Отстрельщик

— Я же тебе говорил, если здание не огорожено колючей проволокой. — Он сел рядом со мной и закурил. — То они в нем не останутся, а передислоцируются куда-то в район бункера.

— Помню, помню. — Я стал отмахивать дым, так как сам не курю. — Ты же говорил что бросил?

— Да бросишь тут. — Он струсил пепел с кончика сигареты. — У меня перед глазами до сих пор тот детский вой.

Посидели, помолчали.

— Нужно было их убить. — Он затушил сигарету. — Они же просили.

— Ты опять со своим словом? Почудилось тебе.

— Я уверен, что нет. Был там? — Охотник махнул в сторону туалета.

— Без ОЗК (средство хим. защиты) лучше не входить.

— Ну не будем же мы гадить посреди двора. — Сергей уверенной походкой направился в зловещую постройку. Прежде чем исчезнуть в чреве чудовища он крикнул. — Пешком пробивайся! — Когда он скрылся, послышались маты по поводу вони, но он тем не менее засел.

Первые лучи солнца уже коснулись верхушек деревьев, охотник уже не выходил полчаса.

— Эй, серун! — Крикнул я. — Ты там не заснул?

Тишина. Я, превозмогая запахи, подошел и постучал.

— Алло!

Снова тишина. Причем абсолютная.

— Ты что там делаешь? — Рыжая стояла на пороге с чашкой не то кофе, не то чая.

— Да Серый засел.

Она удивленно вскинула бровь.

— Он… Спит.

— Что? — Я снова постучал в дверь туалета.

Серега вышел из домика в ужасном побитом состоянии.

— Где тут можно сбросить давление?

Настя показала в мою сторону. У меня же полностью отвисла челюсть, и встали волосы на затылке. Как же так получилось.

— Коля ты там все дела закончил? — Он взял ручку двери туалета и открыл его.

Пусто. Но… Что за мистика?

Сергей что-то пробурчал, мол, чего вытаращил глаза и закрыл двери. Мне же ничего не оставалось, как в шоковом состоянии забрести в дом и налить себе стакан водки. Настя, попивая чаёк, и щурясь, как Баба Яга смотрела на меня, словно, насмехалась. Не удержался я и от второго стакана.

Сергей зашел в дом довольный.

— О, уже пьём? — Кинул он мне с порога.

— Говоришь пешком? — Спросил я слегка дрожащими словами.

— Чего? — Он стал вскрывать банку консервов.

— ЦКЗ.

— Я тебе ещё у островитян говорил, не совался бы ты туда.

Закрыв лицо руками, я попытался очистить разум, но ничего не помогало. Я сходил с ума это уже подтвержденный факт, отрицать только себе во вред. К счастью с психами никогда не доводилось тесно общаться, и я не знаю, как они с этим живут, постоянно борются, или принимают.

— Ты в порядке? — Спросил охотник.

— В полном.

— Ты собрался в ЦКЗ? Зачем тебе? — Рыжая взяла сухарик со стола.

— У него отец там. — Ответил за меня Сергей. — Вирусолог.

— Так это, эвакуировали их. — Девушка почесала затылок. — Ещё в начале самом.

— Эвакуировали? — Вскочил я. — Как? Не может быть. Там же вояк рота была.

— Были да… — Она изобразило лицо шатуна. — Но, сплыли. Улетели. — Девушка отхлебнула чаю. — Вертолет сама видела.

— Давай подробности.

— Ну… — Затянула она, словно не знала, откуда начать. — Там короче вертолет возле них стоял, его поставили там, как только объявили о вспышке в Варшаве. А неделю спустя я видела, как этот вертолет летел прочь.

— Точно он?

— Здоровый такой, с красными полосами по борту. Низко летел, было видно.

Настроение и без того находящееся около ноля упало в минус. Значит, я проделал этот путь зря? Сотни километров, половина пешком да то таким болотам, что страшно вспомнить. И где теперь их искать? Письма в двери наверняка не будет, для них я мертв.

Сергей, позавтракав, пошел ковыряться в машине. Не нравился ему один ремень, а запасного не было. Рыжая собирала свой рюкзак, видимо она собралась с нами, хотя разговору об этом не было. Мне же, как человеку повидавшего очень реалистичную галлюцинацию не оставалось ничего другого кроме как пить. На голодный желудок окосел я быстро.

Водка вообще штука странная, многие в ней ищут истину, другие топят боль и горе. Почти как вирус UH она забирает жизнь, часто превращает человека в… шатуна! Да, алкоголики это шатуны прошлого века.

Это одна из немногих мыслей которую я помнил, прежде чем вырубиться. Её же я долго и упорно доказывал Сергею, попутно оскорбив рыжую даму сонмом ругательств, за которые теперь стыдно. Да, наше знакомство не заладилось, но если разобраться, она не так плоха, как казалась.

Проснулся я в машине, не до конца осознавая, что же я тут делаю. Подергал точно как тот шатун, дверную ручку и выблевал все, что не пошло прямо на сапоги Насти. Девушка брезгливо отскочила и переменная ружья с рук в руки что-то пробурчала себе под нос. Проморгав, я осмотрелся. Мы были уже не в лесу.