Подвал

Кровь… кровь… кровь…

Оля онемело смотрела на этот прокручиваемый перед нею в фильм. Её лицо, закостеневшее маской ужаса, во время фильма даже не менялось. Дальше было просто некуда.

Но, когда кадры перестали мелькать, и всё стало как обычно, она стала приходить в себя. Однако врач так и застыл с поднятым вверх зелёным камнем. Будто бы его фильм остановили.

Эй! — послышался знакомый голос, который привёл её сюда.

И, о, ужас! Он исходил из кровавого трупа. Он исходил из Олега. Это был голос Олега.

Оля вздрогнула и попятилась назад. Между тем труп начал подниматься, выползая из-под ног врача. А тот так и остался висеть в воздухе, не шевелясь, как картина.

Перекатываясь, как дождевой червяк, труп дополз до своих ног, и те мгновенно приклеились к нему, правда как-то косо и не к месту, руки же сами доползли.

Труп встал, и, смотря на Олю пустыми глазницами, хромая, подходил к ней. На ходу руки пытались опять соединить вместе разверзшуюся грудь. А за ним по пятам волокся, как будто привязанный за верёвочку, какой-то внутренний орган.

Эх, вот так вот тонуть-то! — прошептали его губы.

Оля вскрикнула, попятилась назад, но потом повернулась, чтоб убежать. Но дверь оказалась закрытой. Тогда она бросилась в обратную сторону. Началась гонка между столами, Оля бежала быстро, подгоняемая смертельным страхом. Но, хромая, и идя зловеще медлительным шагом, труп почему-то всё время догонял её. Порой его холодная рука хватала её за плечо, но тогда Оля делала резкий поворот, и вырывалась.

Долго это продолжаться не могло. Девушка начала уставать, а труп всё догонял и догонял её. Она стала беспомощно смотреть по сторонам. Та закрытая дверь, подвешенный в воздухе врач, столы, столы, голые стена… О! Дверь. Как же раньше она её не увидела. Ольга рванула туда, с размаху открыла её… Хотела уже вбежать в неё, но лишь стукнулась носом… С ещё одним Олегом… Так же обезображенным.

Ох нет, это всего-навсего холодное зеркало, но почему… Вдруг из зеркала второй Олег протянул свои кровавые руки и схватил девушку.

Нет!

Вдруг почему-то Оля оказалась в коридоре. Полумрак. Серые стены. И двери, двери, двери. Сердце гулко стучало от быстрого бега. Но она не останавливалась. За ней бежали эти ужасные зомби… Бежать, бежать, бежать!

Но коридор казался нескончаемым. Хотя в принципе, хорошо, что хоть тупика нет. Но тут, когда она пробегала очередную дверь, из неё вылетел уже третий по счёту Олег… Опять погоня. Однако далее стало ещё ужасней: уже из каждой двери, которую она пробегала выскакивало по трупу… Скоро за ней уже неслась целая толпа. Армия кровавых… неужели Олегов?

Но тут коридор закончился. Бежать было некуда. Оля рванула последнюю дверь. Или от туда вынырнет зомби, или… Удача! Длинный, тёмный тоннель, ведущий неизвестно куда. Стены его даже ничем не были обложены — просто глина. Но Оли ничего не оставалось делать, как бежать туда.

Она бежала, бежала в темноте. Кое где натыкалась на стену, и тогда меняла направление. А позади был слышен топот ног мертвецов…

И вот в очередной раз она натолкнулась на стену. Не теряя времени, она кинулась в другую сторону. О, ужас! Там тоже была стена… Неужели тупик? А зомби всё приближались и приближались, монотонно ступая ногами. Она стала ощупывать стену и нашла лестницу. Вцепившись в холодное, мокрое от сырости железо, она поползла вверх. Ноги хотели вот-вот оборваться, руки соскальзывали. И от мокроты лестницы, и от усталости, и от испуга… Она доползла до верху. Там был люк. Он был закрыт. Ольга вся задрожала от ужаса. И в туже секунду ей показалось, что сейчас она находится в подвале своего дома. И эта крышка отделяет её от спасения, от света, от родителей, которые наверно сейчас смотрят телевизор… Оля забарабанила руками о крышку люка и закричала:

Помогите!

Глава 6.

Подскочив в кресле, Ольга проснулась. Пот лил с неё градом. Сердце вырывалось из груди. Глаза в ужасе смотрели вверх… на крышку люка. Но крышки уже не было. Как не было ни подвала, ни зомби.

В руках у неё была книжка. А за окнами давно уже стоял день. Сон. Всего лишь сон. Успокоившись, она положила книгу на полку и подошла к окну. Оно выходило у неё в палисадник, и, по идее, на улицу. Но кусты сирени, яблонька и плющ сделали своё дело, и ей ничего не было видно. Да и что там смотреть? На редких прохожих: местных алкоголиков, да бродячих собак?

Ольга вспоминала о сне. Надо ж такому присниться! Какой бред… Рассказать о таком — ведь не поверят! Но для смеха расскажу, вот будут все хохотать, а в особенности Олег…

И вдруг игла вонзилась ей в сердце. Она вспомнила прошлый день. Вспомнила речку. Вспомнила, как он утонул… Что-то тяжёлое навалилось на её сердце. Оля вздохнула, но плакать не стала. Уже не хотелось. Вчера, в рыданиях, она уже достигла максимума горя, и дальше уже не могла.