Страшные истории

Следующая история называлась «ЭТОГО МОГЛО БЫ И НЕ СЛУЧИТЬСЯ». Тут и без доскональностей было понятно, что Джонни немедленно стоит отправиться в третью страшную историю, но… Не сразу, естественно. Просто он решил почитать вступительных два-три слова, чтобы сразу убедиться в безопасности написанного. Но… в данный момент в его руках книги не было. Да и вообще, он находился не там, где надо: Какой-то старый и запущенный дом с забитыми окнами. Дом был окружён каким-то жутковатым (на вид) и непроходимым лесом. Так, что Джонни ничего не оставалось, кроме как зайти в дом и сидеть там до тех пор, пока не кончится эта история. И, только он подошёл к порогу, как заметил, что прошёл одну очень «удивительную» табличку, на которой что-то было написано кровью, давно уже как засохшей. И, подойдя к табличке, прочёл:«ГОСПОДА, ПРОШУ ВАС, НЕ ПОСЕЩАЙТЕ ЭТОТ ДОМ НОЧЬЮ — ОН СТРАШЕН!»

Джонни посмотрел на небо — смеркалось.

— Ну, ладно, — решил он, заходя через вход, дверь от которого валялась где-то в стороне. — Я думаю, что до ночи кончится эта страшная история. — Он не представлял себе — погибнуть в мире фантазий.

Из передней дома, он мог видеть, куда следовать дальше. Ведь перед самым его носом, круто поднималась вверх ступенчатая лестница. А, что было наверху, он видеть увы не мог. Но чувствовал, что там его обязательно поджидает что-то страшное.

Пока он поднимался по лестнице, страх пронизывал все фибры его существа. И ему казалось, что рано или поздно он просто не выдержит всего, что он пока выдерживает.

И, лишь только стоило ему хоть одним глазком взглянуть на то, что находилось там, «наверху»… Скажу честно, его бы вырвало сию же секунду. И он взглянул туда, и (я оказался прав) его действительно вырвало оттого, что он увидел. А увидел он голову, зверски оторванную. Голова имела, до самых гнетущих кошмаров, перепуганное лицо. А, тем временем, Джонни слышал шаги. Шаги эти доносились с самого низу, и уверенно шагали по лестнице. А, что в это время происходило в душе Джонни, описать невозможно. А шаги становись ближе и ближе.

Джонни старался представить себе, что это вовсе не тот, кого он так опасается. Но осёкся в мысли, когда увидел «его»… На нём не было только одного — головы. А Джонни просто отскочил в сторону; отскочил при мысли о том, что «он» пришёл именно за своей головой. А тот подошёл к этому предмету, имеющему особое значение для своего хозяина, и надел голову как шляпу. А перепуганное лицо стало менять свою форму на нормальное.

— Будь молодцом, поищи пластырь, — предложил он Джонни. — По-моему, он в той комнате. — И он указал пальцем на дверь, за которую Джонни не отваживался бы заходить. Ведь он и не знал, что его могло бы там ожидать. И потому поинтересовался у этого «странного существа» (только что одевшего собственную голову); поинтересовался потому, как сомневался, что ему нужен только лишь пластырь (чтобы голова не падала с плеч).

— А почему вы сами не хотите сходить в ту комнату?

— Да у меня ведь башка сразу слетит.

А вообще Джонни мог бы и поинтересоваться о его способности «жить без головы», но не посчитал нужным, а продолжал стоять, даже и не собираясь входить в ту «неизвестность». И тогда тот слегка повысил тон.

— Я думаю, что мы сможем с тобой договориться чисто по-человечески?, пока дело не дошло до грубости.

— А что случилось? — Джонни старался сохранять внутреннее спокойствие, то есть не поддаваться нагнетанию страха.

— Я не хочу, чтобы что-то случилось, а хочу, чтобы ты зашёл в ту комнату и… — казалось, что он только и рождён для внушения (разного рода) страхов. — Поискал там пластырь.

— А если я не найдут там его?

— Ты должен его найти, иначе ты не выйдешь отсюда.

— Как — не выйду? — удивился он или, может быть, делал вид, что ему стало страшно. — Ну, и что будет дальше?

— А дальше посмотрим.

— А я не хочу смотреть, я хочу сразу услышать.

— Просто, если ты будешь молодцом, то мы сможем провернуть с тобой одно дельце.

— Какое дельце?!

— Я тебе всё популярно объясню, если ты согласишься составить мне компанию.

— Я не соглашусь, пока не узнаю о «деле».

— Хороший товар не нуждается в рекламе, — ответил он насчёт «дела» и, взглянув на циферблат настенных часов, засёк время. — На размышление даю ровно минуту. Не укладываешься или не соглашаешься, идёшь«искать пластырь».

Минута прошла.

— Всё-таки, я наверно пойду «искать пластырь».

— Ну что ж, счастливого пути, — пожелал ему тот, а Джонни наверно наплевать было на всё, что его может ожидать в «той комнате». И он, переполненный безразличием к страху, пошёл в направлении двери в «ту» комнату.

Дверь была заросшей паутинами и всякой дребеденью. Может быть, поэтому Джонни она показалась страшноватой. Но, когда он подходил к этой двери, он не испытывал никаких чувств (вроде страха) и потому, свободно дёрнув за ручку, открыл…