Душеприказчик

Другого имени я уже не вспомню.

— Скажи … хм… — я так и не осмелился назвать его предложенным именем, — скажи, а как ты оказался здесь?

— Наверное, так же как и ты. Случайно и бесповоротно…

Ласково потрепав Ша за шерстку, Проклятый продолжил:

— Я ведь раньше был простым учителем. Да, да не удивляйся… хотя, честно говоря, вряд ли можно найти более беззащитное призвание. — Слушая рассказ, я чувствовал как меняется образ грозного убийцы. Теперь Душеприказчик предстал передо мной совсем в ином обличии. Я разглядел на его усталом обветренном лице добрые голубые глаза, достаточно узкие плечи и тонкие, музыкальные пальцы.

— Мне жилось совсем не плохо. В нашем маленьком городке, все знали друг дружку и редко доходило до ссор. Я учил детей и писал скромные пьесы. И так бы продолжалось, наверное, до самой смерти, если бы она не наступила значительно раньше… Я, хорошо помню тот злосчастный день, когда у нас в городе появился новый падрэ. Он быстро занял свою нишу в местном приходе, найдя доверие и поддержку прихожан. Каждый стремился к нему за советом и помощью. И знаешь, поначалу, он действительно помогал всем страждущим. Спасал от всяческих неурядиц: отгонял волков, уводил прочь ужасный мор, воодушевлял нас во время голода, и нам вроде бы действительно становилось легче… Уж не знаю для чего ему это было необходимо. Наверное все делалось не просто так. Он быстро расположил нас к себе. Даже ужасные сквернословы здоровались с ним учтиво и вежливо кланялись, завидев священника на другой стороне улицы. А позже что-то изменилось. Словно падрэ поменялся ролями со своим прихожанами. Теперь он стал обращаться к ними с различными просьбами. Сначала с совсем простыми, а дальше больше. Пока его обращения не перешли в разряд совсем небезобидных дел. А обращения, превратились в строгие приказы. Горожане довольно скоро погрязли в сплетнях, ссорах и прочих междоусобицах. А потом… — Проклятый замер и затих, испуганно вглядевшись куда-то вдаль.

— Что такое? — удивился я.

Душеприказчик промолчал. Лишь его взгляд испуганно буравил темноту, пытаясь что-то разглядеть в пугающей пустоте ночи.

Внезапно, с того берега донесся странный раздирающий слух крик, будто тысячи диких зверей терзали человеческое тело. Рука Проклятого легла на рукоять стилета. Крик повторился. И я почувствовал, как леденеют ноги, а сердце бьется в бешеном ритме готовясь выскочить наружу.

— Что там случилось? — вновь испуганно повторил я свой риторический вопрос.

— Не знаю, — прошипел Проклятый нервно сведя скулы.

Крик повторялся вновь и вновь — пока не затих.

На щеке моего собеседника вновь возникла огненная цифра, которую я еще до недавнего времени считал мороком. Только в это раз вместо тройки, адским пламенем сияло другое число. Два.

— Откуда это у тебя? — я указал на цифру и почувствовал ужасный жар исходящий от нее.

Проклятый кинул на меня обезумивший взгляд и быстрым движением затушил костер водой из котелка, а затем скомандовал:

— Все вопросы потом! Скорее! Бери вещи! Надо уходить!

— Рее! Уму! — как всегда внес свою лепту Ша.

До последнего мгновения я чувствовал себя в компании Проклятого как за каменной стеной, но сейчас все изменилось. Вокруг нас начал витать странный нарастающий ужас и мой призрачный защитник, увы, не знал, как с ним бороться.

Чуть дальше, за огромным полем, окруженным высокими высохшими тополями, тянулся огромный яблоневый сад. Оказавшись между низкими ветвистыми деревьями Проклятый в очередной раз обернувшись, замедлил шаг и, наконец, остановился. Затравленно нюхая воздух, будто дворовый пес почуявший неминуемую беду, он сверкнул глазами.

Что-то было не так! Но только что именно, я не знал.

Внезапно рука душеприказчика схватила меня за грудки. Придвинув меня к себе, он быстро прошипел:

— Что ты там болтал про треклятые цифры? Где ты их видел?!

Я смотрел на Проклятого и не мог понять: действительно ли он вновь стал прежним — диким и злобным или это всего лишь проявление паники.

Моя рука уткнулась ему в щеку, которая сейчас была абсолютно чистой.

— Там была семерка? Я ведь прав?

— Нет, двойка. А когда мы находились в церкви — тройка, — я испуганно сглотнул.

— Значит, еще один.

Оставалось только догадываться, что за странная арифметика была сейчас у него на уме.

— Тогда надо двигаться еще быстрее. Идем.

Не успев отдышаться я, проклиная свою никчемную судьбу, последовал за Душеприказчиком.

Складывалось такое впечатление, что мы убегаем от неведомого врага. Так происходило до тех пор, пока наши силы окончательно не иссякли.

Привал сделали возле огромного, ветвистого дуба.

Костер был крохотный и практически неуловимый и, теряясь среди угольков, приносил больше неудобства, чем пользы.