось вынести из дома. Женщины и дети, мужчины и старики, все они двигались прочь от города, обходя остановившиеся на дороге автомобили.
Слившись с толпой, Марк через несколько минут услышал за собой пыхтение. Это был Лунатик, который догнал своего приятеля. Следом за ним шла Юля, с какой-то брезгливостью наблюдая за людьми. Ведь все они были из трущоб, больные, давно не мытые крысы, от которых можно ожидать чего угодно.
— Куда они все идут?
Марк пожал плечами.
— Не знаю. Наверное, как можно дальше. В другой город, или ещё куда.
Они достигли того места, где дорога становилась свободной. Оказалась, что пробка возникла из-за аварии. Один из грузовиков перевернулся, встретившись с автобусом. Путь был перекрыт.
Кивнув, Юля, набрав скорость, помчалась по дороге, всё ещё до конца не веря в произошедшее. Её спокойная жизнь раскололась на два осколка. До и после. Первое, конечно же, ей нравилось гораздо больше.
— А здесь нет никакой паники, — заметил Лунатик, глядя на мелькающие за окном дома.
И действительно. Люди вели себя спокойно, как будто ничего не произошло. Кто-то сидел на террасе за столиком, читая газету. Две девчонки, которым было лет по десять, играли с надувным мячом.
— Скоро будет, — заверил товарища Марк. — Они просто слишком далеко живут от ворот. Ведь это самая середина города чистюль.
— Эх, жаль. Сколько добра пропадает.
Марк внимательным образом разглядывал Юлю, конечно же, со спины. Его взор остановился на длинных ногах, на руках с отличным маникюром. Таких девушек в трущобах было не найти. В основном там были наркоманки, или шлюхи, которые часто болели гнилью. Хотя, чего можно было ожидать от такого образа жизни, где повсюду была грязь.
«Им бы слепнуть в грязи,»
Ползать в грязи, в грязи и забыться.
Не видеть бы Солнце ни разу,
Не подставлять косым дождям лица«…»
Ему вспомнилась эта песня, которую довелось услышать в одном из баров, когда Марк убегал из дома в те моменты, когда отец нажирался и принимался колотить всех, кого видел. Первое время, он пытался сопротивляться отцу, но не видя поддержки со стороны матери, в конце концов, наплевал на всё это. Ему просто стало все равно. Когда отец приходил пьяным, или под действием порошка, Марк разворачивался и уходил из дома, оставаясь ночевать у своих друзей, или у шлюх. Возвращаясь утром, он видел побои на теле матери. Очередной фингал под глазом, или сломанная рука. Но Марк больше не был маленьким мальчиком. Он плевал на родителей, как это делали многие дети, живя в трущобах. И да, Марк бы никогда не вернулся бы за отцом. Да и не за кем другим. У него никогда не было семьи. Только он один, и больше никого.
— Подъезжаем, — объявила Юля, выводя Марка из своих мыслей.
Вздрогнув, Марк осмотрелся. Так и было. Впереди находился блокпост, который к удивлению никем не охранялся. Люди и техника отсутствовали. Можно было выезжать без проблем.
— Куда они делись? — поинтересовался Лунатик.
— Сбежали, — коротко ответил Марк, выходя из машины.
— Ты куда? — воззрился на него приятель.
— Посмотрю внутри. Может, что-нибудь интересное найду.
Но Марка ждало разочарование. Шкафчики оказались пустыми. Да и понятное дело. Вряд ли нормальный человек в такое время оставит оружие. Собрав всё, военные сбежали, сев на транспорт.
Побродив ещё несколько минут, Марку ничего не оставалось, как покинуть пустое помещение. Пнув пустой ящик, он вышел наружу, останавливаясь и прислушиваясь. До слуха долетела стрельба. Похоже, что теперь весь город чистюль был обьят паникой.
— Куда сейчас? — открыв окно, спросил Лунатик.
— Из города.
Поменявшись с приятелем местами, Марк кивнул на дорогу. Покосившись на него, Юля повела автомобиль прочь от блокпоста. Они проезжали мимо заводов, из труб которых по-прежнему валил густой и едкий дым. Забор, здания и всё вокруг находилось в чёрном налёте. Пахло не слишком приятно, чем-то химическим.
Им понадобилось ещё минут двадцать, чтобы выбраться из зоны, где располагались заводы. Оказавшись на трассе, Юля остановила автомобиль, упершись мордой в багажник другой машины. Стало ясно, что проезда дальше нет. Толпы спасающихся людей, в основном из трущоб, направлялись как можно дальше от города, стремясь не ясно куда.
— И что будем делать?
Марк покачал головой.
— Объехать это скопление машин не выйдет. Придётся шагать на своих двоих, как это делают другие.
Марк выбрался из уютного салона, к которому начал привыкать, и зашагал вперёд, вливаясь в толпу беженцев.
Беженцев было не так уж и много. Может сотня, или две. Почти каждый тащил на себе мешок с чем-либо. Скудные пожитки, которые удалось вынести из дома. Женщины и дети, мужчины и старики, все они двигались прочь от города, обходя остановившиеся на дороге автомобили.
Слившись с толпой, Марк через несколько минут услышал за собой пыхтение. Это был Лунатик, который догнал своего приятеля. Следом за ним шла Юля, с какой-то брезгливостью наблюдая за людьми. Ведь все они были из трущоб, больные, давно не мытые крысы, от которых можно ожидать чего угодно.
— Куда они все идут?
Марк пожал плечами.
— Не знаю. Наверное, как можно дальше. В другой город, или ещё куда.
Они достигли того места, где дорога становилась свободной. Оказалась, что пробка возникла из-за аварии. Один из грузовиков перевернулся, встретившись с автобусом. Путь был перекрыт.
Страница 19 из 33
