Дом оказался слишком старым, даже для оценщиков из конторы. Когда-то по его просторным залам прохаживались сильные мира сего, а сейчас по пыльным коридорам гулял только ветер и уличный сор. Когда-то его украшали редкостной красоты витражи, а сейчас рамы отбрасывали на пол крестообразные тени.
Добавить в моё избранное
111 мин, 20 сек 13885
Иногда ей казалось, что она совсем перестала чувствовать что-либо. Словно где-то на поверхности сознания бушуют волны эмоций. Она может злиться, может бояться, а может упиваться экстазом, но стоит нырнуть, как увидишь, что большая часть себя в глубине омута, там, где нет волн чувств и где ничто тебя не волнует, потому что решительно ничто не имеет значения.
Вот сейчас вогнать бы этот кол себе в грудь и проверить его действие, но нельзя. Ей нельзя просто так уйти. Она не Антуан, она не может позволить себе оставить птенцов и фактически утянуть за собой всех. Антуан передал ей свою суть, и она стала матерью и защитником всем вампирам его клана, если бы не она, то все они были бы уже за гранью жизни из-за глупости их создателя. Она не может так поступить, несмотря на интерес и желание провести эксперимент.
Дверь ее покоев резко распахнулась и в залу вбежал Адриан. Он был растрепан и явно в панике, впрочем, для него это нормальное состояние. Он быстро закрыл за собой дверь и повернул магический замок. Невидимая неосведомленным руна засверкала и запечатала дверь намертво.
— Что случилось? — поинтересовалась вамп.
Адриан в три широких шага пересек залу, встал прямо напротив рыжей и заглянул в глаза. На его лице читалась такая вина, что Марэне стало немного смешно. Что такого мог натворить ее ученик, раз верит в свою вину? Она уже хотела иронично уточнить про оплошность, как вампир сдунул ей в лицо какой-то порошок со своей ладони. Она возмущенно открыла рот и ощутила, как взвесь проникает в глаза, нос и рот, заполняет внутренности. Грудь сдавило невидимым прессом. Она закашлялась и присела, а потом опустилась на одно колено.
— Что это? — прошептала она.
— Простите меня, — с тоской проговорил Адриан.
Двери покоев слетели с петель, а следом за ними на мраморном полу растянулась пара высших вампиров. Их отрубленные головы пролетели в воздухе секундой позже.
Ноздри первородной хищно затрепетали. Она любила схватки так, как наверное, их не любил никто из ее птенцов. Просто в отличии от прочих она понимала, что есть время убивать, есть время карать, а есть время забыть о злобе. В залу вбежала пятерка воинов в черных атласных мантиях. В воздухе заискрились первые формулы проклятий. А Марэна поняла, что сейчас будет иметь дело с некромантами. Вполне себе сносные маги, надо признать, и убили уже многих, как среди людей, так и среди прочих рас.
— Держите ее, она нужна господину живой! — приказал один.
Адриан загородило ему дорогу. Резко присел на колено и ударил раскрытой ладонью в пол. Мгновение — и мощный щит разделил залу на две части. С одной стороны остались новые враги, с другой вамп и ее ученик. Он быстро обернулся и снова посмотрел на свою создательницу. Та ощущала такую ярость, что могла бы легко развоплотить своего ученика, но ничего не происходило. Она вдруг с ужасом поняла, что не может выпустить свою суть на волю. Она словно не слышит потоки магии в себе. Впервые за всю свою жизнь она не ощущала в себе себя.
— Что ты со мной сделал?! — закричала она.
— Так было нужно. — виновато начал он, подходя к стене и начиная расчерчивать пентаграмму. — Если бы я не заблокировал твои силы, то ты не дала бы мне сделать кое-что
— И что сделать?! — закипая, ласково поинтересовалась вамп.
— Вот это! — он ударил ладонью в центр рисунка, тот дрогнул. Стена поплыла, оплавляясь, как свеча, а на том месте, где были расчерчены знаки открылось окно межпространственного перехода. Марэна сразу поняла, что он хочет отправить ее в ее собственный мир, только вот нерадивый ученик открыл явно не то окно. Она протестующе подняла руку. — Тебе надо домой, здесь опасно! — с отцовской теплотой в голосе произнес он, и мягкая волна его силы буквально закинула вамп в провал.
~*~*~*~*~
Марэну несло по переходу достаточно долго, чтобы разорвать ее камзол в клочья. В висках заныло от давления вокруг, когда окно наконец распахнулось и выбросило из себя потрепанную вамп, словно куренка из мешка. Она рухнула на тонкий слой снега, под которым было явно что-то очень твердое. Прическа безнадежно испорчена, некоторые пряди подпалило, что особенно печально, так как после памятного ритуала ее рыжие пряди смешались с седыми, а на них обожженность особенно заметна. Камзол, некогда расшитый жемчугом, теперь больше похож на половую тряпку. Она брезгливо отбросила его в сторону, как только поднялась на ноги. Оставшись только в багряной рубашке, узких брюках и высоких сапогах на каблуке.
Вамп встревоженно прислушалась к себе, но магия, ее сила спала внутри. Между лопаток пробежал холодок. Еще никогда, за всю свою долгую жизнь она не чувствовала себя такой беспомощной. Львиная доля ее сил и возможностей оказались отрезаны, их словно вырвали из тела. Надолго ли?
Вот сейчас вогнать бы этот кол себе в грудь и проверить его действие, но нельзя. Ей нельзя просто так уйти. Она не Антуан, она не может позволить себе оставить птенцов и фактически утянуть за собой всех. Антуан передал ей свою суть, и она стала матерью и защитником всем вампирам его клана, если бы не она, то все они были бы уже за гранью жизни из-за глупости их создателя. Она не может так поступить, несмотря на интерес и желание провести эксперимент.
Дверь ее покоев резко распахнулась и в залу вбежал Адриан. Он был растрепан и явно в панике, впрочем, для него это нормальное состояние. Он быстро закрыл за собой дверь и повернул магический замок. Невидимая неосведомленным руна засверкала и запечатала дверь намертво.
— Что случилось? — поинтересовалась вамп.
Адриан в три широких шага пересек залу, встал прямо напротив рыжей и заглянул в глаза. На его лице читалась такая вина, что Марэне стало немного смешно. Что такого мог натворить ее ученик, раз верит в свою вину? Она уже хотела иронично уточнить про оплошность, как вампир сдунул ей в лицо какой-то порошок со своей ладони. Она возмущенно открыла рот и ощутила, как взвесь проникает в глаза, нос и рот, заполняет внутренности. Грудь сдавило невидимым прессом. Она закашлялась и присела, а потом опустилась на одно колено.
— Что это? — прошептала она.
— Простите меня, — с тоской проговорил Адриан.
Двери покоев слетели с петель, а следом за ними на мраморном полу растянулась пара высших вампиров. Их отрубленные головы пролетели в воздухе секундой позже.
Ноздри первородной хищно затрепетали. Она любила схватки так, как наверное, их не любил никто из ее птенцов. Просто в отличии от прочих она понимала, что есть время убивать, есть время карать, а есть время забыть о злобе. В залу вбежала пятерка воинов в черных атласных мантиях. В воздухе заискрились первые формулы проклятий. А Марэна поняла, что сейчас будет иметь дело с некромантами. Вполне себе сносные маги, надо признать, и убили уже многих, как среди людей, так и среди прочих рас.
— Держите ее, она нужна господину живой! — приказал один.
Адриан загородило ему дорогу. Резко присел на колено и ударил раскрытой ладонью в пол. Мгновение — и мощный щит разделил залу на две части. С одной стороны остались новые враги, с другой вамп и ее ученик. Он быстро обернулся и снова посмотрел на свою создательницу. Та ощущала такую ярость, что могла бы легко развоплотить своего ученика, но ничего не происходило. Она вдруг с ужасом поняла, что не может выпустить свою суть на волю. Она словно не слышит потоки магии в себе. Впервые за всю свою жизнь она не ощущала в себе себя.
— Что ты со мной сделал?! — закричала она.
— Так было нужно. — виновато начал он, подходя к стене и начиная расчерчивать пентаграмму. — Если бы я не заблокировал твои силы, то ты не дала бы мне сделать кое-что
— И что сделать?! — закипая, ласково поинтересовалась вамп.
— Вот это! — он ударил ладонью в центр рисунка, тот дрогнул. Стена поплыла, оплавляясь, как свеча, а на том месте, где были расчерчены знаки открылось окно межпространственного перехода. Марэна сразу поняла, что он хочет отправить ее в ее собственный мир, только вот нерадивый ученик открыл явно не то окно. Она протестующе подняла руку. — Тебе надо домой, здесь опасно! — с отцовской теплотой в голосе произнес он, и мягкая волна его силы буквально закинула вамп в провал.
~*~*~*~*~
Марэну несло по переходу достаточно долго, чтобы разорвать ее камзол в клочья. В висках заныло от давления вокруг, когда окно наконец распахнулось и выбросило из себя потрепанную вамп, словно куренка из мешка. Она рухнула на тонкий слой снега, под которым было явно что-то очень твердое. Прическа безнадежно испорчена, некоторые пряди подпалило, что особенно печально, так как после памятного ритуала ее рыжие пряди смешались с седыми, а на них обожженность особенно заметна. Камзол, некогда расшитый жемчугом, теперь больше похож на половую тряпку. Она брезгливо отбросила его в сторону, как только поднялась на ноги. Оставшись только в багряной рубашке, узких брюках и высоких сапогах на каблуке.
Вамп встревоженно прислушалась к себе, но магия, ее сила спала внутри. Между лопаток пробежал холодок. Еще никогда, за всю свою долгую жизнь она не чувствовала себя такой беспомощной. Львиная доля ее сил и возможностей оказались отрезаны, их словно вырвали из тела. Надолго ли?
Страница 27 из 29
