Почему одним всё, а другим ничего? Почему одни рожают детей, минуя казалось бы самое элементарное — несогласие Господа Бога, отрицание Его, который сам выбирает, кому повременить с рождением ребёнка, а кому наоборот — дать немедленное согласие, подарить новорожденное дитя?
Добавить в моё избранное
92 мин, 36 сек 18474
— Ну, та самая! Босиком и в пижаме! Чё, не фига не помнишь?!
— Да нет, помнить-то помню, но…
— Вот и собирай все эти головёшки, болван!
— Но ЗАЧЕМ? — договорил он до конца.
— А ему не всё ли равно?! Скажешь, что кости не сожрали, а сожгли! Тебе-то, на фиг, какая разница?! Опять стоишь и сопли жуёшь! Работай, пень!
И грузчик-мусорщик начал собирать обугленные болванки, оставшиеся после пожарища. Конечно, он ещё задавал какие-то глупые вопросы, мол, нету мешков, чтобы сложить их в кузов, под видом костей. Но терпеливый водитель объяснял: «потом всё найдём — и мешки и что угодно. Сейчас-то мы зачем сюда припёрлись? Столько бензину угрохали! Чтобы работать? Вот и работай, сынок!»
— Просто, я хотел сказать, что мне всё время как-то жалко…
— Что именно тебе жалко, Пчела ты моя, навозная?!
— Сильно досадно, что мы не поймали ту бабёнку…
— Забудь про неё. Что, всю жизнь теперь будешь вспоминать? Ну, не поймали и не поймали…
— Я говорю не о противоположном поле…
— Да я сам ни черта не понимаю, О ЧЁМ ты сегодня тут говоришь!
— О том, что мы, как те барабашки…
— Как кто??
— Ну, если мы потеряем эту работу, то не найдём себе новую… Как сказать? Сопьёмся, растаем…
— Почему же это не найдём??
— А кто так хорошо знал всю теорию этого дома, как не мы с тобой?
— Вот именно поэтому мы с тобой всё найдём.
— Что, ЧТО мы найдём?
— Нового пожирателя привидений.
— Какого ещё поджигателя?
— Ты сам только что говорил про «теорию», сынок. Ты же знаешь, что среди людей есть каннибалы? Так вот, они есть и среди привидений. Ну, привидения-людоеды, что ли. Такие полтергейсты, которые пожирают других привидений. Кстати, они же пожирают и нытиков, таких как ты! Так что не хнычь, малыш, всё будет пучком. Верь в нас: мы создадим этот бизнес заново!
Короче, когда уехал их тягомотный мусоровоз, я был в курсе, как выбраться из этого леса, где стоит особняк. Вернее, где стоял. Потому, что сейчас случилось нечто невероятное: из преисподней пошёл дикий-сумасшедший жар, но мусорный дом только коптил и заторможено-неторопливо дымился. Мусор всегда так горит — заглушает и тушит любое пламя, даже самое адское.
Я знал дорогу домой. Вернее, помнил, как выбраться из этой местности с особняком. Выбраться из лесу было намного сложнее, а особняк — тут уже всё знакомо, — он не лабиринт с тропинками, покрытыми толстым слоем снега в метр толщиной.
«Призраки растворяются точно так же, как и любой из нас, — по пути домой рассуждал Сергей полушёпотом. — Не обременённые семьями люди могут испариться и исчезнуть в любой момент. Но, я почти в точности уверен, что бесплотного духа» полтергейста«можно поймать в ловушку. Главное, суметь застать его во время совокупления и застигнуть врасплох. Потому, что в этот редкий момент он обретает плоть… Ну, так сказать, в нём засела память семейного человека. Мертвец же не знает, что он мертвец, поэтому его можно схватить во время исполнения им супружеского долга и уничтожить».
То есть, Сергею уже расхотелось возвращаться назад, к себе в психушку. Он жаждал только одного — как можно скорее найти свою Свету. Позадавать ей кое-какие вопросики: что она знает о пожирателе привидений, и тому подобное.
Но нет, в планах у Сергея абсолютно не было дурацкого-напыщенного желания — нанести этим двум неумёхам (незадачливым бизнесменам) упреждающий удар. У него даже и в мыслях никогда не было — в чём-то кому-то помешать. Он никогда не был воспитан в духе любителей ставить кому-нибудь палки в колёса, или строить против кого-нибудь козни, плести интриги и т. п.
Единственное, чего Сергею по-настоящему хотелось, это отомстить придурку-грузчику за то, что тот на него помочился. Судя по тому, какие смекалистые эти двое, наверняка, их водитель — замаскированный экстрасенс, который видит сквозь снег! А прикрывает своё лицо маской какого-то безмозглого шоферюги, водящего мусоровоз.
Но Сергей уже не станет повторять пройденных ошибок, чтобы опять наступать на прежние грабли. Он уже не будет ни к кому подходить и требовать, чтобы сняли со своего лица резиновую маску. Ему хватило всего одного такого обращения, чтобы загреметь в психушку — на принудительное лечение.
Он знал, что очень многие ходят в резиновых масках, но не видел сквозь резиновое покрытие настоящее лицо. В конце концов, он не был экстрасенсом, который может видеть сквозь лежачий снег!
Конечно, Сергей бы должен был подойти к каждому, кого он заподозрит в ношении масок на лице. Если бы люди охотно откликались на его просьбы, он бы убедился, что под искривлёнными масками — идеально одинаковые лица. Он бы уверился в том, что все люди похожи друг на друга, как две капли воды. Все человеческие лица — одинаковые. Но больше он рисковать не собирался.
— Да нет, помнить-то помню, но…
— Вот и собирай все эти головёшки, болван!
— Но ЗАЧЕМ? — договорил он до конца.
— А ему не всё ли равно?! Скажешь, что кости не сожрали, а сожгли! Тебе-то, на фиг, какая разница?! Опять стоишь и сопли жуёшь! Работай, пень!
И грузчик-мусорщик начал собирать обугленные болванки, оставшиеся после пожарища. Конечно, он ещё задавал какие-то глупые вопросы, мол, нету мешков, чтобы сложить их в кузов, под видом костей. Но терпеливый водитель объяснял: «потом всё найдём — и мешки и что угодно. Сейчас-то мы зачем сюда припёрлись? Столько бензину угрохали! Чтобы работать? Вот и работай, сынок!»
— Просто, я хотел сказать, что мне всё время как-то жалко…
— Что именно тебе жалко, Пчела ты моя, навозная?!
— Сильно досадно, что мы не поймали ту бабёнку…
— Забудь про неё. Что, всю жизнь теперь будешь вспоминать? Ну, не поймали и не поймали…
— Я говорю не о противоположном поле…
— Да я сам ни черта не понимаю, О ЧЁМ ты сегодня тут говоришь!
— О том, что мы, как те барабашки…
— Как кто??
— Ну, если мы потеряем эту работу, то не найдём себе новую… Как сказать? Сопьёмся, растаем…
— Почему же это не найдём??
— А кто так хорошо знал всю теорию этого дома, как не мы с тобой?
— Вот именно поэтому мы с тобой всё найдём.
— Что, ЧТО мы найдём?
— Нового пожирателя привидений.
— Какого ещё поджигателя?
— Ты сам только что говорил про «теорию», сынок. Ты же знаешь, что среди людей есть каннибалы? Так вот, они есть и среди привидений. Ну, привидения-людоеды, что ли. Такие полтергейсты, которые пожирают других привидений. Кстати, они же пожирают и нытиков, таких как ты! Так что не хнычь, малыш, всё будет пучком. Верь в нас: мы создадим этот бизнес заново!
Короче, когда уехал их тягомотный мусоровоз, я был в курсе, как выбраться из этого леса, где стоит особняк. Вернее, где стоял. Потому, что сейчас случилось нечто невероятное: из преисподней пошёл дикий-сумасшедший жар, но мусорный дом только коптил и заторможено-неторопливо дымился. Мусор всегда так горит — заглушает и тушит любое пламя, даже самое адское.
Я знал дорогу домой. Вернее, помнил, как выбраться из этой местности с особняком. Выбраться из лесу было намного сложнее, а особняк — тут уже всё знакомо, — он не лабиринт с тропинками, покрытыми толстым слоем снега в метр толщиной.
«Призраки растворяются точно так же, как и любой из нас, — по пути домой рассуждал Сергей полушёпотом. — Не обременённые семьями люди могут испариться и исчезнуть в любой момент. Но, я почти в точности уверен, что бесплотного духа» полтергейста«можно поймать в ловушку. Главное, суметь застать его во время совокупления и застигнуть врасплох. Потому, что в этот редкий момент он обретает плоть… Ну, так сказать, в нём засела память семейного человека. Мертвец же не знает, что он мертвец, поэтому его можно схватить во время исполнения им супружеского долга и уничтожить».
То есть, Сергею уже расхотелось возвращаться назад, к себе в психушку. Он жаждал только одного — как можно скорее найти свою Свету. Позадавать ей кое-какие вопросики: что она знает о пожирателе привидений, и тому подобное.
Но нет, в планах у Сергея абсолютно не было дурацкого-напыщенного желания — нанести этим двум неумёхам (незадачливым бизнесменам) упреждающий удар. У него даже и в мыслях никогда не было — в чём-то кому-то помешать. Он никогда не был воспитан в духе любителей ставить кому-нибудь палки в колёса, или строить против кого-нибудь козни, плести интриги и т. п.
Единственное, чего Сергею по-настоящему хотелось, это отомстить придурку-грузчику за то, что тот на него помочился. Судя по тому, какие смекалистые эти двое, наверняка, их водитель — замаскированный экстрасенс, который видит сквозь снег! А прикрывает своё лицо маской какого-то безмозглого шоферюги, водящего мусоровоз.
Но Сергей уже не станет повторять пройденных ошибок, чтобы опять наступать на прежние грабли. Он уже не будет ни к кому подходить и требовать, чтобы сняли со своего лица резиновую маску. Ему хватило всего одного такого обращения, чтобы загреметь в психушку — на принудительное лечение.
Он знал, что очень многие ходят в резиновых масках, но не видел сквозь резиновое покрытие настоящее лицо. В конце концов, он не был экстрасенсом, который может видеть сквозь лежачий снег!
Конечно, Сергей бы должен был подойти к каждому, кого он заподозрит в ношении масок на лице. Если бы люди охотно откликались на его просьбы, он бы убедился, что под искривлёнными масками — идеально одинаковые лица. Он бы уверился в том, что все люди похожи друг на друга, как две капли воды. Все человеческие лица — одинаковые. Но больше он рисковать не собирался.
Страница 25 из 26
